с Тумановым?
Реакция Жохова удивила ее. Засмеявшись, он пробормотал:
– Вы знаете это лучше меня.
Лиза вытаращила глаза.
– Почему вы так думаете?!
– Скажете – нет? – вопросом на вопрос ответил Жохов.
– Конечно, нет. – Признаться, он слегка озадачил Лизу. С какой стати она должна знать эту миниатюрную особу с темным каре, похожим на лаковое покрытие шкатулки?
Пока госпожа Леонтьева придирчиво рассматривала ее вечерний костюм цвета чайной розы, Орест Петрович тихо сообщил:
– Это Даша Пригова. Довольно известная особа.
– Чем же она известна? – «Тем, что мастерски умеет уводить чужих женихов?» – сварливо поинтересовалась Лиза, исподволь наблюдая за тем, как Вадим с высоты своего гренадерского роста заботливо наклоняется к этой самой Даше Приговой, «спонсору его партии», и нежно шепчет что-то на ухо – кажется, даже касаясь губами розовой мочки.
С сомнением покосившись на собеседницу, будто прикидывая, обманывает ли она его в данный момент или на самом деле не вооружена информацией, Жохов пояснил:
– Хотя бы тем, что год назад она приобрела в собственность крупный завод. Еще тем, что имеет немало недвижимости за границей.
«Вот это да! – внутренне охнула Лиза. – Надо отдать должное Вадиму: он знает, кого прилюдно кусать за мочку!» – Вслух же тихо процедила:
– Знатная особа.
– О да! Георгий основательно помог ей встать на ноги.
В те секунды, когда Жохов произносил последнюю фразу, огненная струя прожгла Лизу от макушки до пяток. Госпожа Леонтьева поняла, как умирают от инфаркта.
Сейчас – без помощи всякого там лазерного луча – она была в двух секундах от разрыва сердечной аорты. Георгий Зимин, который в Лимассоле поскупился на коралловый ансамбль, отвалил этой вертлявой Даше целое состояние!
Неужели эта самая Пригова настолько хороша была в постели, что сумела перечеркнуть самое въедливое мужское качество – их неистребимую скаредность? За эти секунды интерес к маленькой особе с лаковыми волосами возрос у Лизы на пятьдесят градусов по Цельсию.
Но даже в этот трагический момент Лиза отметила про себя парадоксальность бренной жизни. «Итак, цепочка выстроилась довольно причудливо: Даша – Зимин, позже Зимин – я, несчастная. Наконец, я – Туманов, и как венец всего этого клубка: Туманов – удачливая Даша. Занятно…»
Собрав остатки своей воли, госпожа Леонтьева мужественно спросила:
– И долго эта госпожа Пригова 1ыла любовницей Георгия?
В ответ Жохов икнул, затем переспросил каким-то чужим голосом:
– Вы что, Лиза, и вправду не знаете?!
– О чем?
Музыка Штрауса смолкла, танец завершился, и на несколько секунд над их скамейкой воцарилось молчание. Ожидая ответа, госпожа Леонтьева – теперь с пониманием – наблюдала, как Туманов об руку со своим «островом сокровищ» удалялся с дансинга.
В этой тишине и прозвучало разъяснение Жохова:
– Даша Пригова – дочь Георгия Зимина.
Для Лизы это явилось настоящим открытием.
– Но ни сам Георгий, ни Роза Леопольдовна никогда не упоминали о ней, – удивленно сказала она, облизывая сухие губы.
Орест Петрович усмехнулся:
– В вашем обществе, Лиза, Георгий считал неуместным упоминать о дочери – вашей ровеснице.
– Гм, понимаю. А Роза не хотела навлекать на нее никаких напастей в связи со смертью отца, – рассудила вслух Лиза, подумав при этом: «Хотя странно, что в страховом полисе речь шла только о жене».
– Не совсем так. Вернее, совсем не так, простите за каламбур. – Жохов почесал кончик носа. – Госпожа Зимина с удовольствием навлекла бы на госпожу Пригову кучу напастей, будь это в ее воле. Но Даша слишком сильна. Отец при жизни настолько укрепил ее позиции, что ей не страшны житейские ураганы. Дело в том, что Пригова – внебрачная дочь Зимина, так что Роза Леопольдовна не очень-то ее жалует.
Лиза присвистнула:
– Теперь понятно.
– Что именно вам понятно?
– Многое.
Загадочность ее интонации побудила Жохова сказать:
– Если вы подумали о заинтересованности Даши в смерти отца, то хочу вас разуверить. Предусмотрительный Зимин все, что хотел, передал Приговой при жизни. После его смерти ей не досталось ничего. Георгий был мудрым человеком. Он прекрасно понимал, что после его кончины сироте не отойдет и рубля. Мы имели с ним разговор на сей счет. На мой взгляд, очень мудрый поступок – оделить при жизни, вы согласны?
– Угу, – кивнула Лиза.
Ее мысли приняли дерзкое направление. Ну и пусть смерть отца была невыгодна Приговой. Это не помешает Лизе попортить ей нервы. Ишь ты, как она выламывалась, танцуя с Тумановым – «золотая жила»!
– Я сказал это только для того, чтобы вы, Лиза, не теряли с вашими друзьями энергии и времени на разработку пустой версии.
– Спасибо, – жеманно поблагодарила она, с вожделением представляя, как помчится сейчас к Брасову и сообщит ему о новой подозреваемой, с которой надо беспощадно спустить шкуру!
Глава 22
К этому времени Виктор уже устал держать оборону. Наступление Эммы становилось все агрессивнее, и невинность Брасова находилась под явной угрозой.
Как только он предпринимал новую попытку вылезти из бассейна и дать деру, сильные руки Эммы Нетребиной и не менее сильные выражения удерживали его в разноцветных от иллюминации водах.
Отчаявшись, он воззвал к небесам, и вскоре они вняли его просьбе. Около парапета из кустов высунулась Лиза и поманила его пальцем. Эта хитрая лиса не хотела вновь оказаться в компании неукротимой Эммы.
О, как он ее понимал! Жестами Виктор показал, что на крыльях вылетел бы из бассейна, если бы кто-то помог избавиться ему от Нетребиной.
Выразительной гримасой Лиза ответила, что готова пойти на многие жертвы ради него, но только не на эту. Она не хочет добывать свободу Виктору ценой собственной неволи. По ее мнению, он должен оторваться от хищницы сам.
Легко сказать, криво усмехнулся он, и в этот момент к бассейну подлетел ангел-хранитель в виде рослой девицы, которая отвлекла Нетребину.
Увидев массажистку Валерию, Лиза поняла, что Виктор спасен. Ему хватило буквально трех секунд, чтобы выскочить из бассейна и подхватить свою одежду. За две секунды он оказался в кустах, но – вопреки ожиданиям Лизы – не только не поддержал разговор, а помчался прочь со скоростью молодого кабана.
Ей удалось настичь его метров через двести, где Виктор уселся на лавку и только тогда облегченно вздохнул.
– Теперь я понимаю, почему ты не женат, – ехидно заметила Лиза, опускаясь рядом на сидение. – При таких скоростях догнать тебя может только спринтерша.
– Побывала бы ты в моей шкуре! – огрызнулся Виктор.
– Так и будешь сидеть обнаженным?
– А тебя это слишком возбуждает? – ответно съязвил он. – Я в плавках! И мне надо обсохнуть.
– Ну как, Эмма настаивает на алиби Нетребина?
– Вовсе нет. Сказала,
