— Выглядишь не очень, скажу тебе по-братски.
Если честно, голова болит, в висках сильно пульсирует, да и в общем ощущается какая-то слабость. Уже значительно похолодало, отопление еще не включили в школе. Может, я перемерзла? Одеваться по сезону точно не входит в список моих полезных навыков.
— Кажется, я приболела, — приходится признать. — Не знаю, как отсидеть еще пару уроков, если я уже еле улавливаю, о чем учитель вещает.
— Да и хрен с ней. Может, у классухи отпросишься?
— А факультативы? — спрашиваю, как будто мне реально есть до этого дело.
— Мила, меня хоть не обманывай. Ты правда о факультативных думаешь? Я за тобой здоровой такого не наблюдал.
Его не проведешь. Но папа будет злиться, что я прогуливаю факультатив, даже если делаю это по причине простуды.
— Карен, а можем к тебе пойти? У тебя же градусник дома найдется? Я хотя бы померила температуру и сказала папе, что у меня есть честное обоснование прогулам.
— Рыж, если тебе очень нужно, пойдем. Дома и мама и папа, сомневаюсь, что тебе понравится. Но если надо, пойдем.
— Ой, нет, в таком случае не будем соваться, а то еще твой папа решит, что ты невесту в дом привел с родителями знакомить. Нам такой вариант не подходит.
— Может, в медпункт сходишь? Уверен, там где-то совершенно случайно завалялся градусник, — умничает Карен.
— Ладно, я подумаю.
До ближайшей перемены разговор о моем самочувствии сворачиваем. Идти в медпункт я в итоге отказываюсь, потому что лечиться мне лень. Надеюсь на то, что пройдет само, все-таки здоровье мне досталось неплохое в наследство. Решаю даже все факультативы посетить, настраивая себя на то, что нельзя заболеть. Лежать дома в обнимку с термометром, таблетками и одеялом — не мой вариант.
Мне не улыбается болеть сейчас, когда мы с Тимом хотим проводить как можно больше времени вместе, а времени этого и так крайне мало. Надо убедить свой организм, что он здоров, и тогда все будет хорошо. Да, точно!
Короче, я с трудом высиживаю отведенное на факультатив время, мне становится реально плохо, видимо, поднимается температура. Карен предлагает проводить меня, Рина вызывается сделать то же самое, а я не хочу домой. Меня мама с папой там запрут на домашний арест из-за простуды, и буду я сидеть безвылазно, пока не станет лучше. Тима не увижу вообще, если только он не пролезет ко мне в окно, но рисковать его ногами не хотелось бы — сорвется со второго этажа, переломает свой рабочий инструмент.
⁃ Не, ребят, не надо меня провожать, сама справлюсь, — отмахиваюсь сразу и от Карена, и от Рины, которых общие переживания как-то сблизили. Стоят смирно и не одаривают друг друга злыми взглядами. — Попрошу папу, чтобы приехал и забрал меня. Правда.
Конечно, неправда, но что еще им сказать? Я собираюсь позвонить Шумскому и напроситься к нему в гости. А что? Он с моим папой знаком, а я с его — нет, пора бы это исправить. Может, Роман Сергеевич будет за меня, и тогда станет легче бороться с негативом моего бати в сторону младшего Шумского.
Прощаюсь с одноклассниками, отхожу со школьного двора по направлению к своему дому и набираю Тимофея. Тренировка уже должна закончиться, поэтому если трубку не возьмет, будет очень грустно. Хотя я почему-то уверена, что возьмет. Попробует пусть игнорить, я ему устрою! Получит он у меня поцелуев после такого!
⁃ Да, Мила, привет, ты освободилась после учебы?
⁃ Привет. Освободилась. Тим, а можешь приехать за мной?
⁃ Соскучилась? — по его голосу чувствую, как он улыбается.
⁃ Очень, — отвечаю ему язвительным тоном, хотя он явно не виноват в том, что я себя плохо чувствую. — Так что, приехать можешь?
⁃ Могу. Куда, к школе?
⁃ Да.
⁃ Ты хочешь погулять? А дома тебя не будут ждать? Я вот прямо сейчас наблюдаю, как твой отец пошел переодеваться, значит, скоро поедет домой.
— Тим. Просто приезжай за мной.
— На улице прохладно. Зайди обратно в школу тогда, чтобы меня на ветру не ждать, я все равно даже при огромном желании за пять минут не приеду.
— В школу не пойду, меня уже от нее тошнит. Давай зайду в магазин через дорогу, заберешь меня там на парковке?
— Как скажешь.
Чувствую, что становится хуже. Очень хочется просто лечь и лежать, если честно. Поэтому думаю, может, правильнее было бы просто пойти домой? Но при этом хочу увидеть Тимофея, ведь последний раз мы были вместе на его день рождения. Удивительно, как быстро мы превращаемся во влюбленных дурочек рядом с теми самыми. Начинаем думать только о них, постоянно вспоминать какие-то моменты, мечтать о новом... Нет, это не зависимость, но все равно некая привязанность.
Шумский: «Выходи»
Ловлю сообщение, собираю себя в кучу и плотнее заматываю тоненький шарф на шее, как будто горло болит из-за него.
— Привет, — Шумский тянется ко мне за поцелуем, но я уворачиваюсь, ровно в эту секунду не сдержав острое желание чихнуть. И чихаю! — Мил, ты заболела?
— Ага, — говорю в нос, параллельно отыскиваю в рюкзаке пачку с сухими салфетками. Вечно она там болтается для чего-то, наконец, пригодилась.
— Температура есть?
— Не знаю, не пошла в медпункт, пыталась убедить свой организм, что мне нельзя болеть. Тим, а можно к тебе пойти? Не хочу домой.
Вижу, что он мнется с ответом, переживая за последствия, но и отказать мне не может.
— Пойдем, конечно, может, уже и мама дома, расскажет нам, как тебя лечить. Погнали.
Он напряжен, чувствую это, прижимаясь к его спине во время поездки на байке. Город застрял в каких-то пробках, но едем мы быстро, оставляя всех позади. Еще чуть-чуть, и вот мы паркуемся возле красивой высотки, Тимофей берет за руку и уверенно ведет за собой, пока не оказываемся в квартире
