Первая стена, возвышавшаяся почти на пятьдесят футов, толщиной около десяти, оскаленная дулами тяжелых пушек и зубцами с прикреплёнными к ним пустыми котлами, она словно подтверждала легенды о своей неприступности. Тяжелые ворота из камне-древа, скрепленные кованными скобами не поддались бы и самому острому и крепкому тарану. Но первая стена была лишь одним из многих укреплений города.
Когда-то Задастр поделили на восемь кварталов, каждый из которых имел по краям два приподнятых проспекта, отделявших их от других соседей и служивших чем-то вроде застав и разделителей одновременно. Но лишь за второй стеной, немногим уступавшей первой, красовались административные постройки — храмы, городская ратуша, башня магиков, библиотека и разнообразные склады.
После войны, когда город был почти полностью разрушен и опустошен, Арабаст предпринял самый смелый и прогрессивный шаг. Король объявил приграничную крепость Задастр свободной экономической зоной и в город нескончаемым потоком хлынули нелюди. Привлеченные практически беспошлинной торговлей, свободой веры и само-выражения, они всего за полгода наводнили город до такого состояния, что уже сейчас строилась третья стена и возводились новые дома, служившие продолжением кварталов.
Кстати о них — нелюди нашли применение подобному делению. Там, где некогда жили солдаты и наемники, в своих шатрах поселились степные орки. Зеленые, клыкастые гиганты — самые свирепые и сильные воины на материке.
На месте купцов и их хлипких лавочек воздвигли каменные, двухэтажные коробки островные тролли. Худощавые родственники эльфов, если верить легендам, ну и столь же длинным, острым, шестидюймовым ушам. Вот только у троллей кожа не белого, а голубоватого оттенка, а вместо красоты — руки ниже колен и рост под восемь футов. В общем, не самые приятные существа на вид, а уж торгуются так, что впору покупать у дворфов.
Известные скряги, вместе со своими безбородыми родственниками гномами, заняли квартал ремесленников. Настроили плавильни, громоздких домов, складов, и живут, торгуют броней, оружием, ювелирными изделиями и всякой мелочью, свозимой им всеми подгорными кланами.
На месте художников и артистов (читай — бедняков), теперь красовались живые дома эльфов. Выращенные при помощи магии, они являлись огромными деревьями, внутри которых имелись комнаты, уборные, душевые, и все прочее, что можно найти и в обычной избе. Обычно дети леса торговали стрелами, волшебными свитками, различными семенами и картами. Вы не найдете лучшей карты, чем у опытного эльфа-следопыта. Говорят, есть даже такие, где будут отображены маленькие пни и кочки, но это, скорее всего, обычные слухи.
Конечно наличествовал и квартал людей, занимавшихся всем понемногу. От продажи хлеба, до торговли телом.
Здесь, конечно, осели и темные эльфы. Единственное, что их отличало от своих лесных собратьев, это кожа цвета мокрого камня, красноватые глаза и белесые волосы. В основном все то же — ловкие, красивые, стройные, немного напыщенные, но зачастую веселые и спокойные ребята. Правда, если дело доходило до драки, то темные обычно не понимали фраз «до первой крови». Им главное насадить противника на холодную сталь, а там уж будь что будет. Кровожадны почти так же, как орки.
Оставшиеся два квартала из восьми стали, так сказать, перемешенными. И, словно в подтверждение молвы, там действительно жили смески различных рас. Слава богам, не у всех пар рождались дети — спасибо матушке природе за это. А то увидеть полу-орка полу-дворфа для многих могло бы стать самым серьезным потрясением в жизни.
На словах, возможно, получается четкое разделение по территориям, но на деле это было немного не так. Народ жил где хотел. Можно встретить орка среди дворфов, темного эльфа в людском борделе, или лесного эльфа, пирующего в знаменитых харчевнях троллей.
Эш, закончив осматривать город, повернулся к спутникам. Они как раз подошли к главным воротам.
Мери, достав сумку с документами, вытянула несколько пергаментных листов и протянула их стражнику. Тот сверился со своими бланками, окинул взглядом всю честную компанию и без досмотра повозки пропустил в город.
— Эх, — вздохнул Тул, смотревший на то, как следующих в очереди Странников обыскивали со всей тщательностью и даже некоей педантичностью. — Аж ностальгия пробирает.
— Затосковал по временам, когда был школяром? — спросил Криволапый.
Лучник передернулся и сморщился.
— Все, спасибо за лекарство, ностальгия прошла бесследно.
Ребята засмеялись. Напряженность после утреннего инцидента все еще витала где-то поблизости, но все же атмосфера в отряде улучшилось. Лари даже перестал сверлить взглядом Эша, увлеченно мастерившего что-то из собственных пальцев. Кажется, он хотел сделать пирамидку, рискуя вывихнуть несколько фаланг.
На главном городском проспекте, ведущем к воротам второй стены и имеющим ответвления к каждому из кварталов, было довольно оживленно. Во всяком случае Меткому пришлось постараться, чтобы их телега не столкнулась с каретой какого-нибудь вельможи, повозкой чужого отряда или кэбом. Мервин по традиции «пней» следил за снующими воришками.
Не хотелось чтобы какой-нибудь ушлый щипач вытянул у них мешок с необходимым для путешествия хабаром. Такое уже бывало, когда «пни» отправились в свое первое путешествие. Тогда они дошли до пустыни Гера́бэ с такими мизером, что попросту вынужденно вернулись обратно. Так Мери потратила свои первые полсотни золотых на прокорм ворья и босоты. Надо заметить — первые и последние.
— Итак, господа, — скомандовала фехтовальщица, когда отряд оказался среди ладных, аккуратных, трехэтажных домиков людского квартала. — Мервин, берешь Эша и отправляетесь за покупками.
Березка кинула защитнику плотно набитый кожаный кошелек. Мочалка поймал суму на лету и ловко убрал её за пазуху. Хоть это и моветон, но попробуй повесить на пояс, как и следует добропорядочному гражданину, и с большой долей вероятности к вечеру обеднеешь на ту сумму, какую положил в кошелек. Его попросту срежут, а ты и глазом моргнуть не успеешь.
— Мы будем в таверне «Гнутая подкова».
— Только не выпейте весь эль, — притворно обиделся коренастый мужичок.
Вопросы закупки всегда ложились именно на его плечи. Хозяйственный и рассудительный Мервин как нельзя лучше подходил для этого дела, да и торговался он словно скряга-дворф.
— Ничего не обещаем, — подмигнул Меткий. — Но пару булочек оставим.
— Удачи, — помахала ладошкой Алиса и отряд свернул на повороте, оставив Эша и Мервина посреди проспекта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
