она хотя бы переоденется в сухое. Отдохнёт. Может быть, даже поест тёплого. А завтра погода может и наладиться. Улей — он такой. Никогда не знаешь, какой сюрприз он преподнесёт.
38. Прошлое. Кали
В-94 «Волга» не самое лучшее оружие для штурма помещений, а Смак со своим пространственным карманом был, что называется, вне зоны досягаемости. Бросить просто так дорогостоящую винтовку было тоже нельзя, и Кали решила её спрятать, оставив в одном из подсобных помещений. С заражёнными вплоть до топтуна или даже кусача она сможет справиться даже со своим пристрелянным «Стечкиным».
Кали не любила пистолеты, предпочитая им винтовки. За время, проведённое в Улье, она научилась стрелять и из них, но симпатией так и не воспылала. Однако «Стечкин» ей почти нравился за большой боекомплект, возможность ведения автоматического огня, опцию оснащения пистолета плечевым упором и глушителем и за обтекаемую форму, которая помогала тяжёлому автоматическому пистолету не цепляться за кобуру при быстром извлечении.
Отдача этого старичка практически не ощущалась, что увеличивало точность во время скоростной стрельбы. Это же песня, когда ты можешь спрогнозировать, куда полетит вторая, третья и даже четвёртая пули. Можно просто быстро стрелять, практически не сбиваясь с прицельной линии. К точности прибавлялось удобство рукояти. Пистолет, конечно, для её руки был крупноват, но в рейды по Улью Кали брала в качестве дополнительного оружия последнего шанса без вариантов только «Стечкин».
День снаружи и так не сказать, чтобы был ярким и солнечным, внутри же царила полная темнота, едва разгоняемая проникающим через решетки на окнах светом. Кали аккуратно пробиралась между полками, остерегаясь нашуметь или столкнуться с заражёнными, которые не смогли выбраться или по неясным причинам остались внутри магазина.
Иногда её утомляло осознание, что каждая встреча с заражёнными или рейдерами может стоить ей жизни. Сколько уже длится эта война? Кажется, она успела забыть, как пахнут накрахмаленные простыни. Ей срочно надо было в нормальный стаб, чтоб отдохнуть там пару недель. Причём первые десять дней она точно будет отсыпаться и отмокать в горячей ванне, выгоняя из своего тела этот вездесущий промозглый холод.
Удивительно, но в торговом зале магазина товара на прилавках было не так чтобы много. Консервированной еды так совсем не оказалось, а именно она и нужна была в первую очередь. Кали, приложившая столько усилий, чтобы проникнуть внутрь, смиряться с этим не захотела и решила проверить подсобные помещения. Уходить с пустыми руками было просто обидно, в конце-то концов.
Она обнаружила открытую дверь с надписью: «Посторонним вход строго воспрещён!» и тенью скользнула туда. Кто сказал, что она посторонний?
Кали осторожно скользнула в помещение, аккуратно прикрыв за собой дверь. Внутри, как и везде в магазине, царил сумрак, но она сразу заметила несколько стеллажей, на которых лежало искомое — различные консервы. Начала осматриваться в надежде найти ещё что-то полезное. Блондинка вошла в смежное помещение и увидела направленное на себя ружьё.
Оружие, понятное дело, не само по себе парило в воздухе, его сжимал в руках дородный небритый мужик, засевший за ящиками. Кали приветливо ему улыбнулась, но свой пистолет не опустила. Чтобы не нагнетать, блондинка нарушила повисшее молчание и сказала:
— Бонжур, йопта…
— И тебе не хворать. Лапы в гору, — просипел мужик. — А то дырок наделаю.
— Откуда мне знать, что твой карамультук заряжен? — с улыбкой парировала она. — Сам бросай.
— Нет, ты бросай, — раздался ещё один голос из-за спины. — У меня пистолет точно заряжен.
