Джей не могла даже шевельнуться. Стив шел к ней, не отводя пристального взгляда, ничего не видя и не слыша, с первобытным стремлением самца: спариться. Он дышал тяжело и глубоко, раздувая ноздри. Вода капала с него. Она ждала, трепеща от желания и страха, потому что зверь вышел из-под контроля, и она знала это. Головокружительный ужас замораживал и одновременно заполнял предвкушением, острым до боли.
Потом почувствовала на себе его руки и громко застонала от внезапно схлынувшего напряжения.
У нее не было времени среагировать. Она ожидала, что он подхватит ее на руки и отнесет в кровать, но он зашел слишком далеко, чтобы отвлекаться на тонкости. Ничто не имело значения, только взять ее – прямо сейчас. Он опустил ее вниз, на ледяную мокрую землю, которая, несмотря на чинук, все еще отдавала зимним холодом. Джей вскрикнула, дрожь пробежала по спине, и невольно выгнулась вверх, избегая прикосновения к земле. Жесткие руки Стива прижали ее спину, он накрыл ее собой, его вес придавил ее. Он рванул платье, задирая юбку до талии.
– Раздвинь ноги, – гортанно произнес он, хотя коленом уже раздвинул ее бедра.
Возбуждение пронзило ее.
– Да, – прошептала она, впиваясь ногтями ему в плечи.
Она хотела его так, что не заботилась, где они или насколько он нетерпелив. Время для соблазнения, так же как и для беспокойства, наступит позже. Прямо сейчас существовало только это быстрое первобытное спаривание.
Не было никаких любовных игр, никаких неторопливых интимных ласк или поглаживания. За эти месяцы слишком многое случилось между ними, но окончательная близость так и не состоялась, и внезапно все преграды рухнули. Он избавился от ее трусиков, просто разорвав их и отбросив в сторону, затем расстегнул джинсы и стянул их вниз ровно насколько было необходимо. Затем пошире раздвинул ее ноги и устроился между ними.
Она слегка вскрикнула от боли, когда он попытался войти в нее и не смог. Стив стремительно изменил положение и снова толкнулся в нее, на сей раз проникая глубже. Вторжение пронзило все тело, пока она пыталась приспособиться к его размерам. Джей не удержалась и застонала.
Стив приподнялся на локтях, и Джей с изумлением посмотрела на него. Жесткие желтоватые глаза, лицо твердое и решительное, шея напряглась, когда он ворвался в нее. Она выгнулась, принимая его, сердце почти разрывалось от любви. Это именно то, чего она хотела, – видеть его лицо, видеть жесткие, как у орла, глаза, отпечатать его образ в мыслях и сердце, пока он соединяет их тела. С ледяной землей внизу и чистым синим небом наверху, с ярким солнцем на лицах, мужчина и женщина были такими же чистыми и первобытными, как окружающая природа. Неважно, как его зовут и чем он занимался, – он стал ее любовью, ее мужчиной.
Все это для него. Она приподняла бедра, чтобы встретить его толчки, плоть трепетала под частыми сильными ударами. Он глухо застонал и передвинул под нее руки, приподнимая еще выше, словно хотел еще больше соединить их тела, сцепить в единое целое, чтобы потом слиться в освобождении.
Джей крепко держала его, ноги обвили его бедра, руки вцепились в плечи, пока он поднимался и опускался в нее, стонущий и дрожащий.
– Я люблю тебя, – много раз повторила она, хотя губы двигались почти беззвучно, и только теплый ветер мог расслышать ее.
Она закрыла глаза, ощущая нежное дуновение воздуха на щеке, тяжелый вес на себе и в себе. Джей знала, что независимо от того, что произойдет после того, как память вернется к нему, это жесткое быстрое совокупление, когда он сделал ее своей, никогда не забудется.
Глава 10
Они неподвижно лежали, слитые вместе, порывистый ветер трепал их волосы, из звуков слышались лишь шелест деревьев и вздохи. Джей была ошеломлена тем, что произошло: чувства в полном смятении, как будто она только что пережила шторм. Она была не в силах пошевелиться.
Потом Стив оперся руками на землю и снял с нее свой вес, обескуражив выражением лица – настолько жестким, что она съежилась, не зная почему. Он выругался низким и скрипучим голосом, когда расцепил их тела, скатился с нее и встал на колени. Неуверенность парализовала ее, пока оцепеневший рассудок пытался найти причину его гнева.
Он натянул джинсы, но не побеспокоился застегнуть их, вместо этого обхватил ее руками, отрывая от земли, и поднялся на ноги с гибкой грацией. Взошел по ступенькам и, не говоря ни слова, зашагал в дом, потом отнес ее в ванную. Осторожно поставил на коврик, нагнулся, чтобы включить воду, затем выпрямился и повернулся к ней. Расстегнул платье и мягко стянул его через голову, оставив ее голой и дрожащей от холода и возбуждения. Джей послушно стояла, безвольно опустив руки по бокам, наблюдая за ним с испугом широко открытыми удивленными глазами. Что не так?
Стив поспешно разделся, затем перенес ее в душевую кабину, встал рядом и закрыл за собой скользящую дверь. Джей попятилась, немного озадаченная тем, сколько места он занял, и, наблюдая, как слегка подрагивают мышцы на его спине, пока он регулировал воду и включал душ. Теплая вода, вырвавшаяся из лейки душа, тут же заполнила маленькое помещение паром. Стив притянул ее под воду и держал там, даже когда она выдохнула протест, потому что вода жалила холодную кожу.
– Нет, ты должна согреться, – грубо сказал он, проводя ладонями вверх и вниз по ее рукам и плечам. – Повернись и позволь мне вымыть тебе волосы.
Джей безропотно подчинилась, понимая, что они, должно быть, полностью в грязи. Его руки были нежными, пока он намыливал и ополаскивал ее волосы, а затем мыл все тело. Она начала чувствовать себя очень горячей от сочетания воды и поглаживания мыльных рук, сначала по грудям и животу, потом по ногам и ягодицам, и наконец между ног. Дыхание участилось, жар поднимался изнутри.
Его касания замедлились, напряженные лицевые мускулы судорожно подергивались. Она перестала дышать, когда он дразняще исследовал вход в ее тело, просто поглаживая кончиком пальца, затем один палец проник внутрь. Джей ухватилась за его плечи, вцепилась ногтями в гладкую влажную кожу. Груди напряглись и заныли, пока она висела на нем в томительном предвкушении, ожидая этого маленького вторжения, желая гораздо большего. Она почувствовала, как отвердела плоть около ее бедра, дрожь удовольствия сотрясала тело.
Он что-то пробормотал, но звук был настолько резким, что она ничего не смогла разобрать; потом оказалась в его руках, рот захватил ее губы. Она уступила его настойчивости и закинула руки ему на шею. Их скользкие от воды тела двигались вместе, волосы на его груди, как наждак, царапали ее соски, твердая плоть продвигалась внутрь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
