— Ты что вытворяешь? — возмутилась я и тут же поднялась. — Я из-за тебя опять переодеваться должна!
Эшэр промолчал, и лишь его взгляд говорил о многом: раздражение, непонимание, презрение. Возможно, я что-то и нафантазировала, но точно могу сказать, что в данный момент мне было не по себе.
Нет, больше никогда к нему не подойду, когда он напиваться в следующий раз решит.
— Сэл? Эшэр? — Трэшен подошел неслышно, из-за чего я невольно вздрогнула от его голоса. — Что случилось?
— Ничего, я устала и иду спать! — тут же выпалила я и поспешила ретироваться, не желая разбираться с заскоками Эшэра. Пусть протрезвеет, тогда и поговорим. То говорит все что ни попадя, то на палубу вытаскивает и кружит в танце, а уже в следующую секунду кидает на пол.
В конце концов, не умеешь пить, не пей. Ага, сказала та, которая сама, если выпьет глоток, несет такое, что спасайся, кто может.
Оставив изумленного Трэшена и застывшего Эшэра одних, спустилась в каюту.
Я так ничего интересного от дроу и не узнала, только еще больше запуталась. Прав был Рэн — нечего было ввязываться в споры темных эльфов. Но я была бы не я, если бы отказалась от такой возможности.
* * *
Мы медленно подплывали к причалу Аллира. Эльфийку все-таки не удалось нагнать, впрочем, я и не рассчитывала на это, с нашим-то стареньким судном.
Вот интересно, что Эллая дальше делать будет? Во-первых, она даже не догадывается, что с Эшэром сам владыка, во-вторых, у нее нет выхода из этой ситуации, она просто загоняет себя в тупик: от перстня избавиться не сумеет, спрятать тоже. И не стоит забывать о том, что все это может быть запланированной ловушкой и она заманивает нас куда-то. Или только Эшэра? А мы так, как ненужный балласт.
И вообще, почему это должно меня волновать? Пусть сам разбирается. Мы с Трэшеном заберем кольцо и оставим Эшэра с носом, так же, как он поступил летом. Да, он заплатил мне тогда, но все равно мне было обидно! К тому же мне можно, я по характеру и возрасту вреднее.
На причале нас встретили два шкафообразных мужчины. Притом те же самые, что и тогда, летом. На память, слава богам, никогда не жаловалась.
Они были одеты в ту же темно-синюю форму с вырезанной эмблемой Аллира, как в прошлый раз. Разве что сейчас на них были еще куртки с мехом.
Мы только подошли к ним, ведя под уздцы своих коней, как они тут же потребовали взнос за проезд через границу, притом увеличившийся в два раза! Ладно, я немного хватила, но цигх, тридцать золотых за три человека, то бишь одного человека и двух эльфов, — довольно приличная сумма. А ведь еще летом было двадцать пять золотых. У них что, государь совсем с ума сошел? В Аллир просто перестанут ездить.
Трэшен, как обычно, заплатил за себя и за меня, ничего не говоря. А вот я бы на его месте все же поспорила с названной суммой. Но даже Эшэр спокойно протянул золотые. Нет, я понимаю, откуда столько денег у Трэшена, но где их взял Эшэр?
Меня что-то понесло явно не в ту степь, да и какая мне разница. К тому же, если хорошенько подумать, наемники вполне сносно зарабатывают. Так чему я удивляюсь?
— Можете проезжать! — пробасил мужчина.
Сев на Люси, я натянула поводья, и моя кобылка медленно прошла трусцой громадные деревянные ворота в Санийский порт. Уже без напоминания я сжала в руке кулон, пытаясь ощутить эльфийку, точнее, артефакт. Почувствовав, что она свернула на запад от столицы, тут же об этом сообщила эльфам.
А сама задумалась. Куда же она направляется? Я так и не могла понять ее мотив. Ладно, чего я должна об этом переживать. Пусть Эшэр мучается этими вопросами.
Мы ехали в тишине. У меня на коленях тихо посапывал Пушистик, отчего я невольно ему позавидовала. В своей белоснежной шубке клэрку, наверное, тепло. Мне же в легкой курточке, явно надетой не по погоде, было довольно-таки холодно. Я никогда не любила зимой носить много одежды. Да, это неправильно, и, как любил говорить Рэн, глупо, однако я считала совсем по-другому. Несмотря на холодные зимы, все равно никогда не куталась, как Рэн. Из-за этого его часто называла капустой. А что? Ведь действительно по-другому и не скажешь. Меня вновь понесло не в ту степь. Я слишком много думаю о всяких пустяках.
Отогнав ненужные мысли, посмотрела на Трэшена, и меня охватила тоска. Ведь как только мы заберем артефакт, он уедет к себе, а мне придется возвращаться обратно в Школу магии и целительства. Да-да, знаю, что уже не раз об этом думала. Вот только ничего не могу с собой поделать. Ну да ладно, зато похвастаюсь перед Элькой, что встречалась с самим владыкой Темной империи, даже больше — ходила с ним на свидания и целовалась. Представляю выражение ее лица.
— Сэл, что-то случилось? — Словно почувствовав мой взгляд, Трэшен неожиданно обернулся, загоняя меня в тупик.
— Нет, все отлично.
— Она думала о том, что есть кем похвастаться перед подружками, — озвучил мои мысли Эшэр. И только сейчас до меня дошло: действие зелья закончилось.
Проблема в том, что у меня его больше нет и надо где-то купить. Цигх! Это же я теперь как открытая книга для него.
— Ты и так открытая книга, для этого даже не надо знать твои мысли.
— Хватит! Перестань. И вообще это личное.
Эшэр только фыркнул на мои слова, а вот Трэшен заинтересовался и переспросил:
— Зачем тебе хвастаться? Если хочешь, я приеду к тебе в школу. Я не шутил, когда предложил быть вместе.
— Не шутил? И что же, ты возьмешь ее с собой в империю?
— Да, — уверенно ответил Трэшен и неожиданно обернулся ко мне. — Сэл, я действительно хочу, чтобы ты приехала ко мне сразу же, как закончишь обучение. Я не врал про свою любовь к тебе. И готов доказать это любым способом.
Я замерла, не в силах что-либо произнести. Вначале на меня напал ступор, ну а потом произошла обычная реакция, когда не знаю, что сказать, — я просто рассмеялась. Однако глядя на изумленное лицо Трэшена, быстро заговорила, не в силах остановиться и дать хоть кому-то вставить слово:
— Но я же человек! Меня не пустят в империю, к тому же ты ведь владыка. Если ты пригласишь меня, это могут неправильно понять. Да я и сама не знаю, выйдет ли приехать. Директор вряд ли отпустит.
— Сэл, — Трэшен все-таки перебил мой поток речи, — я люблю тебя, и мне все равно, что подумают другие. Им придется смириться с любым моим решением.
Это ведь не сон? Правда? Я действительно вижу Трэшена не последний раз. Но тут Эшэр испортил все мои мечты всего лишь одним предложением:
— Сладкая ложь, и только. Сэл, нельзя быть такой наивной, я, кажется, тебе уже это говорил.
— Ах ложь? — Голос Трэшена мне совершенно не понравился. А когда он неожиданно приблизился ко мне и взял за руки, я замерла, боясь вымолвить хоть слово. И такое было со мной впервые.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
