Действия русских войск по охране железнодорожных станций и путей заключались в патрулировании вдоль дороги конными разъездами с выделением в обе стороны дозоров.
Обнаружив выдвижение отрядов ихэтуаней к железнодорожной линии, разъезды вступали с ними в бой, высылая конных посыльных за помощью на станции, где находились основные силы войск, предназначенных для охраны железнодорожных коммуникаций.
Получив известие о подходе противника, главные силы железнодорожным транспортом выдвигались на маршруты движения ихэтуаней и вступали с ними в бой. Примером таких действий может служить взаимовыручка отрядов полковников Домбровского и Мищенко по охране важного участка железнодорожного пути, в которых приняли участие казаки 5-й сотни 1-го Нерчинского полка.
5-я сотня 1-го Нерчинского полка перед началом боевых действии располагалась в городе Никольск-Уссурийске. По распоряжению командующего Южно-Уссурийским отделом генерал-лейтенанта Линевича была отправлена морем на пароходе «Дальний Восток» в Порт-Артур, где несла городскую полицейскую службу.
22 июня сотня разделилась: І-я полусотня убыла по железной дороге в отряд полковника Домбровского для защиты узловой станции Ташичао (Дашичао); 2-я полусотня под командованием сотника Федосеева осталась продолжать службу в Порт-Артуре.
С прибытием на станцию Ташичао (Дашичао) 1 — я полусотня 5-й сотни стала обеспечивать связь отряда полковника Домбровского с отрядом полковника Мищенко, оборонявшего от ихэтуаней железную дорогу, ведущую на станцию Айсядзян, в 60 верстах севернее Ташичао. Кроме того, казачьи разъезды вели разведку противника в окрестностях Ташичао.
29 июня полусотня под руководством есаула Глена убыла на помощь полковнику Мищенко на станцию Хайчен, в 30 верстах севернее Ташичао.
Китайцы непрерывно атаковали эту станцию, пытаясь разрушить ее. Увидев поезд, ихэтуани отошли от станции, преследуемые сотнями конных охранников полковника Мищенко. В этот же день сотня вернулась обратно, но 30 июня вновь потребовалось выручать охранников железной дороги. На этот раз полковник Домбровский с частью отряда выехал лично.
Уход из Ташичао не остался незамеченным китайцами, которые двинули к станции 1,5-тысячный отряд солдат и ихэтуаней, занявших высоты в 4 верстах севернее Ташичао. Подполковник Гамбурцев приказал полусотне охранять мост, находящийся впереди позиции стрелков, почти у самой горы, занятой китайскими солдатами.
Мост имел важное значение, так как надежно связывал два отряда, давая возможность подвозить подкрепление поездом. Возложив ответственность за удержание моста на урядника Филиппова с 10 казаками, есаул Глен занял рядом высоту, и оттуда казаки залпами стали вести огонь по позициям китайцев.
Китайцы правильно оценили значение моста. Под прикрытием ружейного огня 70 ихэтуаней с топорами и ломами выдвинулись к железной дороге, принялись разбирать ее. Казаки Филиппова залпами из винтовок заставили их отойти, оставив несколько человек убитыми. Такие попытки повторялись неоднократно. Распаленные призывами своих монахов и обозленные упорством горстки казаков, ихэтуани яростно бросались в атаку, потрясая мечами и огромными ножами, насаженными на длинное древко. Их было так много, что огонь из винтовок не мог остановить разъяренную толпу, которая по трупам своих товарищей упорно приближалась к мосту.
Урядник Филиппов, понимая, что в рукопашной схватке 10 казаков не справятся с многочисленным противником, сажал казаков на коней и, отойдя на несколько сот шагов, вновь открывал огонь по атакующим.
Так продолжалось в течение 9 часов. В конце концов ихэтуаням удалось прорваться к мосту со связками хвороста, сухого гаоляна и поджечь его.
Не растерявшись, урядник Филиппов с казаками, расстреляв из винтовок прорвавшихся, подскакали на конях к мосту и потушили под сильным ружейным огнем с высот горящие конструкции моста.
В это время на поезде подошел отряд полковника Домбровского, две сотни охранников полковника Мищенко, и с полусотней казаков есаула Глена стали преследовать убегающего противника.
После понесенных потерь ихэтуани в течение 13 дней активных действий не предпринимали. Свои усилия они перенесли на север, куда на помощь Мищенко убыли две стрелковые роты 11-го полка и 3-го взвода казаков с есаулом Гленом под общим командованием подполковника Рябинина. Накануне к читинцам прибыли на усиление два взвода 1-й сотни 1-го Верхнеудинского полка с хорунжим Хлебниковым.
