ревности, ни обиды. Мне было стыдно перед ней. Словно это я толкнула ее к людям Славы и заставила пройти через весь этот кошмар.
— Мое присутствие ничего не изменит. — Денис повернулся ко мне и взял за плечи.
Не поверив, я снова попыталась освободиться.
— Давай так. — Шахов вздохнул. — Специально для таких недоверчивых. В первый и последний раз. Вика мне не невеста и никогда ею не была. Мы спали вместе. А на прошлой неделе расстались.
Сломав мое сопротивление, Денис все же притянул к своему боку. И поцеловал в висок.
— Но они... — Говорить было сложно. Мысли все еще отказывались собираться в кучу. — Они этого не знали.
— Сейчас уже неважно, знали или нет, — вмешался Белов. — Виктория жива. Это главное. Дальше специалисты сделают все, что от них зависит. У нас есть другая проблема.
Этого человека, казалось, ничем нельзя было пронять.
— Ты сказал, вы еще что-то выяснили? — вспомнил Денис.
— Скорее получили. — Сергей распахнул пиджак и достал из внутреннего кармана сложенный вдвое листок.
— Это от похитителей? — Шахов забрал бумагу.
— Да, ультиматум Мисюрова. — Не дожидаясь, когда босс сам все прочтет, начбез продолжил: — Он требует вернуть сына. Обещает сохранить жизнь Елене Арсеньевне. А если нет... — Взгляд Белова снова остановился на экране телефона. Тот уже мигал входящим сообщением с одним-единственным словом «Заключение». — Обещает повторить все, что его люди сделали с Викторией. Только отпускать не планирует. Совсем.
***
Денис
Я с трудом удержался, чтобы не разорвать чертов листок, а потом поспешить на самолет и сделать то же самое с автором послания.
Мисюров так и напрашивался на полноценную расправу. Без суда и следствия. Точно так же, как он поступил с Викой и многими другими. Даже то, что девять лет этот урод растил моего сына, не смягчало вину.
Чтобы не испугать Елену своим бешенством, пришлось стиснуть зубы и вспомнить один трюк из тюремного прошлого. Дышать. Ровно. По квадрату. Вздох на четыре счета. Пауза на четыре счета. Потом точно такой же выдох и новая пауза.
Обычно хватало десяти таких повторений. В голове все стихало как после ударной дозы транквилизаторов. Однако сейчас пришлось дойти до двадцатки.
Стоял как столб. Смотрел на бумагу, которую успел положить на стол. Боялся повернуться к Елене.
— Я не отдам ему сына, — вдруг в полной тишине спокойным и уверенным голосом произнесла она. — Пусть делает со мной, что хочет. Тима он получить не должен.
— Елена Арсеньевна, так никто и не предлагает... — начал говорить Белов. Он, видимо, подумал, что я сегодня буду молчать до ночи, и решил спасти ситуацию.
— Я его уничтожу, — прервал я Сергея.
— Что, босс?..
— В порошок этого урода сотру. От бизнеса камня на камне не оставлю. Пусть и не надеется отсидеться в Лондоне. Сам напросился.
— Если могу чем-то помочь, я готова это сделать. — бледная, как полотно, Елена отодвинула стул и села напротив Белова. Решительная, будто валькирия.
— Я ему даже дышать с тобой одним воздухом не позволю!
Уже не трясло, но одна мысль, что Елена может как-то пересечься с бывшим мужем, заставляла ладони сжиматься в кулаки.
— Денис, ты злишься. Я понимаю. Только не забывай, что у меня со Славой свои счеты, — попыталась успокоить меня она.
— Не беспокойся. Я ему за нас троих счет предъявлю. Никто не спасет.
Радуясь тому, что оставил ноутбук в кабинете, я поднял крышку и набрал пароль.
— Чтобы прижать этого гада, нам нужно выманить его в Россию, — деловито начал Белов. — Не самая простая задача. Пока что Мисюров решал все вопросы удаленно. Использовал наемников.
— Если я скажу, что отдам Тима здесь, лично, он приедет! — тут же разродилась рискованной идеей Елена.
— Это будет опасно. — Сергей задумался.
— Ждать тоже опасно. Вначале он попытался отравить меня. Теперь пострадала эта девушка... Виктория. Не хочу гадать, кто станет следующим.
— Нужно продумать каждую деталь, — продолжил мой начбез. — Я бы не рекомендовал, хотя в целом это выход.
— Вы еще петли на шеях друг у друга завяжите! — не сдержавшись, вмешался я.
— Денис...
— Если будешь геройствовать, запру в спальне и ключ выкину! — Возможно, не стоило повышать на Елену голос, но потребность выбить из ее головы дурацкие мысли была важнее.
— У тебя есть какой-то другой выход? — возразила она.
— У меня всегда есть выходы.
Как только ноутбук загрузился, я тут же открыл почтовую программу. С тех пор как выслал нашим с Мисюровым общим партнерам еще одну партию компромата, прошло уже два дня. За это время они должны были понять, как лучше использовать информацию.
Лично я уже знал. Ответ лежал на поверхности. Не такой красивый, как арест, однако тоже эффектный — рейдерский захват. В отличие от Питера, провернуть его в Лондоне было не так уж просто. Английские банки легко принимали деньги своих клиентов, но очень серьезно контролировали все траты.
Сам я бы не дотянулся до Мисюрова. А вот посредник, который находился рядом, держал деньги в тех же банках, работал в той же сфере... Это была совсем другая ситуация.
Для того чтобы быстро заблокировать операции компании, а затем вынудить по дешевке срочно продать акции, документов должно было хватить.
— Ты уже что-то предпринял? — Елена пересела поближе.
— Одна замечательная женщина недавно сказала мне, что деньги для ее бывшего мужа важнее ребенка. — Почтовая программа вспыхнула дюжиной сообщений. И три письма сразу привлекли внимание.
— У Славы бизнес и здесь, и в Лондоне.
— В Лондоне я его не достану, — не отвлекаясь от дела, ответил я.
— Подтверждаю. Даже если докажем преступления, никто нам его не выдаст. На процедуры уйдут месяцы или годы. Бюрократическая машина на стороне Мисюрова. — Белов подошел ко мне с другой стороны.
— Поэтому я обанкрочу его английскую компанию. Пущу ее с молотка. — Я открыл первое письмо и улыбнулся.
— Ты хочешь уничтожить его бизнес там, чтобы... — Елена не договорила, но ее глаза вспыхнули.
— Он может попробовать отсидеться, — возразил Белов.
— Тогда нам нужно будет устроить точно такой же Армагеддон и здесь. — Свернув почтовую программу, я открыл одну из папок и показал первый же документ Сергею. —
