стояли перед дверью в мрачном молчании. Наверное со стороны нас можно было принять за нехороших парней, которые подкарауливают кого-то у входа. По большому счету так и есть. Я бы не рискнул назвать этих двоих паиньками. Да я и сам не паинька.
Наконец, мы дождались, когда за дверью послышатся звуки шагов и приглушённый голос змеиной женщины, провожающей посетителя. Затем звук отодвигаемого засова. Дверь открылась.
— Не удивлюсь, если сейчас выйдет репортерша, — мрачно сказал Технос.
Покапль нервно рассмеялся, как будто технобог очень смешно пошутил. Однако из двери вышла вовсе не репортерша. Из двери вышли двое: Бар и Бэк, — мои ближайшие помощники. Увидев троих встречающих, они удивились и переглянулись.
— Всем здравствуйте, — сказал Бар, — Неожиданная встреча.
Покапль и Технос посмотрели на меня с укоризной.
— Марк, обязательно было разыгрывать этот спектакль? — с обвинением в голосе спросил зверобог, затем развернулся и пошел прочь.
Технос тоже пошел прочь. Бар и Бэк проводили их удивленными взглядами.
— Марк, это что сейчас было? — спросил Бэк.
— Парни, это вы мне объясните, как вы здесь оказались.
— Марк, ты же сам рассказывал про Чгука. Мы пытались с тобой связаться, но ты был вне зоны доступа, — объяснился Бар, — Мы с Бэком посовещались и решили, что тянуть нельзя. К тому же Бэк с этим Чгуком знаком.
— Знаком, это громко сказано, — пояснил Бэк, — Но встречаться доводилось. В общем, мы решили проявить инициативу. Наведались сюда пораньше и составили с Большим змеем эксклюзивный договор… тебе еще надо его подписать. Я отправил тебе в личку… что? Не надо было?
— Все правильно сделали. Молодцы, оперативно сработали, — я выдохнул с облегчением, залез в личную переписку, просмотрел договор и заверил своей электронной подписью. Теперь договор вошел в силу.
— Марк, если не секрет, что здесь делали Покапль и Технос?
— Они тоже хотели договориться со Чгуком. Дело в том, что совет выдал трем службам безопасности лицензии на серых виверн. Но они обломались, а мы в шоколаде.
— Вообще-то, Марк, они найдут другие каналы поставки. Это только вопрос времени.
— Я это понимаю. Но какая-то фора у нас есть. Надо успевать захватывать рынок. Посудите сами, мы сейчас держим под собой всю премиальную нишу: и драконы, и серые виверны.
— Драконы нынче дороговаты.
— Вы просто не слышали еще одну хорошую новость. Совет отменил запрет на ввоз драконьих яиц.
— Это надо отметить, — Бар многозначительно вздернул бровь.
— Уже отметили. Вчера наш бар стоял на ушах… не грустите, ребята, успеем еще погулять. Куда вас подбросить?
— На Рублевку, куда же еще.
Я отвез Бара и Бэка на Рублевку. По дороге мы с энтузиазмом обсуждали, какие изменения будем вносить в планировку Рублевского торгового центра. Поскольку кроме драконов мы всерьез возьмемся за торговлю вивернами, основной зал придётся существенно расширять.
— И для духов надо отдельный зал, — добавил Бэк, — А то несерьёзно как-то. Духи ходят там, как неприкаянные, просят принять их на работу.
— Поддерживаю, — согласился Бар, — Для духов надо отдельный зал. Устроим там что-то вроде биржы труда. Рублевские жители оценили мобильных помощников. Многие уже специально приезжают, чтобы нанять себе духа.
Приземлившись на Рублевку перед зданием торгового центра, я собирался пойти вместе с парнями, своими глазами посмотреть и обдумать масштабы перепланировки, но мне пришло системное сообщение довольно странного содержания: «Изменился ваш статус в божественной иерархии. Вам нужно срочно прибыть на Арену для подтверждения нового статуса».
— Марк, ты чего замер? — спросил Бар.
— Извините, ребята. Придётся вам заниматься перепланировкой без меня. Срочно надо лететь на Арену.
Глава 19
Когда Гор перенес меня на верхний Олимпийский ярус, справка никаких пояснений не выдала, не пожелав раскрывать интригу с моим измененным статусом. По всему выходит, надо лететь к самому зданию Арены. Видимо, только там я узнаю, что за изменения припасла для меня система.
Когда я приземлился перед стадионной громадиной главного здания, система продолжила интриговать, выдав сообщение, что я сел не на свою парковку. Да ну нафиг. На какую еще не свою? Здесь есть еще какая-нибудь штрафная парковка?
Я не стал искать другую парковку, оставив Гора на привычном месте. Кому надо, тот пусть сам буксирует дракона на штраф-стоянку или куда меня там определили. Старик, когда трезвый, крайне несговорчивый. Я еще посмотрю, как его будут буксировать.
Пока шел через залы и холлы, миновал коридоры и эскалаторы, заметил, что многие боги бросают на меня многозначительные взгляды. Походу, я один пока не в курсе, что там произошло с моим божественным статусом.
Поднявшись на трибуну, увидел ещё одну странность. На нашей людобожеской боковинке сегодня непривычно оживлённо. Интересно, кто эти боги и что они здесь делают? И вообще боковая трибуна как будто увеличилась в размерах. Не люблю сюрпризов, и радует только одно. Атемита тоже стоит в этой компании. Надеюсь, хоть она разъяснит, что происходит.
— А вот и Марк, — увидев меня, Атемита улыбнулась и помахала мне.
— Всем привет. В честь чего собрание? — спросил я, подойдя.
— В честь нашего пополнения, — ответила верховная, — Марк, посмотри, сколько наших возвысилось на уровень Арены.
А ведь действительно. Когда я получил последние системные плюшки, в описании говорилось про то, что подняться на уровень Арены людобогам стало намного проще. Я только теперь обратил внимание, что все собравшиеся здесь — людобоги. Еще вчера нас было только двое — Атемита да я. Тогда понятно, почему увеличилась боковая фракционная трибуна.
— Рад за вас. Будем вместе отстаивать интересы людобогов на Арене… я только не понял одного, зачем нам выделили отдельную парковку?
Верховная уставилась на меня вопросительно. Новички тоже смотрят с интересом. Похоже, про отдельную парковку никто не знает.
— Марк, я впервые слышу про отдельную парковку, — Атемита подтвердила мою догадку, — Может, дело в твоем личном статусе?
— Да что, блин, не так с моим личным статусом? — я начал слегка заводиться.
— А ты не в курсе? — верховная заулыбалась.
— Представьте себе, нет.
— Марк, ты вошел в топ-тысячу!
— Вот так новость…
— Ты как будто не рад.
— Ну как сказать… теперь моя статуя появится в каждом храме.
— Уже появилась, — заверила Атемита, — Что в этом плохого? Первый людобог, вошедший в тысячу.
—
