они способны в полной мере удовлетворять их потребности.[355]
Иная ситуация складывается с неэкономическими благами. Поскольку количество таких благ превышает надобность в них, то они не являются объектами хозяйства и собственности, а потому становятся свободнодоступными для всех членов общества.[356]
По мнению К. Менгера, экономический и неэкономический характер благ сам по себе не есть их имманентное, т. е. внутренне присущее им свойство. Этот характер не зависит также ни от общественной формы хозяйства, ни от продуктов социально-трудовой деятельности,[357] поскольку он определяется исключительно соотношением между человеческими потребностями и количеством данных благ. При этом характер последних может меняться, т. е. в зависимости от условий, места и времени одни и те же блага могут выступать в качестве и экономических, и неэкономических благ. Поясняя свою мысль, К. Менгер писал: «В то время как не имеют экономического характера количество воды для питья в местностях, изобилующих источниками, сырые стволы деревьев – в первобытных лесах и даже участки земли в некоторых странах, те же блага, в то же время в других местностях обнаруживают экономический характер; не менее многочисленны примеры, когда блага, не обладающие экономическим характером в определенный период времени в определенной местности, приобретают его в той же местности, но в другое время. Эти различия и изменения в благах не могут поэтому иметь в своем основании какого-либо их свойства. Напротив, при точном и тщательном анализе занимающего нас явления мы можем во всех случаях удостовериться в том, что там, где блага того же рода одновременно в двух различных местностях имеют различный характер или же где в одном и том же месте они первоначально не обладали экономическим характером, а затем приобрели его, или же наоборот, всюду существует перемена в отношении между надобностью и количеством благ, доступным распоряжению».[358]
Такова суть концепции хозяйственных (экономических) благ К. Менгера, совершившего еще одно великое «открытие». Если классики выделяли даровые (естественные) и хозяйственные блага, понимая под первыми блага, созданные природой (вода, деревья, свет, воздух и т. п.), а под вторыми − блага, произведенные в ходе хозяйственной деятельности, то К. Менгер внес весьма важное «уточнение» в эту классификацию. Как уже отмечалось, по его мнению, все блага делятся на хозяйственные (экономические) и нехозяйственные (неэкономические). В качестве критерия такого деления выступает, однако, не хозяйственная деятельность людей, связанная с производством определенных благ, а отношение между потребностью в этих благах и их количеством, доступным распоряжению отдельного индивида. При этом не имеет никакого значения вопрос о том, откуда берутся сами блага, т. е. являются ли они продуктами труда или непосредственно даны природой? Важно только их количество: если оно превышает потребность в них, то это неэкономические блага, если же, напротив, оно меньше потребности в них, то это блага экономические.
Как видим, критерий классификации благ, предложенный К. Менгером, опирается на методологию индивидуализма. В соответствии с ней он рассматривал хозяйственную деятельность обособленного индивида, живущего либо в первобытном лесу, либо в отдельной местности, где имелось в изобилии большое количество различных предметов. В этом случае данный индивид имел дело с неэкономическими благами. В том же случае, когда данный индивид испытывал нужду в каких-либо предметах, он, напротив, имел дело с благами экономическими. И хотя характер благ может меняться в определенное время в той или иной местности, тем не менее вышеуказанный критерий деления благ, по мнению автора, остается незыблемым.
Однако данный критерий является весьма абстрактным, оторванным по существу от реальной действительности. Как известно, на любой ступени исторического развития всякая хозяйственная деятельность, связанная с преобразованием веществ природы в полезные блага, осуществляется в обществе, посредством определенной общественной формы, а потому вне общества существовать не может. В силу этого каждый хозяйствующий индивид вынужден вступать в экономические отношения с другими хозяйствующими индивидами, в том числе и по поводу обмена произведенными благами. Будучи продуктами труда, все эти блага суть хозяйственные блага, характер которых предопределяется прежде всего характером удовлетворения общественных потребностей. В таком случае деление благ на хозяйственные (экономические) и нехозяйственные (неэкономические) лишено всякого научного смысла, поскольку любой предмет, способный удовлетворять (реально или потенциально) ту или иную человеческую потребность, выступает в качестве хозяйственного (экономического) блага. Нехозяйственный (неэкономический) характер данного блага означал бы лишь то, что оно не способно удовлетворять никакую потребность вообще. Но обнаружить такое благо в действительности не представляется возможным. Что же касается количества благ, доступных распоряжению, то оно свидетельствует не о делении этих благ на экономические и неэкономические, а лишь о той совокупности благ, которыми располагают хозяйствующие индивиды в каждый данный момент времени.
В противоположность этому К. Менгер, опираясь на количественный подход, стремился доказать, что по мере развития общества, роста населения и человеческих потребностей неэкономические блага превращаются в экономические.[359] В действительности же, это общеэкономическая закономерность, свидетельствующая о прогрессе общества, развитии общественного производства, в процессе которого происходит преобразование веществ природы в общественно-полезные блага для удовлетворения возрастающих потребностей людей.
Несостоятельность данного подхода обнаруживается еще в двух положениях, выдвинутых К. Менгером. Во-первых, он полагал, что особый научный интерес представляют блага, занимающие среднее место между экономическими и неэкономическими благами. К ним он относил общественные блага (блага публичного пользования, по терминологии автора), т. е. те блага, количество которых доступны распоряжению даже беднейших членов общества (например, водопровод, образование и т. п.). В зависимости от ступени зрелости общества эти блага могут иметь для потребителя либо неэкономический, либо экономический характер.[360] Такова точка зрения автора. На самом же деле подобные блага есть продукт социально-экономического развития. Как и остальные блага, они удовлетворяют определенные потребности людей, а потому всегда являются экономическими (хозяйственными) благами. Другое дело, уровень удовлетворения данных потребностей, который предопределяется природой общественного строя, всей совокупностью присущих ему отношений.
Во-вторых, блага, предоставленные природой в распоряжение человека в количестве, превышающем надобность в них, по мнению автора, все же имеют для потребителя экономический характер, поскольку их владелец устраняет остальных хозяйствующих субъектов от свободного доступа к ним и свободного распоряжения ими. Иначе говоря, природные блага приобретают экономический характер даже в том случае, когда они неограничены и становятся объектами собственности отдельных лиц.[361] Как говорится, что и требовалось доказать. Оказывается, что независимо от количества естественных благ, доступных распоряжению, любое из них, ставшее объектом собственности, а стало быть, вовлеченное в процесс производства, является хозяйственным благом.
В соответствии с вышеуказанными законами К. Менгер сформулировал два новых «закона», которым подчиняются экономические блага. Согласно первому «закону», «надобность в благах высшего порядка обусловлена экономическим характером соответствующих благ низшего порядка».[362]
