нельзя, — спокойным тоном продолжил Денис. — Сейчас это слишком опасно для всех. И в первую очередь, для твоей мамы.
— Папа Слава опасен? — Тимур вновь потянул носом. Растерянно уставился на меня.
— Очень! — кивнул Денис и закрыл глаза.
— Да он... Да ты... — Моего мальчика тряхнуло. — Черт! Пошли вы все! — закричал он. И будто не мог больше находиться рядом, вырвался и сбежал на улицу.
Вместе с ним, казалось, туда бросилось и мое сердце. Боль вспышкой разлетелась за ребрами. И ноги сами понесли вперед, во двор.
Ничего не соображая, я сделала несколько шагов. Почти добралась до порога. Но возле Дениса остановилась. Словно уперлась в невидимую стену.
— Не нужно. — Он не прикасался ко мне. Хватило голоса, чтобы врасти в пол.
— Мне нужно к нему!
— Только хуже сделаешь.
— Думаешь, знаешь его лучше родной матери? — Все еще было слишком больно, чтобы соображать.
— Я знаю себя и помню, каким был в этом возрасте. — Денис медленно поднялся и насильно притянул меня к груди.
— Но ему плохо, понимаешь ты это или нет? — Я дернулась в крепких объятиях. Попыталась вывернуться.
Однако не тут-то было. На все мои нервные движения Денис ответил горькой улыбкой и лишь сильнее вжал в свое тело.
— Скажи мне, женщина, — когда я немного успокоилась, зашептал он, — как у тебя получилось повторить и внешность, и характер? Я как на себя смотрю! Мозг коротит от такого сходства. Это даже не копия, а еще один оригинал.
Скорее всего, если бы Денис продолжил успокаивать, я бы завелась еще сильнее. Разрушительный женский маховик было бы не остановить. А после таких слов злость как-то сама развеялась.
Словно последняя дура, я посмотрела в окно: мой ребенок пинал во дворе камни. Чувствуя, как по телу разливается тепло, расслабилась. И сквозь слезы улыбнулась.
— Мне не хватало тебя... Сильно. Наверное, поэтому сын получился такой.
Глава 27
Елена
Тиму понадобился час, чтобы выплеснуть первую злость. Лишь когда возле крыльца не осталось ни одного камня и местные вороны перестали даже пытаться подлететь к участку, мой мальчик вернулся в дом.
Не спрашивая ни о чем, сам сделал себе чай. Схватил с тарелки бутерброд. И убежал на второй этаж. По-хорошему, стоило подняться к нему и продолжить разговор. Но я смалодушничала.
Слишком много лет сама вбивала в голову, что старших нужно уважать и папа хороший. Раньше это казалось правильным. Дениса не было в нашей жизни. Слава держал меня в ежовых рукавицах грязным компроматом. А превращать еще и сына в заложника Мисюрова... я не могла.
«Ложь во благо» выглядела не таким уж скверным выходом. У Тима была моя любовь. Иногда перепадала любовь Славы. Даже князь Абашев перед смертью признал Тимура внуком и отписал в наследство все крохи своего богатства.
Не было в мире моего мальчика места для еще одного отца. Боясь недодать заботы, я, как могла, заполнила все свободное пространство. И теперь Денису предстояло за это заплатить.
— Когда погибли родители, мне было примерно столько же лет, сколько сейчас Тиму. — Он словно прочел мои невеселые мысли.
— Ты не рассказывал.
Это было так удивительно. В прошлом мы были очень близки. Готовы на все друг ради друга. При этом никто не спешил делиться своим прошлым. Он не говорил о смерти родителей, я — о детстве без мамы.
— Я с этим справился. — Шахов посмотрел на лестницу. — Тимур тоже справится.
За такие слова и уверенность расцеловать его хотелось. Не так, как ночью. Скромно. Но чтобы чувствовал, как сильно я благодарна.
Вероятно, если бы Тим закрыл за собой дверь, я бы не удержалась. Однако мой малыш, кажется, решил присматривать за матерью. А спустя минуту к нему присоединился еще один наблюдатель.
Не заметить этого, второго, было сложно. От шума вертолета, на котором он прилетел, заложило уши. Из-за криков: «Да!», «Точно!», «Можно войти!» — я чуть не сорвала голос.
— Здравствуйте. Прошу прощения, что лично. Вопрос деликатный, — сообщил Белов, когда вертолет, наконец, заглушил двигатель.
— Здравствуй, — коротко кивнул Денис и, как в прошлый раз, тут же попытался увести начальника службы безопасности в кабинет.
Я не могла не вмешаться.
— Если этот деликатный вопрос хоть как-то касается меня или моего сына...
— Да, — не дожидаясь окончания фразы, подтвердил Белов.
— Тогда я хочу присутствовать.
— Вы нашли ее? — Денис с недовольством зыркнул на начбеза и поставил на стол чашку. Очередную. Недопитую.
Ничего не понимая, я тоже повернулась к Белову.
— Да, мы нашли Вику, — кивнул он. — И выяснили кое-что еще.
***
После всех недавних открытий мой страх за свою жизнь незаметно притупился. Я помнила, что Слава нацелился стать единственным родителем Тима. Голова из-за отравления все еще побаливала. Но в иерархии проблем Мисюров незаметно спустился с первого места. Сейчас на нем был сын.
А зря.
— Как вы нашли Вику? — Дверь за нами закрылась, и Денис сразу же перешел к делу.
— Люди Мисюрова сами отпустили ее. Выкинули, как вещь, в трех кварталах от вашего дома.
— Состояние? — На щеках Шахова заиграли желваки.
— Босс... — Дернув шеей, Белов оглянулся на меня.
— Продолжай. — Денис взял мою руку в свою и крепко сжал.
— Внешне не очень. Как я понял, она не сильно спешила делиться информацией с похитителями. Поэтому те... кхм... использовали разные методы.
— Угрозы? — Денис нахмурился.
Белов кивнул.
— Насилие? — Ладонь, сжимающая мою, превратилась в камень.
Начбез снова кивнул.
— Какие-то повреждения?
— Сейчас Виктория у гинеколога. Отчет должен прийти с минуты на минуту. — Белов скосил взгляд на телефон. Тот лежал на столе. — Толкового психолога уже нашли. Начнет работу сразу, как закончится медицинское обследование.
— Проклятие! — сквозь зубы произнес Денис и глухо выругался.
Я и одного слова сказать не могла. Перед глазами стояла красивая молодая девушка, которая уговаривала фотографа поскорее сделать снимки и кокетливо улыбалась.
Похищенная. Найденная. Изнасилованная.
Еще одна жертва моего бывшего мужа, о которой я даже не догадывалась.
— Если тебе нужно к ней, то я не против. — Чувствуя, как к горлу подступают слезы, я сама попыталась вырвать свою руку.
В отличие от прошлых упоминаний Виктории, сейчас не было ни
