– Морды били, но, похоже, живы все. Так, нужно найти что-то, что можно было бы показать коменданту как доказательство, – снова вздохнул он, рассматривая разбросанные вещи.
Под кустом обнаружился шелковый тапок, из тех, в которых ходят дома, и, тихо рассмеявшись, он подобрал и сунул его в мешок. Убедившись, что ловить тут больше нечего, парень отметил сломанной веткой проход в кустах и понесся обратно. В крепости, пройдя сразу в комендатуру, Елисей поднялся на второй этаж и, войдя в кабинет, молча положил на стол найденный тапок.
– Что это? – потемнев лицом, тихо спросил комендант.
– Тапок графский, – пожал Елисей плечами. – Скрали поручика. Вместе с холопами. Крови нет нигде, выходит, всех живьем взяли.
– О господи! – охнул комендант, закрывая лицо руками. – Что ж теперь будет-то?
– А ничего не будет, – жестко отозвался парень. – Отпишите генерал-губернатору сами. Так, мол, и так, господин поручик, воспользовавшись своим свободным от службы временем, отъехал из крепости на охоту, не пожелав воспользоваться советом и утверждая, что желает развлечься. А спустя двое суток вы приняли решение отправить к нему пластуна, потому как обратно граф не вернулся, хотя должен был выйти на службу. Думаю, такое письмо сможет многое там прояснить.
– А дальше? – спросил комендант, удивленно глядя на него.
– А дальше еще одно письмо. Что, мол, вернулся пластун и сообщил, что место стоянки нашел и по следам определил, что захватили графа горцы. И более о его судьбе вам ничего не известно. Пусть, мол, известия и письма с просьбой о выкупе ждут.
– Не поможет, – подумав, вздохнул комендант.
– А ежели вообще ничего не делать, еще хуже будет, – пожал парень плечами.
– Тоже верно, – вздохнул штабс-капитан. – Ладно, ступай, казак. Спаси Христос, Елисей, за помощь.
– Обойдется, ваше благородие, не переживайте, – улыбнулся в ответ парень и вышел из кабинета.
Вернувшись домой, он едва успел переступить порог, как в комнату ворвалась Наталья и с порога огорошила его известием, что из Пятигорска ему привезли посылку. Купец, пришедший в крепость с караваном, оставил ее в сарае. Обрадовавшись этому известию, Елисей с довольным видом даже руки потер. Вот теперь можно и серьезным делом заняться.
– А что там? – спросила Наталья, не сдержав любопытства.
– Инструмент всякий и материалы для работы, – отмахнулся парень.
– Опять делать чего собрался, – понимающе кивнула женщина.
– Угу. Только сначала нужно место подходящее найти, чтоб не вышло чего, – буркнул парень, почесав в затылке.
– А чего нужно-то?
– Да сарай какой старый. Лучше каменный. Чтоб печка была и крыша целая. С остальным сам разберусь.
– А чего там искать, – пожала Наталья плечами. – За плацем ажно три таких сарая под стеной стоят. Только с комендантом уговориться надо, чтоб дозволил пользоваться.
– А вот это уже интересно, – обрадовался Елисей. – Завтра и посмотрю.
– Ага. Вечерять станешь, или сначала займешься чем?
– Повечеряю, пожалуй. Особо дел нет, – улыбнулся парень и отправился к колодцу, мыться.
После ужина, пройдя в сарай, Елисей распотрошил ящики с приехавшим оборудованием и, осмотрев все, весело усмехнулся. Ювелиры прислали все, что он заказывал. Кислота, в большой бутыли толстого стекла с притертой пробкой. Перегонный аппарат, сделанный Изей по его чертежам, и по полсотни гильз двух калибров. Это уже шло вроде как бонусом, от самих мастеров. Закрыв сарай, Елисей вернулся в дом, а утром первым делом отправился к стене, где, по словам его домашней хозяйки, пустовало три сарая.
Наталья сказала верно. Сараи там были. Два Елисею не подходили. Один слишком большой, у второго провалилась крыша, а вот третий был в самый раз. Внимательно обследовав его, парень проверил печь и дымоход и, подперев дверь поленом, отправился к коменданту. Работать он собирался с горючими и взрывчатыми веществами, поэтому место ему подходило идеально. У сараев кроме стены и плаца никаких построек и тем более жилых домов не было.