Отряд атаковал противника и отбросил его к деревне Пудятунь.
До окончания боевых действий 1-я полусотня 5-й сотни 1-го Читинского полка и два взвода 1-й сотни 1 — го Верхнеудинского полка охраняли железную дорогу Ташичао — Айсядзян.
10. Завершение похода в Китай
Если к концу 1900 года операции русских войск в Северной Маньчжурии были практически завершены, то в Южной Маньчжурии они еще продолжались и в 1901 году. Противник имел достаточно сил, чтобы противостоять русским экспедиционным силам. Не исчезла угроза городу Телину, участку железной дороги Мукден — Телин, через который, предполагалось, пойдут отступающие с востока в Монголию китайские войска и отряды ихэтуаней.
Поданным штаба Южно-Маньчжурского отряда, к западу от города Куло, в 150 верстах, находились войска генералов Эльбаина и Шоу, насчитывающие до 10 тысяч солдат; на востоке, в Тунхуансяне, в 220 верстах, стояли 18-тысячные войска генерала Люданзыра; на северо-востоке, около города Хайлучена, действовал 6-тысячный отряд регулярной китайской армии.
Не поддавались учету отряды ихэтуаней, которые постоянно перемещались, сливались в огромные толпы или, по ряду причин, снова распадались на мелкие группы и отряды.
Против перечисленных войск противника в течение первых семи месяцев 1901 года был предпринят ряд экспедиций по очищению Южной Маньчжурии от восставших и поддерживающих их частей армии правительства Цин.
В феврале 1901 года появились сведения о сосредоточении огромных отрядов ихэтуаней в районе городка Тиахо под руководством двух предводителей восставших: Шисыянвана и Люданцзыра. По словам местных жителей, их было до 5 тысяч человек. Вели они себя по отношению к русским войскам мирно, не нападали.
Русским войскам был дан строжайший приказ не трогать их.
В конце января 1901 года небольшие отряды по 10 человек и менее выходили из Тиахо и грабили окрестные деревни, подбирались даже на удаление до 2 верст от передовых русских постов. Потом, как по команде, грабежи и насилия стали происходить в самом городе Тиахо. Китайские горожане и крестьяне приходили с жалобами к русскому командованию, но помочь им было нельзя из-за строжайшего приказа не вмешиваться в дела китайцев.
Многие офицеры удивлялись, откуда китайцы знали все приказы, издаваемые в Русской армии по отношению к ним. По всей видимости, играла свою роль традиционная русская болтливость и неумение сохранять военную тайну. Особенно сильно это проявится в Русско-японскую войну.
Наконец, китайские начальники запретили подвозить русским продовольствие.
В конце февраля на Тиахо была проведена разведка. Казаки Амурского полка вошли в город, но «тысяч китайских солдат» не обнаружили. Потом выяснили, что отряд в 500 всадников ушел накануне.
Население деревень все чаще и чаще обращалось за помощью к русскому командованию. Народ устал от постоянных грабежей, и в русских видели реальную силу, способную их защитить. Насколько эта вера была сильной, позволяет судить один случаи, произошедший в Тиахо.
Во время нахождения войск Шисыянвана в Тиахо и усиления грабежа населения его солдатами в деревню Лафаджан прибежала жена городского старшины и со слезами на глазах стала просить русское командование послать в город «хоть одного казака, так как китайские солдаты шибко обижают народ»… Люди верили, что даже «один казак» сможет их защитить.
Наконец, был дан приказ русским войскам выступить против отрядов ихэтуаней, которые все больше стали проявлять агрессивность.
Для их разгрома создали несколько отрядов под руководством генералов Каульбарса, Фока, Церпинского, полковника Познанского, есаула Мадритова.
Они выступили по различным направлениям из Гиринской и Мукденской провинций в направлении лесов императорской охоты и 28-29 марта сосредоточились в районе деревни Пейсаченза, где решили дать отдых войскам и отпраздновать Пасху, которая в 1901 году была 1 апреля.
Все бои до этого носили характер мелких стычек с противником. При первом орудийном выстреле китайские солдаты и ихэтуани разбегались.
Только на перевале Инулин большой отряд Шисыянвана принял бой, но был разгромлен. Часть китайских солдат была уничтожена, а кто не погиб в бою от пуль и казачьих шашек, разбежались по лесам. Сам Шисыянван бежал к границе с Кореей, а потом, как и Хантенпо, явился в Гирин с повинной. Ему сохранили жизнь, но выслали в город Читу.
