допроса с психотропными веществами. Основная задача — не частные вопросы, а связи Керимова с высшим руководством его отрасли и преступными авторитетами. Частные вопросы должны быть оплачены, чтобы не вызывать подозрение в моем к ним интересам.
— Скажи, конкретно, сколько?
— Тысяч пятьдесят потянешь?
— Договорились. Нужен аванс?
— Зачем. Расплатишься после результата.
— Будь спокоен. Но есть одна просьба, если хочешь, условие.
— Смотри, мы еще не стали работать вместе, а ты уже начинаешь ставить условия. Мне это не нравится. Мы же работаем на полном доверии, так? Тогда какие еще условия?
— Я должен присутствовать во время съема показаний с Керимова. Просто присутствовать. Молча. Больше ничего. Идёт?
— Ты что, мне не доверяешь? — открыл в голосе угрозу Петровский.
— Я не доверяю даже себе.
— Шутить изволите, пан директор?
— Какие там шутки. Суди сам: ложусь ночью спать, правая рука под головой; утром просыпаюсь — нет ее, сбежала куда-то, шляется где угодно, только не там, где надо. Так если нельзя даже своей правой руке доверять, кому и что можно тогда вообще доверять? Не обижайся, я должен быть при этом.
***
Женя помогает достать специальную литературу. Читаю:
«Сывороткой правды принято называть анестетическое вещество тиопентал натрия (или пентотал натрия). При введении в организм оно уменьшает метаболическую активность мозга, тем самым замедляя мыслительный процесс.
Одно из сильнодействующих веществ — скополамин. Это алкалоид, содержащийся вместе с атропином в растениях семейства паслёновых (скополии, красавке, белене, дурмане и некоторых других). Бесцветные прозрачные кристаллы или белый кристаллический порошок. Легко растворим в воде (1:3), растворим в спирте (1:17). С целью стабилизации растворов для инъекций прибавляют раствор хлористоводородной кислоты до pH 2,8–3,0. Химически скополамин близок к атропину: является сложным эфиром скопина и троповой кислоты. Близок к атропину по влиянию на периферические холинореактивные системы. Подобно атропину, вызывает расширение зрачков, паралич аккомодации, учащение сердечных сокращений, расслабление гладких мышц, уменьшение секреции пищеварительных и потовых желёз. Оказывает также центральное холинолитическое действие. Обычно вызывает седативный эффект: уменьшает двигательную активность, может оказать снотворное действие. Характерным свойством скополамина является вызываемая им амнезия».
Интересная деталь. Вся эта трахимудия особо эффективна в течение первого получаса после применения. Затем эффект откровенности затихает и возникает сонливое состояние. Надо договориться с Петровским, чтобы, как он выразился, частные вопросы предшествовали основным, служебным. Интересно, как он обеспечит госпитализацию Керимова, не вызывая подозрений его охраны и родственников?
***
Сознательно делаю одну серьезную ошибку. Впрочем, ошибкой она может стать лишь в одном случае — если разладятся наши отношения с Женей. На эту тему я часто думаю. Как человек, как женщина, она мне вполне подходит. Так что разочарование или разрыв в ближайшем будущем, вроде, не просматриваются. Дай Бог!
Созвонился с армейским приятелем, Димкой Мечиком, девизом которого я когда-то восхищался: «В хилом теле — здоровый дух!». Договорились встретиться у него в Одессе, вспомнить былое, познакомиться с женами.
Отправились на «Жигулях» полным семейным составом: Женя с сыном и я. Закупился в магазине у Зои Никифоровны, набили полный багажник хорошей снеди. Буженина, московская колбаса, копченый палтус, чешское пиво, рижские шпроты, разумеется, три бутылки «Московской» и пара Киевских тортов. Выехали после обеда в пятницу, с тем, чтобы погулять в Одессе пару дней. Возвращаться решили вечером в воскресенье, накануне новой рабочей недели.
Встреча порадовала. Димка, кажется, стал еще ниже, но неожиданно поплотнел, это уже был не тот худенький вертлявый мальчишка, которого я знал в Ленинакане. Он с интересом оглядел моего «жигуленка» и тут же пригласил зайти в сарай.
— Опять хвастаться станет! — весело прокомментировала предложение его жена Настя, голубоглазая шатенка, ростом чуть выше Димки, сменный мастер на заводе «Продмаш». Действительно, было чем хвастать. Еще с армейских пор я знал, что Димка увлекается мотоциклами. До армии он гонял на красной «Чезетте», в которую был влюблен по уши. Мы зашли в сарай, он включил свет, и я замер в восхищении: передо мной во всем никелированном величии громоздился мощный BMW с четырехцилиндровым двигателем жидкого охлаждения и системой вспрыска топлива. Его 90 лошадиных сил были готовы нести хозяина в заоблачную даль, обгоняя всё и всех на любой трассе.
Такие чудеса в то время у нас не продавались, и потому вопрос был только один, и я не мог его не задать: — Откуда?
Оказывается, Дима успел поработать пару лет связистом систем закрытой связи по контракту в Афганистане, там заработал вожделенные боны, которых хватило бы на «Волгу»-24, но сердце мотоциклиста не выдержало, и он приобрел своего двухколесного красавца. С одним — единственным недостатком. Везде, где он появлялся, гаишники не могли подавить искушение поднять жезл, чтобы остановить и воочию ознакомиться с чудом импортного автопрома.
Трехкомнатная квартира моего армейского друга блистала чистотой и радовала уютом. В комнате его сына восьмиклассника Васи, увлекавшегося радиолюбительством, на столе валялись цветные проводки, лежал потертый электропаяльник, бросался в глаза толстый том И.Беляева: «Как самому сделать детекторный приемник». Наш Толик, опеку над которым немедленно принял гостеприимный Вася, только успевал рот открывать, общаясь с новым товарищем.
Мы славно посидели вечером. Уже потом уединились с Димой на балконе, а Женя помогала Насте наводить порядок после застолья на кухне. Разговор неумолимо скатился на армейское прошлое. Почему-то приходили на ум только смешные, нелепые истории.
Вспомнили начальника медсанчасти толстого майора Айрапетяна, любившего распускать разные слухи с медицинским контекстом. То он поделился секретом, что в двухэтажном домике за забором, где проживала дружная армянская семья, радовавшая нас отменной чачей по рублю за бутылку, полтора месяца назад скончался близкий родственник, тело которого по местному обычаю обмыли в благородном напитке. И мы, надо понимать, все это время пьем самогон после его употребления в ритуальных целях. А то выстроил солдат в спортгородке и объявил, что в уборную части страшно заходить, так все обрызгано везде спермой. Сулил всяческие беды онанистам. Говорил, что такие идиоты все свои половые возможности профонтанируют в туалетах, а их будущих жен станут ублажать те, кто такой дрянью не занимался. Пугал, что заставит всех пить специальный порошок, чтоб у них не стояло. Якобы по секрету, обмолвился, что у тех, кто дрочит, на ладони обязательно растут густые волосы. А когда при этих словах половина строя рефлекторно взглянула на свои ладони, так раскричался, что мы даже испугались, как бы его не хватил кондратий:
— Вот, видите, все дрочите, все — безмозглые негодяи… Прикажу командирам подразделений написать вашим родителям, чем занимаются на службе их детки. Пусть гордятся, что у них покамест стоит…
— А помнишь, как мы с тобой чуть не