Быстро договорившись со штабс-капитаном, Елисей помчался на базар. Прежде всего нужно было решить вопрос со спиртом. Найдя местного торговца зерном, он выкупил у купца три мешка плесневелого зерна и, перевезя их в уже свой сарай, занялся делом. Шесть больших глиняных чанов, которые он взял временно у виноделов, были заполнены распаренным зерном и залиты подслащенной медом водой с добавлением дрожжей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Крышки чанов пришлось уплотнять кожей и обвязывать веревками. Обложив чаны овчинными шкурами, Елисей выставил их так, чтобы солнце подогревало их через окна, и занялся изготовлением вытяжки. Кузнецы за пару часов выгнули ему из толстой жести воронку и несколько труб с отводами. Перетащив все это добро в сарай, Елисей поспешил к плотникам. Два длинных крепких стола, пара этажерок и грубый стеллаж были сделаны за пару дней.
Оборудовав сарай, парень приступил к перегонке получившейся браги. Гнал он самогон через угольный фильтр, стараясь сразу удалить сивушные масла. Закончив с брагой, он перегнал полученный продукт еще раз и, отлив немного в плошку, вышел на улицу. Рассматривая прозрачный спирт на просвет, Елисей усмехнулся:
– Опыт, его не пропьешь.
С этими словами парень поднес к плошке горящую лучину и едва успел отдернуть руку. Жидкость полыхнула не хуже керосина.
– Градусов восемьдесят точно есть, – довольно кивнул парень, разглядывая голубые язычки пламени, плясавшие в плошке.
– Чем это вы тут заняты, молодой человек? – послышался вопрос, и к сараю, поправляя пенсне, подошел доктор.
– Доктор, а что такое спиритус вини? – с ходу огорошил его Елисей вопросом. – Это по-каковски будет?
– Это, молодой человек, латынь. Винный спирт означает. А откуда вы это узнали?
– Шоб я помнил, – развел Елисей руками. – Вот, мелькнуло что-то в памяти, я и сделал. Горит хорошо, но уж больно вонюче.
– Погодите, так это у вас спирт? – растерялся доктор, не веря собственным ушам.
– Да хрен его знает, что там получилось. Сейчас принесу, – смеясь про себя, ответил парень и, нырнув в сарай, вынес ему рюмку спирта.
Доктор осторожно взял рюмку в руку, старательно принюхался к ней, после чего осторожно коснулся жидкости языком. Сплюнув, он растерянно посмотрел на парня и, возвращая ему рюмку, осторожно спросил:
– И много у вас такой жидкости получилось?
– Ну, есть малость, а что?
– Вам она для чего-то нужна? – последовал новый вопрос.
– А вам что, надо? – в эту игру Елисей мог играть долго.
– Эта жидкость весьма полезна при проведении операций. Из чего вы ее сделали?
– Так из зерна плесневелого. Купил по дешевке да запарил.
– Прекрасно. Я готов купить у вас его, – тут же заявил доктор.
– Кого, зерно? – включил дурака Елисей.
– Да нет же. Спирт, – всплеснул доктор руками.
– Да господь с вами, сударь, – рассмеялся Елисей, уже сообразив, что взятку продуктом ему дать придется. – Прикажите бутыль подходящую принести, я вам и так отолью.
– Одну минутку, молодой человек, – засуетился доктор. – Я сейчас вернусь.
Развернувшись, он быстрым шагом прошел в свою амбулаторию и спустя несколько минут вернулся обратно, неся в руках примерно литровую бутыль с притертой пробкой. Забрав у него тару, Елисей налил ему бутыль почти под горлышко и, вынеся, сказал, возвращая:
– Вам ежели сильно надо, прикажите лежалое зерно и старый мед мне принести. Я вам еще сделаю.
– Благодарствую, голубчик, я постараюсь найти, – закивал доктор, с подозрением поглядывая на сарай.
«Так, похоже, нужно срочно замок делать. Этот может и влезть от любопытства», – подумал Елисей, прощаясь.
Выпроводив врача, Елисей прибрался в сарае и, закрыв дверь на петлю из толстой проволоки, отправился на базар. В мясные ряды. Купив примерно килограмм говяжьего жира, он вернулся в сарай и, бросив его на сковородку, принялся вытапливать. Перелив топленый жир в глиняную миску, парень дал ему остыть и, отлив немного кислоты из бутыли, начал осторожно поливать ею жир. Получив вязкую, маслянистую массу, он убрал емкость с кислотой и, вернувшись к столу, стал добавлять в массу спирт, постоянно ее помешивая деревянной лопаткой.
