заснул он крепким сном, королевна хвать его за руку, сняла с мизинного пальца колечко, вышла на широкий двор и перекинула то кольцо с руки на руку. Тотчас явились перед ней двенадцать молодцев: «Что угодно, что надобно, прекрасная королевна?» — «Слушайте, ребята! Чтоб к утру не было здесь ни дворца, ни собора, ни моста хрустального, а стояла бы по-прежнему старая избушка; пусть муж мой в бедности остается, а меня унесите за тридевять земель, в тридесятое царство, в мышье государство. От одного стыда не хочу здесь жить!» — «Рады стараться, все будет исполнено!» В ту же минуту подхватило ее ветром и унесло в тридесятое царство, в мышье государство.
Утром проснулся король, вышел на балкон посмотреть в подзорную трубочку — нет ни дворца с хрустальным мостом, ни собора пятиглавого, а только стоит старая избушка. «Что бы это значило? — думает король. — Куда все девалося?» И, не мешкая, посылает своего адъютанта разузнать на месте, что такое случилось? Адъютант поскакал верхом, освидетельствовал и, воротясь назад, докладывает государю: «Ваше величество! Где был богатейший дворец, там стоит по-прежнему худая избушка, в той избушке ваш зять со своей матерью проживает, а прекрасной королевны и духу нет, и неведомо, где она нынче находится!»
Король созвал большой совет и велел осудить своего зятя: зачем-де обольстил его волшебством и сгубил прекрасную королевну. Осудили Мартынку посадить в высокий каменный столб и не давать ему ни есть, ни пить: пусть помрет с голоду. Явились каменщики, вывели столб и замуровали Мартынку наглухо, только малое окошечко для света оставили.
Сидит он, бедный, в заключении не пивши и не евши день, и другой, и третий да слезами обливается. Узнала про ту напасть собака Журка, прибежала в избушку, — а кот Васька на печи лежит, мурлыкает, — и напустилась на него ругаться: «Ах ты, подлец Васька! Только знаешь на печи лежать да потягиваться, а того не ведаешь, что хозяин наш в каменном столбу заточен! Видно, позабыл старое добро, как он сто рублей заплатил за тебя, от смерти освободил; кабы не он, давно бы тебя, проклятого, черви источили! Вставай скорей! Надо помогать ему всеми силами!»
Кот Васька соскочил с печи и вместе с Журкою побежал разыскивать хозяина; прибежал к столбу, вскарабкался наверх и влез в окошечко: «Здравствуй, хозяин! Жив ли ты?» — «Еле жив, — отвечает Мартынка, — совсем отощал без еды, приходится помирать голодною смертию!» — «Постой, не тужи — мы тебя и накормим и напоим», — сказал Васька и через окошечко спустился на землю. «Ну, брат Журка, ведь хозяин наш с голоду помирает; как бы нам ухитриться да помочь ему?» — «Дурак ты, Васька! И этого не придумаешь? Пойдем-ка по городу, как только встретится булочник с лотком, я живо подкачусь ему под ноги и собью у него лоток с головы; тут ты смотри, не плошай — хватай поскорей калачи да булки и тащи хозяину!»
Вот вышли они на большую улицу, а навстречу им мужик с лотком; Журка бросился ему под ноги, мужик пошатнулся, выронил лоток, рассыпал все хлебы да с испугу бежать в сторону, боязно ему: вдруг собака бешеная — долго ли до беды! А кот Васька цап булку и потащил к Мартынке; отдал одну — побежал за другою, отдал другую — побежал за третьею.
Точно таким же манером напугали они мужика с кислыми щами и добыли их для своего хозяина не одну бутылочку.
После того вздумали кот Васька да собака Журка идти в тридесятое царство, в мышье государство — добывать чудодейное кольцо; дорога дальняя, много времени утечет — натаскали они Мартынке сухарей, калачей и всякой всячины на целый год и говорят: «Смотри же, хозяин, ешь-пей, да оглядывайся, чтоб хватило тебе запасов до нашего возвращения!» Попрощались и отправились в путь-дорогу.
Близко ли, далёко, скоро ли, коротко — приходят они к синему морю. Говорит Журка коту Ваське: «Я надеюсь переплыть на ту сторону, а ты как думаешь?» Отвечает Васька: «Я плавать не мастак, сразу же потону!» — «Ну, садись ко мне на спину!»
Кот Васька сел собаке на спину, уцепился когтями за шерсть, чтобы не свалиться, и поплыли они по морю; перебрались на другую сторону и пришли в тридесятое царство, в мышье государство. В том государстве не видать ни души человеческой, зато столько мышей, что и сосчитать нельзя: куда ни сунься, так стаями и ходят! Говорит Журка коту Ваське: «Ну-ка, брат, принимайся за охоту, начинай этих мышей душить-давить, а я стану загребать да в кучу складывать!»
Васька к той охоте привычен; как пошел расправляться с мышами по-своему: что ни цапнет — то и дух вон! Журка едва поспевает в кучу складывать и в неделю собрал большую скирду!
На все царство налегла кручина великая; видит мышиный царь, что в народе его недочет оказывается, что много подданных злой смерти предано, вылез из норы и взмолился перед Журкою и Ваською: «Бью челом вам, сильно-могучие богатыри! Сжальтесь над моим народишком, не губите до конца; лучше скажите, что вам надобно? Что могу, все для вас сделаю!» Отвечает ему Журка: «Стоит в твоем государстве дворец, в том дворце живет прекрасная королевна, — унесла она у нашего хозяина чудодейное колечко. Если ты не добудешь нам того колечка, то и сам пропадешь, и царство твое сгинет: все как есть опустошим!» — «Постойте, — говорит мышиный царь, — я соберу своих подданных и спрошу у них!»
Тотчас собрал он мышей, и больших и малых, и стал выспрашивать: не возьмется ли кто из них пробраться во дворец к королевне и достать чудодейное кольцо? Вызвался один мышонок. «Я, — говорит, — в том дворце часто бываю; днем королевна носит кольцо на мизинном пальце, а на ночь, когда спать ложится, кладет в рот!» — «Ну-ка постарайся добыть его; коли сослужишь эту службу, награжу тебя по-царски!»
Мышонок дождался ночи, пробрался во дворец и залез потихоньку в спальню; смотрит — королевна крепко спит; он вполз в постель, всунул королевне в нос свой хвостик и давай щекотать в ноздрях. Она чихнула — кольцо изо рта выскочило и упало на ковер. Мышонок прыг с кровати, схватил кольцо в зубы и отнес своему царю. А царь мышиный отдал кольцо сильно-могучим богатырям коту Ваське да собаке Журке. Они на том царю благодарствовали и стали друг с дружкою совет держать: кто лучше кольцо сбережет? Кот
