– Скажи все как есть. Объясни, что тебя похитили. Пока не трогают пальцем, но обещают убить. Скажи, что тебе плохо, что ты хочешь есть, пить и мечтаешь побыстрее вернуться домой.
– И все?
– И все. А все остальное мы скажем сами.
Когда я поднесла телефон к уху, то страшно волновалась и вместе с долгими гудками слышала громкие и отчетливые удары своего сердца. Мне показалось, что Череп не брал трубку целую вечность. Когда послышался заспанный голос Черепа, я ощутила, как на мои глаза набежали слезы, и заговорила так быстро, как сама не ожидала:
– Сан Саныч, вернее, Саня. Это Вероника. Узнал? У меня беда. У меня такая страшная беда, что, наверное, скоро от всех этих бед я просто сойду с ума, если, конечно, меня не убьют. А все зависит от тебя. Если я хоть немножко тебе нужна, то ты сделаешь все возможное для того, чтобы вытащить меня отсюда. Пожалуйста, помоги мне.
– Что опять у тебя стряслось? – все тем же сонным и недовольным голосом спросил Череп.
– Меня похитили.
– Кто?
– Неизвестно.
– Ты пьяна? Ты бредишь? У тебя белая горячка?
– Я говорю вполне серьезно. Мне не до шуток. Разве такими вещами можно шутить?!
– Да сейчас шутят любыми вещами.
– Я говорю правду. Меня похитили какие-то люди. В подъезде собственного дома.
– Что за люди?
– Я их не знаю. Они держат меня в лесу, морят голодом и не дают воды. Обещают меня убить. Мои нервы уже не выдерживают. У меня сотрясение мозга. Я очень плохо себя чувствую. Сделай же что-нибудь. Умоляю, сделай.
– Послушай, ты же вроде как у Майкла осталась ночевать.
– Я проснулась и уехала домой. А они встретили меня у входной двери и силой привезли в какой-то дом.
– Саша, кому там неймется? – послышался сонный женский голос.
– Людмила, спи. Это мне по работе. Спи. Я ухожу в другую комнату.
Несколько секунд в трубке слышалось только шарканье тапочек, и нетрудно было догадаться, что Череп перебазировался из спальни в другую комнату.
– От твоего звонка жена проснулась, – недовольным голосом сказал он, и из трубки донесся звук чиркающей зажигалки.
– Извини. Я не знала, что ты женат. Мне больше некому позвонить.
– Да ладно. Жена у меня при понятиях. Она знает, что работа есть работа и что она у меня может длиться двадцать четыре часа в сутки. Ты с какого телефона звонишь?
– Мне дали мобильник.
– Значит, твои похитители рядом сидят. А ну-ка дай им трубочку.
Я протянула трубку Калачу и замерла, словно мумия.
– Череп, это Калач. Как не слышал? Да ладно, не нужно придуриваться. – Калач моментально побагровел и стал напоминать красный переспелый помидор. – Кто уличная шпана? Я?! Череп, да ты как со мной разговариваешь? Это я-то уличная шпана? Да за такие слова! Ты свой базар немного фильтруй! За него отвечать надо! Тебе что, совсем по барабану, что у нас твоя баба? Да мы за такие слова сейчас просто ее грохнем и даже разговаривать не будем. Ах, ты сразу съехал… Спрашиваешь, что мы хотим? Так надо было с этого и начинать, а не обзывать нас уличной шпаной и не лезть на рожон. Мы с твоей девкой шутки не шутим, и ты должен понять, что ее жизнь на грани. Короче, у тебя есть ровно двадцать четыре часа для того, чтобы заполучить свою красавицу обратно. Если через двадцать четыре часа ты не выполнишь наши требования, то больше никогда ее не увидишь. Мы это тебе гарантируем. Может, тогда до тебя дойдет, что это никакая не уличная шпана. А все очень серьезно. Труп твоей девки мы отвезем прямо к твоему дому и положим у входной двери. И сделаем так, чтобы первая, кто на него наткнется, была обязательно твоя жена. Пусть знает, что если ты еще будешь косячить, то следующей будет она. Ах, тебе надоели наши сказки! Так это не сказки. Скоро это будет реальная действительность, сказочный ты наш. Посмотрим, как ты назовешь это сказками, когда увидишь у входа своего дома свою красавицу с простреленной головой.
Услышав это выражение, я вся сжалась и почувствовала, что дрожу. Меня опять замутило, и все поплыло перед глазами.
– Тогда слушай наши условия, – вновь продолжил Калач. – Сейчас в твоих руках коммерс по фамилии Потапов. Так знай, что он наш коммерс и мы обеспечиваем ему крышу. Так вот, Потапов твоего пацана не убивал. Мы за это отвечаем и несем ответственность за свой базар. Мы учли, что любому базару нужны доказательства, и можем обеспечить Потапу алиби. После того как твой пацан и Потапов встретились, Потапов сразу же заехал за ребенком в школу, которая находилась недалеко от места их встречи. Мы сопоставили время. В момент убийства Потапов беседовал с завучем школы, потому что его ребенок что-то там натворил. Есть много свидетелей того, что он был в школе. Хорошо, ты утверждаешь, что он совершил убийство не своими руками. Допустим, это так. Если бы Потапу понадобился киллер, то первыми, к кому бы он обратился, были бы мы. Всеми его делами занимаемся только мы, и никто другой. Со всеми вопросами он всегда приходил к нам. Ну сам посуди, неужели Потап такой дурак? Через двадцать минут после встречи по долгам хлопнуть твоего пацана? Ведь подозрение падает только на него. Я тебе говорю еще раз, что если бы он хотел это сделать, то обязательно обратился бы к нам, и это произошло бы никак не после двадцати минут встречи. Да, возможно, Потапов крутил деньгами и хитрил с долгом, но он бы все равно в любом случае их отдал. Кто-то просто воспользовался сложившейся ситуацией и подставил Потапа. Кто-то просто на этом сыграл. Короче, я не буду растягивать пустую бодягу. Наши условия таковы: в течение двадцати четырех часов Потапов должен объявиться у себя дома. Если он объявляется, то мы отвозим твою красавицу к ней на квартиру в целости, сохранности и невредимости. Если ровно через двадцать четыре часа Потапов не объявляется и ты продолжаешь держать его дальше, то увидишь свою красавицу, как я и обещал, у дверей своего дома. Думаю, что тебе вполне понравится такая картинка.
При этих словах Калач протянул мне трубку и посмотрел на часы, показывая всем своим видом, что время данного соглашения уже пошло.
– Сан Саныч, вернее, Саня, постарайся побыстрее выполнить их требования, а то мне здесь совсем не комфортно.
– Вероника, ты, конечно, своим похитителям не говори, но около часа ночи Потапов скончался.
– Как? – не поверила я своим ушам.
– Да мои ребята немного перестарались, пока его воспитывали. Сердце не выдержало. Но ты не переживай, я тебя так не оставлю. Постараюсь что-нибудь придумать.
– Саня, придумай что-нибудь! Придумай! – всхлипнула я, выронив трубку из рук, и закрыла лицо руками.
Глава 14
Меня закрыли в комнате, я легла на диван и дала волю своим чувствам. Благо что у меня были часы и я начала следить за тем, как медленно идет время. С утра в комнату зашел Калач и сел в кресло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
