думает о Лениных умственных способностях. Если бы он мог объяснить! Однако он все же обрадовался Лене и лизнул его в нос теплым язычком. Наверное, это была единственная его часть, которая еще была теплой. Все остальное замерзло до последней степени.
Леня засунул дрожащего песика за пазуху и повернулся к Михаилу.
– Если раньше я еще мог сомневаться, – проговорил он трагическим голосом, – то теперь всякие сомнения отпали! С Лолой что-то произошло, причем что-то ужасное. Я еще могу допустить, что она уехала, оставив нас без машины. Допустим, внезапно вспомнив какую-то свою давнюю обиду. Но чего я не могу допустить никогда и ни при каких обстоятельствах – это что она могла оставить Пу И одного в осеннем лесу! Это просто немыслимо!
Хотя Михаил знал Лолу далеко не так хорошо, как Маркиз, но он вынужден был согласиться с его словами.
– Господи! – Леня хлопнул себя по лбу. – Какой же я идиот! От расстройства у меня совершенно перестала работать голова! Почему я сразу не позвонил Лоле на мобильный?
– А вы думаете, мобильные здесь работают? – Михаил с сомнением огляделся по сторонам.
– Должны! Неподалеку от деревни я видел вышку ретранслятора… да чего гадать! – И Леня вытащил свой мобильник.
Но не успел он набрать на нем Лолин номер, как телефон издал первые такты «Утомленного солнца».
– Лолка! – завопил Маркиз, поднеся телефон к уху. – Куда ты пропала? Как ты могла оставить Пу И…
Однако ответил ему не музыкальный Лолин голосок, а хриплый и неприятный мужской голос.
– Здравствуй, умник! Думал, обдурил меня, да? Так вот, хорошо смеется тот, кто смеется последним! – Из трубки донесся хриплый издевательский смех. – А сегодня явно настала моя очередь смеяться!
– Сергей Прохорович? – растерянно проговорил Маркиз.
– Он самый! Узнал, умник… значит, не разбогатею. А жаль! Хотя я никогда не верил приметам. Так вот, подружка твоя у меня… пока еще живая… но имей в виду – скоро я из нее набью чучело! Я это умею, ты знаешь!
– Слушай, ты! – прорычал Маркиз. – Если с ее головы упадет хоть один волос…
– Вот как раз волосы я сохраню! Непременно сохраню! – перебил его хриплый голос. – Какое же это чучело без волос? Так вот, имей в виду, – голос чучельника сделался жестким и холодным, как нож, – никто еще меня не разводил! И тебе это не удастся! Не на того напал! Ты мне за все заплатишь! Для начала ты отдашь мне часы! Те самые часы. Тогда, может быть, я отпущу твою подругу… целиком.
– Вот как? – переспросил Маркиз, лихорадочно соображая, как перехитрить противника. – Хорошо… только я должен услышать ее голос… должен убедиться, что с ней все в порядке…
– Ладно, – хмыкнул чучельник, – один раз, так и быть, послушай! Сговорчивее станешь…
В трубке раздались рыдания, и гнусавый от слез голос, в котором с трудом можно было узнать Лолу, проговорил:
– Ленечка, прости… я тебя подвела… потеряла бдительность… прости меня…
– Не бойся, Лолка! – Маркиз постарался говорить бодро и уверенно, чтобы поддержать свою боевую подругу. – Не бойся, я тебя вытащу! Мы с тобой бывали и не в таких переделках!
– Пожалуйста, спаси меня! – Голос Лолы прервали рыдания, но она сдержала их и выпалила:
– И найди Пу И! Он пропал!
– Не волнуйся, он уже нашелся! – поспешно сообщил Маркиз. – Он в полном порядке!
