аэропорту российские самолеты, обслуживающие погранслужбу Таджикистана, возмутилась и потребовала отказаться от подобных услуг, пообещав соответствующую американскую замену. (Об этом мне рассказали таджикские друзья).
Вопрос. Мог бы что-либо такое заявить посол России? Сомневаюсь. Для этого ему потребовалось бы для начала запросить согласие Центра, дождаться многомесячного межведомственного согласования, принятия постановления Правительства, утверждения Администрацией (ясно, какой), и только после этого сделать соответствующее заявление.
Прошу пардона за анекдот советских времен на эту тему.
Во время ланча у королевы Великобритании венценосная особа неожиданно громко испускает газы.
Смертоносная пауза.
Вскакивает посол Франции:
– Извините господа, мне крайне неудобно. Видимо спаржа на завтрак была не совсем свежая.
Ситуация разряжается, но через некоторое время происходит повтор конфуза.
Посол Германии, менее галантерейный, чем француз:
– Проклятый бифштекс с кровью. Не думал, что так подействует.
Благостную атмосферу нарушает третий все тот же казус. Все в ужасе, смотрят на посла СССР.
Советский посол вскакивает из-за стола и пулей вылетает из зала.
Все в недоумении.
Через некоторое время посол возвращается и торжественно провозглашает:
– Господа, с Центром согласовано, весь последующий пер…ж берем на себя.
Вопросы языкознания
С дипломатической службой неразрывно связаны вопросы языкознания, которым придавал большое значение товарищ Сталин – естественно, в увязке с марксизмом.
В моем случае ситуация сложилась таким образом, что, несмотря на изучение английского языка в качестве первого, поработать в англоговорящей стране так и не довелось. За время работы в Польше изучил польский и даже переводил на достаточно высоком уровне.
В Австрии усиленно вспоминал второй – немецкий, но, как оказалось, вполне достаточно знать английский – язык межнационального, а в данном случае – межеэсовского общения. Практически все интеллигентные австрияки владеют им, что позволяло общаться с ними без особых проблем.
По прибытию в Черногорию активно приступил к изучению с преподавателем сербохорватского (так он именуется в наших учебных программах), который в рамках стремления к независимости переименовали в матэрный (родной). Несмотря на краткость пребывания в этой стране, достиг определенных успехов.
Как-то мой знакомый – писатель-историк Радослав Распопович попросил выступить на церемонии презентации двух его новых книг – «Черногория и Россия (очерки и эссе)» и «Российское консульство в Которе и Черногория 1804–1806». Отказать я не мог и поэтому попросил автора написать текст выступления с тем, чтобы я его зачитал. Хотя и не без труда, но с большим старанием произнес две страницы текста и, судя по реакции присутствовавших, смысл до них дошел.
Хотел бы упомянуть еще об одной местной языковой особенности. В последнее время у нас достаточно болезненно воспринимаются шаги некоторых руководителей бывших республик СССР по переходу с кириллицы на латиницу. В этом усматриваются элементы, близкие к русофобии, хотя Кирилл и Мефодий русскими людьми не были. Черногория в этом плане – пример толерантного сосуществования обоих этих алфавитов. Так, газеты «Дан» и «Победа» выходят на кириллице, а «Вести» и «Республика» – на латинице.
Учить таджикский в Душанбе уже не было сил, при всем уважении к ирано-таджикской поэзии. Слава Богу, русским пока владеют практически все, родившиеся в СССР, а также часть молодежи – успешно действуют Российско-таджикский Славянский университет и филиал МГУ. Хотя за пределами мегаполисов население, особенно молодежь, уже не понимают ни слова.
С переходом на латиницу явно связано стремление некоторых бывших советских республик заменить русский язык на английский, включая надписи на официальных учреждениях. Так, МИД Таджикистана украсила надпись на таджикском и английском. Недавно прочел в сетях статью председателя партии «Возрождение» Костадина Костадинова, в которой он сообщал, что на здании Министерства образования Болгарии табличка с наименованием ведомства написана на английском языке, что не регламентировано никаким законам. Только в колониях местный язык замещается языком метрополии, делает вывод автор. Но таджики, видимо, так не считают.
Владение английским языком – большое благо, знаю по собственному опыту. Но пока еще языком межнационального общения остается русский, как наследие советского периода, это факт. Может быть со временем, когда граждане бывших республик изучат английский, они станут общаться на нем между собой. Но боюсь, что к тому времени дехканам придется изучать китайский.
Завершая рассуждения о языкознании, не могу не привести историю о вышеупомянутом родственнике по материнской линии воине и дипломате генерале Фидарове, рассказанную мне ранее, а недавно опубликованную в сетях. А именно:
«Однажды, в начале 20-го века, по обычной тогда практике, по направлению в одно из осетинских селений, прибыли две молодые учительницы.
Сойдя с повозки на окраине села девушки, не зная дальнейшего пути, решили спросить дороги у пастуха, который стерег неподалеку стадо овец.
– Уважаемый! Не подскажете ли нам, как обраться до сельской школы?
– Что он может сказать тебе… Посмотри на грязь под его ногтями, – брезгливо сказала своей подруге вторая девушка, но произнесла это на английском языке, чтобы пастух не понял.
Вдруг пастух, на чисто английском языке отвечает девушкам:
– Порой грязь под ногтями бывает чище, чем лак на них.
Эту фразу пастух затем повторил на немецком и на французском языках.
Шокированные от услышанного девушки какое-то время были в недоумении. Затем одна из них бросила фразу:
– Кого мы идем учить, если в этом селе даже пастухи владеют столькими языками.
Только придя в село, чуть позже, девушки узнали, что это был не просто пастух, а известный в то время генерал Русской Императорской армии Афако Фидаров, владевший семью иностранными языками и выполнявший важнейшие дипломатические миссии по заданию Правительства».
Мораль – языки надо учить и знать. В жизни пригодится.
Информационная работа
Важнейшая составляющая часть дипломатической службы – информационная работа. Это и понятно – для того тебя и послали за границу, чтобы ты освещал важные события в стране пребывания, представляющие практический интерес для родного отечества, его политики, экономики, безопасности.
Спектр форм информационной работы весьма широк – справки, информации, записи бесед, годовые и иные отчеты, политписьма и записки, а с приобретением соответствующего опыта и должности – телеграммы. За годы пребывания на дипслужбе набиваешь руку, совершенствуешь свое эпистолярное мастерство, хотя далеко не у всех это одинаково хорошо получается. Приходилось встречаться и с такими сотрудниками, у которых были, мягко говоря, трудности с русским языком.
Некоторые послы, надеясь, что их опус пойдет по определенной разметке, стараются придать ему живой, близкий к литературному, характер. Этим отличался, в частности, посол в ФРГ, а впоследствии первый замминистра Юлий Александрович Квицинский, уволенный из МИДа Козыревым и возвращенный Примаковым. Его депеши с интересом зачитывались и цитировались в смоленской высотке.
Верхом оригинальности и подтверждения тезиса о том, что краткость – сестра таланта, на мой взгляд, является процитированная мне одним из ветеранов дипслужбы запись беседы видного
