удар металла о металл.
Сотни мужских, мальчишеских голосов появились за стенами в тот же миг. Но они прошли мимо нас, а точнее, это мы пролетели мимо них, сразу выбравшись в кабинете герцога.
Там в компании месье Фолотье за столом нас уже ждала Сабира.
Увидев нас с генералом, девочка заметно обрадовалась. На ее счастливой круглой мордашке появилась искренняя улыбка от уха до уха, а сама она сползла с высокого стула и побежала к нам.
Не сдержавшись, я присела на одно колено прямо там, где стояла, и расставила руки в стороны, прежде уложив коробку с куклой на пол. В мои объятия девочка влетела маленьким вихрем. Хотелось обнять ее крепко-крепко, вжать в себя, но я боялась причинить ей боль.
– Лала, ет! Лала, ет! – повторяла малышка, показывая мне свою ладошку.
Дождавшись, пока я поцелую крохотную ладонь, Сабира во всей красе продемонстрировала свое главное умение: она попросту высунула язык. Да с таким видом, словно я непременно должна была оценить сей жест и похвалить.
– Зик! – поведала она, пока я прижимала малышку к себе и косо поглядывала на скрывающего улыбку дракона.
– Мы просто учили разные части тела, – покаялась я осторожно. – Глазки, щечки, пальчики…
– Язык, – сделав вид, что поверил мне, старательно покивал Дэйривз. – С тех пор как ты ушла, она очень часто показывает мне язык. И если ты еще не поняла, Лала – это ты. Меня она называет то папой, то мамой. Если я ее не понимаю, часто злится и топает ножкой.
– Меня же не было всего ничего, – приятно удивилась я, вновь посмотрев на это скромное хитрое чудо. – Она пытается складывать слова в фразы?
– Только если ей что-то нужно. Или она видит что-то интересное. По большей части я не понимаю, что она говорит. Это не слова, скорее слоги…
– И это уже огромный прогресс! – похвалила я девчушку и поцеловала ее в пухлую щечку.
Правда, опомнившись, сделала вид, что ничего не было, и выпрямилась с ней на руках. Месье Фолотье учтиво смотрел в окно, не желая смущать нас своим присутствием. А Дэйривз жестом пригласил к столу.
По-хорошему, мне следовало вручить подарок маленькой леди уже после обеда. А еще лучше – после дневного сна, чтобы не будоражить ее психику на сон грядущий. Но Сабира куклу увидела еще до того, как мы все вместе разместились за столом. Пришлось придумывать историю про то, как несчастную куклу не кормили в лавке, но теперь-то у нее появилась замечательная хозяйка.
Так и обедали вчетвером. Месье Фолотье взялся нам прислуживать, что было очень мило с его стороны. Стол в кабинете Дэйривза не располагал к тому, чтобы выставить на него сразу все блюда, а потому управляющий помогал наполнить тарелки так, чтобы не устроить кавардак.
После обеда Сабира не слезала с моих рук. Пользуясь моментом, я обнимала ее впрок. Она так доверчиво прижималась ко мне, как может прижиматься только ребенок, а я уже заранее тосковала.
Понимала, что мы расстаемся ненадолго, что в ближайшие дни все решится и мое будущее навсегда изменится, но…
Не могла выпустить ее из своих рук даже после того, как малышка уснула. Она так мило причмокивала губами, крепко сжимая в руке леденец на палочке, что я и не пыталась его забрать. Как и куклу, которая тоже «спала» в объятиях Сабиры.
– Завтра на балу дебютанток все решится, – произнес Дэйривз шепотом, обнимая меня.
Мы сидели рядом и оба смотрели на его спящую дочь.
– Бал дебютанток. Это так символично, – тихо ответила я. – Интерес Световолда ко мне проявился впервые именно на балу дебютанток.
– Тебе не о чем переживать. Дворец будет напичкан нашими людьми, – тронул генерал меня за руку, уложив свою ладонь поверх моей.
Теперь моя рука опиралась о его, и я могла дать ей немного отдохнуть. На ней покоилась голова Сабиры, и держать ее на весу становилось труднее.
– Встретимся завтра утром? Я знаю одно чудесное место, где можно позавтракать и заодно подписать бумаги с поверенным нашей семьи. Скажешь, что мы не договорились о сумме и я взял еще день на переделку документов, – неожиданно предложил Дэй, а я на миг растерялась.
– А разве мы не встретимся этим вечером? – Скрыть грусть никак не получалось.
Я расстроилась – и это было видно. К хорошему привыкаешь быстро. И я подспудно ждала этой ночи, чтобы снова разделить ее с любимым мужчиной.
– К сожалению, нет, – ответил Дэйривз и прижал меня теснее. – Этой ночью мне предстоит длительный перелет. Раньше утра я никак не вернусь. Порталы в тех местах открывать нельзя, так что…
– Я поняла, – выдавила я из себя улыбку. – Я буду ждать. Я буду…
Я не знала, когда именно месье Фолотье покинул нас. Управляющий вышел столь бесшумно, что я о нем попросту забыла, наслаждаясь поцелуем, который лег на мои губы сладкой патокой.
Пожалуй, за этот поцелуй я была готова продать свою душу, но от меня ее, слава Всевышнему, не требовали. Зато я вспомнила о важной теме, едва сумела прийти в себя и сфокусировать взгляд на хитром драконе.
Он точно знал, как меня разоружить и свести с ума.
– Есть новости от кучера? Тебе удалось с ним встретиться? – спросила я, вновь использовав шепот.
Однако никак не ожидала, что Дэйривз вдруг посереет лицом. Над ним словно сгустились тени – таким хмурым он стал. Скованным, сдержанным, что-то скрывающим.
– Я говорил с ним, узнал кое-что полезное, но, Алария, разреши мне пока оставить эту информацию при себе. Я должен убедиться в том, что все сказанное им правда. Ты позволишь мне оставить тебя на некоторое время в неведении?
– Как будто у меня есть выбор, – тихо вздохнула я и вновь улыбнулась, посмотрев на Сабиру. – Она такая чудесная.
– Чудесная, – согласился со мной дракон, крепко обнимая. – И она будет очень рада, когда у нее появятся братик и сестренка.
– Ты хотел сказать «братик или сестренка»? – исправила я, не сдержав улыбку.
Меня вновь поцеловали, но на этот раз в уголок губ.
– Я сказал то, что хотел.
Глава 10. Конец игры
Подпрыгивая на мелких неровностях, карета мчалась по мостовой, огибая столицу по одной из широких главных улиц, но я почти не замечала тряски. Мои руки все еще пахли ванилью. Этот аромат теперь ассоциировался у меня исключительно с детской нежностью. Будто чувствуя что-то, Сабира крепко вцепилась в мою руку перед нашим расставанием, и покидать ее оказалось сложно. Если бы она заплакала, я бы точно не
