После чего подошла к Пубоку:
— Ты сказал, что клятва родства нерушима — наёмник кивнул — Но я увидела, что… Короче, он продаст информацию обо мне какой-то организации.
— Что ещё ты увидела о Сыхе? — хмуро спросил Пубок.
Без подробностей, стараясь скорее закончить страшный рассказ, я передала свое видение.
— Великая Вселенная! Что же он с собой сделал?! — крепко потёр переносицу командир — Сых же знает, что плата за родовое предательство искорёженная судьба и жуткая смерть. Почему ты сразу не сказала?!
— После картины изуверских преступлений и, пусть заслуженной, но ужасной казни, что видела в трансе, я не могла прийти в себя и не сразу вспомнила этот эпизод — объяснила названому родичу — Ты не переживай, брат. Меня есть кому защитить.
— Уверенна? — с надеждой переспросил наёмник. Я понимала, что слово, честь и привычка защищать слабых не даст ему следовать своим планам. Он задвинет свои мечты и возьмётся охранять меня от несуществующей опасности. Пока несуществующей.
Всё же я надеюсь на многомерность Вселенной и на то, что события могут развернуться и не по предсказанию.
— «Ты права, девочка» — закончив читать мои воспоминания, подытожила Френки — «Реальность Вселенной имеет много-много уровневый характер. Твоё предсказание было из одной плоскости, но малейшая случайность может повернуть направление течения событийного ряда в другое русло. Это даже просчитать невозможно — такое количество вариантов дает каждый шаг и каждое мгновение».
В ответ я только плотнее прижалась щекой к стволу любимой подруги. Даже думать не хочу о том, какие испытания приготовила ещё для меня Великая Вселенная. Она большая — её виднее.
— «Не могу понять, отчего ты так эмоционально на прощаниях зациклена? Каждое расставание для тебя царапинка на… душе» — перед последним словом Древо слегка замялась.
Ей, великому биомагу, никак не давалось это понятие. Магическая сила измерима, улитарна и применима. Физические законы — они и у нас в Африке физические законы. Основа основ. Те самые киты, слоны и черепахи, на которых всё держится. А тут я со своей душой. То страдающей, то радующейся, то прячущейся в пятки, то счастливо парящей, и каждый раз активно принимающей участие в моих чувствах, эмоциях, мечтах и планах на светлое будущее. Непонятная субстанция, которую не измерить не увидеть, но влиятельная и бессмертная.
— Понимаешь, жизнь человеческая на Земле, по сравнению с космическими величинами и долголетием, мгновение. Поэтому, когда кто-то близкий уезжает далеко или надолго, мы проводим ритуал прощания. Желаем что-то доброе, говорим напутственные слова, обнимаемся. Наверное потому, что нет стопроцентной уверенности, что встретимся вновь. Даже стихи такие есть:
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
С любимыми не расставайтесь!
Всей кровью прорастайте в них.
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
И каждый раз навек прощайтесь!
Когда уходите на миг!
А здесь все, как чурбаны бесчувственные. Несмотря на пережитое вместе, махнут рукой, шагнут в портал, как будто за хлебом пошли, а не за десятки тысяч парсеков уходят.
— «Ничего не могу тебе на это ответить. Близко я только с тобой общаюсь, а ты приходишь обнимаешься и плачешь от радости, уходишь обнимаешься и носом шмыгаешь печально. Это несмотря на то, что прекрасно знаешь, что мы обязательно встретимся вновь».
Где-то на скалах беспокойно загомонили птицы. Наверное, Филипп решил развлечься охотой. Мы оба наслаждались теплом Океана и уединённым покоем Острова.
Инк, скрепя сердце, отпустил нас к Френки на два дня, пообещав за это время разузнать все новости, касающиеся свадьбы отца, службы деда и всего, что могло как-то относиться ко мне.
— «Решилась развивать отношения со Стражем? — поинтересовалась подруга, беззастенчиво читающая мои мысли — Соединить вас?»
— Френки — простонала я — Какой соединить? Тут бы разобраться как дальше жить…
— «Так же, как и жила. Интересно и счастливо» — посоветовала Разумное Древо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Эпилог
Легкий ветерок гонял обрывки горьковатого дыма лениво тлеющего костра, в котором нерадивый дворник, наплевав на указ запрещающий жечь листья в городской черте, избавлялся от очередной порции листопада. Хотя, может быть здесь нет таких запретов.