Кали ощутила затылком упёршийся в него пистолет. Дело начинало принимать скверный оборот. Воспользоваться Даром и провалиться сквозь пол? Подвал у такого большого магазина точно должен быть, но что там внизу, неизвестно. Стоит оставить этот вариант на самый крайний случай. Она весело хмыкнула и ответила:
— Давай представим, что уже бросила. Что дальше? Вы разложите меня прямо тут и изнасилуете, а потом грохнете. Лучше я напоследок увальня с ружьём привалю наглухо.
Под конец предложения против воли в голосе лязгнула сталь.
— Чего это я увалень? — неожиданно обиделся мужик с ружьём. — Макс, чего она обзывается?
— Смотри, не зарыдай! — припечатала его Кали с ослепительной улыбкой.
Однако тут было, над чем задуматься. Макс? Свежаки? Что-то последнее время им прямо везёт на них. Вообще наличие людей в здании может объяснять аномальное скопление низших заражённых вокруг магазина.
— Бросай оружие, — настойчиво повторил второй, державший пистолет нацеленный в затылок блондинке. — Ну?
Кажется, чувство юмора у него отсутствовало наглухо.
— Макс, а давай познакомимся и спокойно поговорим? — предложила Кали. — Я вообще-то в магазин с традиционными намерениями пришла.
— Это с какими? — неожиданно заинтересовался Макс.
— Едой разжиться, — спокойно, как недоразвитому ребёнку, пояснила она. — Не хотелось бы, чтобы в меня тыкали пистолетом. И вообще хоть чем-нибудь тыкали.
Но второго заклинило:
— Отдай пистолет, и поговорим…
Так со свежаками всегда бывает. Стресс, споровое голодание, угнетённые приживающимся паразитом когнитивные способности — разумному поведению никак не способствуют.
— Макс, да чего ты… Нормальная она вроде.
Посвящать свежих совсем не хотелось, но и не бросать же их тут…
— Послушайте, парни, — весело зашла она с козырей. — Если вы не поняли, мир изменился. Зомби видели снаружи магазина?
— Ну…
— Баранки гну! Я не зомби, можете оружие опустить. Для двух здоровых мужчин я опасности не представляю. Я тоже сразу после вас опущу пистолет и расскажу, как избавиться от головной боли, — Кали максимально ослепительно улыбнулась мужику с ружьём. — Не послушаете меня — сами зомби станете.
— Вот сейчас обидно было, — ответил мужик с ружьём. — Чего это мы зомби станем?
— Голова болит? — прищурилась блондинка, которой начал надоедать этот разговор. — Сушняк, как с бодуна, есть? Поздравляю! Ты заражен зомби-вирусом! Если не принять лекарство — скоро оба заурчите.
— Ладно, — неохотно сдался Макс. — Давай поговорим.
Пистолет от затылка убрали. Кали еле удалось сдержать вздох облегчения. Мужик с ружьём встал из-за ящиков и закинул двустволку на плечо. Блондинка, как обещала, тоже опустила оружие, но убирать не стала. Осторожно оглянулась. За спиной стоял полицейский с опущенным в пол пистолетом Макарова.
— Ты кто такая? — задал он вопрос. — Что тебе известно? Что происходит?
— Сейчас…
Блондинка скинула рюкзак на пол и, порывшись в нём, нашла в одном из боковых карманов брошюрку по выживанию в Улье.
— Что это? — удивился Макс.
— Это, гражданин начальник, — позволила себе плоскую шутку Кали. — То, что поможет вам оставаться здоровыми и живыми. Как долго, извини, зависит только от вас.
Мужик с ружьём протянул руку, чтобы взять книжечку, но Кали ловко отдёрнула руку.
— Э-э-э… Нет! Не так быстро, ковбой, — подмигнула она ему. — Я вам руководство для свежих, а вы мне рюкзак тушёнкой наполняете. Меняемся?
— Не можем мы, — неожиданно застеснялся Макс. —