– Ну слава богу! – Леня услышал в трубке облегченный вздох. – Больше всего я боялась, что он потеряется…
Час назад, проводив взглядом Маркиза и Михаила, отправившегося на поиски прадедушкиных сокровищ, Лола удобно расположилась на заднем сиденье машины и обратилась к песику:
– Пуишечка, детка, нам с тобой придется немножко подождать. Я понимаю, тебе очень скучно, но тут уж ничего не поделаешь. Мы сейчас на работе и должны вести себя как взрослые, ясно? Леня поручил нам стеречь машину, а его нужно слушаться. А потом я обещаю сводить тебя в новое, очень хорошее кафе. Там такие удобные кожаные диванчики, и подают замечательные ореховые трубочки, и персонал ничего не имеет против маленьких собачек…
При этих словах Пу И оживился и забегал по сиденью. Он всеми силами пытался показать хозяйке, что не может ждать, что ореховая трубочка нужна ему не когда-то в будущем, а сейчас, немедленно! Иначе он за себя не ручается…
– Ну, Пуишечка, нельзя быть таким нетерпеливым! – пристыдила его Лола. – Ведь ты не глупый маленький щенок, ты взрослая собака древней мексиканской храмовой породы чихуахуа!
Однако Пу И не унимался, и Лоле пришлось пойти на крайние меры.
Не отшлепать его, конечно – об этом не могло быть и речи, – но достать из сумочки неприкосновенный запас: пакетик с ореховым печеньем, который она прихватила из дому на всякий случай.
Пу И оживился и захрустел печеньем.
И вдруг совсем рядом раздался детский голос:
– Тетенька, кто это у вас? Какая прикольная собачка!
Лола испуганно огляделась.
Увлекшись воспитанием Пу И, она совершенно забыла, что Леня велел ей быть бдительной и не подпускать к машине посторонних, ни четвероногих, ни двуногих.
Впрочем, этот посторонний показался ей совсем не опасным: возле машины стоял мальчишка лет семи в непромокаемой куртке с надписью «Зенит» и с корзинкой в руке.
– Тетенька, можно погладить вашу собачку?
С одной стороны, Лола не одобряла, когда посторонние люди трогают ее песика. Мало ли, может быть, у них есть блохи. С другой стороны, восхищение, которое горело в глазах ребенка, вызвало у нее ответную симпатию.
– А руки у тебя чистые? – строго осведомилась она.
– Чистые, чистые! – заверил ее мальчуган.
– Ну ладно, только осторожно, не напугай его!
С этими словами она открыла дверцу.
Однако мальчик и не думал гладить Пу И.
Вместо этого он обернулся и сказал кому-то:
– Ну че, мужик, порядок?
– Порядок! – раздался из-за его спины хриплый неприятный голос, и из пожухлой осенней травы поднялся сутулый человек с длинными, как у обезьяны, руками и неровным шишковатым черепом, покрытым рыжим пухом.
Лола узнала в нем чучельника из Зоологического музея.
Чучельник выбросил вперед длинную руку, в которой блеснуло остро отточенное лезвие, и прохрипел:
– А ну, сучка, вылезай из тачки!
– Эй, мужик! – подал голос мальчик с корзинкой. – А мои деньги? Я свое дело сделал…
Чучельник что-то пробурчал и сунул в маленькую ладошку смятую купюру.
– Мальчик… – растерянно протянула Лола, только что пережившая крушение веры в людей. – Ты же хотел погладить собачку?
– На фига мне твоя собачка? – фыркнул маленький грибник. – Что я, девчонка, что ли?
Он повернулся к чучельнику и гнусаво протянул:
– Маловато… добавить бы надо… за молчание, и ваще… с учетом этой… инфляции…
– А ну, брысь отсюда! – шикнул на него чучельник. – Ишь, насмотрелся телевизора!
Он замахнулся свободной рукой, и мальчугана как ветром сдуло. Чучельник снова повернулся к Лоле, схватил ее за руку и прошипел:
– Тебе что, третье приглашение нужно? С одного раза ты не понимаешь?
И в это время Пу И, маленький героический Пу И вспомнил, что он – древняя мексиканская собака, и бросился на защиту своей хозяйки. Он налетел на руку чучельника и вцепился острыми мелкими зубами в его указательный палец.
– Черт! – вскрикнул чучельник, сбрасывая храброго песика с руки. – Вот же гадость мелкая! Ну погоди, сучонок, я из тебя непременно чучело набью!
Пу И полетел на землю, но тут же вскочил и попытался вцепиться в ногу врага. Однако она оказалась ему буквально не по зубам. В следующую секунду чучельник изловчился и изо всех сил пнул героического песика, и тот, как пушистый мячик, отлетел в густые кусты, где тут же потерял сознание.
– Пуишечка, детка! – вскрикнула Лола. – Ты его убил, мерзавец! – Она вскочила и попыталась ударить
