с Белоснежкой, что сорвал ее вишенку.
До того, как я познакомился с Марселлой, я часто фантазировал о ней в моей постели, но никогда не так. Я думал, что почувствую торжество из-за того, что прикоснулся к драгоценному отпрыску Витиелло. Представлял, как дразню его каждой грязной деталью, представлял, как использую Марселлу, как часть своей мести. Теперь все, о чем я мог думать, это о том, что я хотел удержать ее в своей постели, в своей жизни. Я чуть не рассмеялся при мысли о том, что Марселла станет моей старушкой. Витиелло слетел бы с катушек. И все же, как бы я ни старался, я не мог по-настоящему представить Марселлу частью нашего образа жизни. Она из совсем другого мира.
Несмотря на невозможность для нас, я хотел пробовать ее на вкус каждый день, видеть, как похоть сменяет холодное подозрение в ее голубых глазах. И последнее, что я хотел сделать, это поделиться с кем-либо подробностями нашей первой ночи. Я желал каждый миг с Марселлой, каждый сантиметр ее тела для себя. Но я также желал, чтобы она была в безопасности, и для этого ей нужно находиться подальше от клуба, подальше от меня. Я принадлежал клубу, а она не могла остаться.
Я провел рукой по волосам.
— Глупый идиот.
Марселла пошевелилась, повернула голову и сонно посмотрела на меня.
— Ты что-то сказал?
— Спи, — пробормотал я.
Она просто кивнула, повернулась и снова заснула. Я растянулся на спине, скрестив руки за головой. Эрл начал что-то подозревать. Остальные начинали ревновать. Все шло не так, как я планировал. Я не хотел отпускать Марселлу, но должен. Я не мог надеяться, что Эрл удержится от того, чтобы причинить ей еще большую боль. Я закрыл глаза, желая надрать свою глупую задницу. Когда безопасность Марселлы стала моим главным приоритетом, даже более важным, чем то, ради чего я работал всю свою жизнь: месть?
Я уставился в потолок. Марселла сказала, что ее отец убьет меня за то, что я лишил ее девственности. Учитывая все, что я сделал, у него имелось несколько причин покончить со мной, как можно более жестоко. Но это, секс с его дочерью, определенно был верхушкой айсберга.
Но она стоила того, чтобы за нее умереть. Черт, я бы умер тысячью смертей только за еще одну ночь с ней.
Глава 14
Лука
Защита моей семьи всегда была моим главным приоритетом. Ничего не было важнее, даже Фамилья.
Уставившись на записку от Эрла Уайта, я понял, что потерпел неудачу.
Время расплаты, Витиелло.
Эрл Уайт, президент мотоклуба «Тартар»
— Этот идиот, вероятно, не знает больше слов, — пробормотал Маттео.
Я никак не отреагировал. В моих ушах стоял статический шум, похожий на тот, который я испытал много лет назад, когда подумал, что Ария изменяет мне, и я пошел на убийство мотоклуба «Тартар». Тогда я потерял контроль над собой и был близок к повторению.
Маттео был там тогда, как и сейчас. И в его взгляде стояла та же озабоченность, когда он молча наблюдал за мной, как и в прошлом.
Мое тело требовало крови, криков и резни.
Я ничего не мог поделать, кроме, как слушать бешеное биение своего сердца.
— Как я собираюсь сообщить Арии? — я выдавил из себя.
Я только четыре часа назад узнал, что Марселлу похитили из кампуса. Один из мужчин, ответственных за ее безопасность, позвонил мне, сообщая об этом. Единственная причина, по которой он еще не мертв, заключалась в том, что мне понадобится каждый человек для уничтожения «Тартара», и попытка спасти его шкуру стала бы отличным стимулом.
Маттео коснулся моего плеча.
— Я могу это сделать.
— Нет, — прохрипел я, качая головой.
Я искоса взглянула на своего мальчика, его лицо все еще было закрыто ладонями. Амо был рядом, когда поступил звонок. Его шок отразил мой собственный. Несмотря на то, что он был посвящён в Фамилью в его тринадцатый день рождения, я скрывал от него многие ужасные аспекты этого мира по просьбе Арии.
Я встал с кресла в своем кабинете, куда мы вернулись после тщетных поисков. Не было и следа ни Марселлы, ни членов клуба «Тартар». Они все заползли в свои укрытия, боясь того, что я сделаю, если поймаю одного из них. Они запоют, как канарейки, раскрывая каждую секунду, о которой и не подозревали, что хранили.
— Я должен поехать домой, пока весть не дошла до Арии.
Я уже созвал собрание с каждым мужчиной Фамильи, который находился достаточно близко, чтобы присутствовать сегодня. Некоторые из моих Младших Боссов и их солдат были слишком далеко, чтобы присоединиться к поискам.
Амо подошел ко мне, сжимая мое предплечье, его глаза были суровыми.
— Позволь мне принять участие в поисках и уничтожении «Тартара». Я не хочу защиты. Я не нуждаюсь в защите. Мне хочется спасти Марси и убить каждого ублюдка, причинившего ей боль. Я хочу превратить их тела в кровавое месиво.
Он был почти моего роста, и ярость в его серых глазах, моих глазах, напоминала мне меня больше, чем когда-либо прежде.
Защищать его больше не было вариантом. Я кивнул и сжал его плечо. Я не смог защитить Марселлу, и я больше не могу защищать Амо.
— Мы будем сражаться бок о бок.
Выражение его лица наполнилось решимостью и гордостью. Возможно, мне следовало позволить ему стать частью миссии раньше. Это его первое настоящее задание, более рискованное, чем все, с чем мы сталкивались за долгое время.
Мое сердцебиение участилось, когда я вошёл в наш особняк тридцать минут спустя. Маттео и Амо были рядом, но сообщить новости Арии, стало моим бременем. Валерио бросился вниз по ступенькам, ухмыляясь, но один взгляд на мое лицо, и выражение его лица изменилось.
— Что такое?
Я указал Амо и Маттео, чтобы они позаботились о нем. Он был слишком маленьким для ужасных подробностей, но он тоже нуждался в правде. Тем не менее, сейчас моим единственным вниманием была Ария.
Я последовал за тихим пением на кухню, где и нашел ее. Она дула на дымящуюся чашку чая, читая журнал. Я не ожидал увидеть, как она готовит. Ария была худшим поваром в мире.
Ее светлые волосы были собраны в беспорядочный пучок, несколько непослушных прядей обрамляли ее великолепное лицо. Марселла унаследовала красоту Арии и ее глаза, но мои черные волосы.
Мы с Арией были женаты двадцать четыре года, дольше, чем оба прожили друг без друга. Она была все