С Острова Инк вызвал меня экстренно, не дав догулять обещанных двух дней. Чуть ли не бегом потащил из Дворца порталов к поджидающему нас магофлаеру.
— В салон красоты лэры Ряное — приказал водителю и повернулся ко мне — Мы чуть было не опоздали. Торжество начнется через… — Инк что-то прикинул, и обозначил понятное для меня время — Через 10 часов. К тому времени ты должна быть готова.
— За это время можно сгонять до городу Парижу, давая по пути концерты — хихикнула я, забавляясь неоправданным волнением друга.
— Ты не понимаешь, что идёшь не на вечеринку к соседям? Это свадьба Императора. А ты его дочь. Значит должна быть безупречна.
Ой, нет! Вот уже не хочу. Обожаю деда, за всё благодарна папочке, но демонстрировать то, чего у меня нет. Избавьте!
Но кто бы меня слушал. Сдав на руки хозяйке салона, Инк на том же флаере умчался в даль неведанную. А меня закрутило. Ванна с какой-то ароматной жижей, обёртывания, массаж. Одновременно мне что-то втирали в волосы, шлифовали пятки и делали маникюр. На каком из этапов этой сладкой пытки я ушла в транс не помню. Наверное, именно так можно умереть от блаженства. В себя пришла от голоса рес Плоя:
— Ты меня слышишь? — Инк щёлкал пальцами перед глазами — Лэра, есть у вас что-то тонизирующее?
— Да. — лениво протянула я — От чашечки кофе я бы не отказалась.
Потягиваясь, нечаянно взглянула в зеркало и вздрогнула. Это кто? Причёска и макияж на столько изменили мою внешность, что я испугалась.
— Это смывается? — через зеркало я сверлила взглядом довольно улыбающуюся стилистку.
— Не нравится?! Но это же последние тенденции…
— Нам всё нравится. — чуть ли не по слогам ответил ей Инк, опять схватил меня за руку и потащил к выходу — Халат пришлют из магазина.
— Оставьте себе — буркнула недовольная моей неблагодарностью хозяйка.
Следующим этапом был магазин, в котором меня запаковывали в уже приготовленное, выбранное Стражем, платье. «Хорошо, что я кофе не выпила. Иначе дышать не смогла бы» — подумала я когда последняя микроскопическая пуговица в длинной — от копчика до затылка — застёжке была вдета в петельку ловкими пальчиками продавщицы, обслуживающей меня.
— Что ещё? — выйдя из примерочной спросила у Инка, успевшему переодеться.
Белоснежный мундир с красным кантом, серебряными пуговицами и эполетами несказанно украшал моего друга. Высокие лаковые сапоги тоже были белого цвета, и отражали окружающий мир не хуже зеркал. На узком лацкане приколота небольшая шестиконечная звезда, сверкающая бриллиантовыми разноцветными искрами. При виде этого украшения у моей помощницы слегка отвисла челюсть, а ноги подкосились в низкий реверанс. Интересно почему?
Благосклонно кивнув в ответ, Архимаг уже привычно схватил меня за руку:
— Опаздываем!
Конечно же, прибыли мы вовремя. Нам хватило время для того, чтобы поприветствовать Правителя Кирумиты с супругой, которая долго не могла понять, что я и бабка Агуня один и тот же человек. Пока я не напомнила на ушко о том, как учила её делать макияж у меня в избушке. На Василисе было просторное платье, но округлившийся живот оно не скрывало.
Обняться с дедом или повисеть у него на шее не позволял дворцовый этикет. Но счастливый взгляд, сдержанная улыбка и ласковое: «Девочка моя!» наполнили душу теплом и радостью.
Торжество было длинным, скучным и утомительным. Удивило, что многие подходили с поздравлениями ко мне — женился отец, а меня с чем поздравляют?
Очень скоро я стала подумывать о том, как бы сбежать с затянувшегося мероприятия, но Инк, всё время стоящий рядом, пресёк попытку в зародыше:
