— Что мы знаем о Глашатаях Тени? — спросил он, когда они начали свой длинный путь назад на поверхность. Из некоторых камер слышались жалкие крики, слабые стоны, резкие рыдания. Из других… ничего. Кем были эти люди? Почему они были здесь? Капитан без сомнения мог бы сообщить ему имена и 'преступления' каждого из них, так же как и палач и другие стражники. Но аристократов — тех, кто без сомнения и сослал сюда этих людей, и кто мог бы освободить их — не тревожили эти стены.
— Очень немногое, в чём можно было бы не сомневаться, ваше превосходительство, — сказал капитан. Непохоже, чтобы его удивил этот вопрос, но возможно его задавал кто-то ещё. Немногие проявляли интерес к делам дворцовых гвардейцев — министр внутренних дел, министр Двора, и при случае премьер-министр и император. Других это мало интересовало.
В настоящее время министр Двора был сослан в свой имение на юге, не было никакого министра внутренних дел, а следующего императора ещё предстояло выбрать — так что оставался только Малачи.
Как он и хотел.
Принимая во внимание всё более или менее похожее на информацию, мне кажется, что где-то кто-то получил особенно яркое видение. Было ли это предсказание истинным или нет, мы не можем сказать, но кем бы ни был этот первый провидец, оно должно быть свело его с ума. Просто ли он пересказал своё видение другим, или его увидели и другие, мы не уверены, но небольшая группа сумасшедших взялось готовить народ к огню и проповедовать приход Тьмы.
Таких лунатиков немного, я уверен. Возможно не более сотни на всей планете, и возможно ещё несколько сотен в колониях. Но к ним присоединяются очень многие в надежде… на что-то. Зима была суровой и недавние катаклизмы, голод и восстания привели к широкому распространению разочарования. И потом ещё просачиваются новости о ситуации на Гораше… Всё очень просто, ваше превосходительство, люди нуждаются в чём-то, чтобы верить.
Он тщательно избегал упоминать практически полное отсутствие реакции Двора на эти проблемы. Крестьяне голодали, посевы гибли на корню, армия слабела, колонии захватывались нарнами… и Двор продолжал праздновать и пировать.
И сегодня люди сжигают себя на улицах.
Малачи провёл остальную часть дороги в молчании, думая о всех людях, что умерли этим отвратительным способом. Он знал о Глашатаях Тени, и знал всё, что сказал ему капитан. Он мог бы даже понять первого человека, грезившего о Тьме, безумного провидца, кто по непонятным причинам был освобождён из соответствующего учреждения только, чтобы проповедовать людям, а затем убить себя в пламени. Но его слова распространились.
Малачи также знал правду об аристократах, поддерживающих некоторых… рьяных Глашатаев Тени. В действительности они не имели никакого отношения к убийству Дугари, но они принимали участие в других… актах террора. Но и они действовали не самостоятельно.
Малачи сам стоял за ними, почти с самого начала.
Тьма действительно надвигалась, но не снаружи, как они проповедовали, а изнутри. Если ничто не изменится, она поглотит Республику Центавра. И потому, всё должно измениться.
Малачи позаботится об этом.
* * *
Неудачи жестоко уязвляли Синевала, Примаса Nominus et Corpus и вождя свободных минбарцев. Он не раз испытывал это прежде, но каждый раз мог рационально объяснить причины своих неудач. Имелось высказывание Валена, что очень подходило к данному случаю. Есть две группы людей в этой жизни: те, кто отказываются верить, что они способны ошибаться, и те, кто знают о своих ошибках и стараются избежать их в дальнейшем.
Синевал всегда относил себя ко второй группе, но сейчас, сидя в одиночестве в своей каюте на Вавилоне 4, он начал в этом сомневаться.
Его самой большой ошибкой, несомненно, была Джа'дур. Будучи мёртвой уже более двух лет, она всё ещё приносила ему неисчислимые беды. Если бы только он убил её раньше и освободил себя от кандалов, унаследованных от глупости его предшественников.
Но он этого не сделал, и теперь вспоминая свой разговор с Деленн и Старкиллером, он познал чудовищную глубину своей ошибки.
Он не прятался от них, по правде говоря. Он просто был занят, принимая донесения с уцелевших колоний и ведя переговоры с сановниками, собравшимися на встречу, что должна была положить начало новому союзу… Он был занят, но к сожалению не достаточно занят, чтобы гарантированно избежать Деленн и Старкиллера.
Он знал, о чём они будут просить. Лекарство. Ответ на смертоносный вирус Джа'дур, угрожающий жизни Шеридана. Вирус, которому он несознательно позволил быть созданным.
Он знал, о чём они спросят, и знал свой ответ.
— Нет. Я не нашел никакого лекарства. Пока нет.
И затем… обвинения. — Ты хорошо искал? Насколько хорошо?
— Чего ты хочешь меня, Деленн? Может ты хочешь объяснить моим людям, почему их вождь слишком занят, чтобы уделять внимание их проблемам? На Таролине Два уже несколько месяцев свирепствует чума. В системе Овари нашим трассам угрожают рейдеры. Соновар и его отступники все ещё скрывается, все ещё что-то готовят. Ворлонцы продолжают действовать, Тени продолжают действовать.
— Я должен игнорировать все эти проблемы в стремлении помочь старому врагу нашего народа? Ты хочешь объяснить им это?
— Я тоже занимаюсь проблемами минбарцев, Синевал. Ты это знаешь.
— И всё же они меньшинство среди тех, кто приходит к вам нам Казоми Семь. — В его словах притаилось тонкое жало. Это было не достойно его, но это была правда.
— Они приходят за помощью. Мы не отказываем никому, кто искренне нуждается в помощи. Я не придерживаюсь твоей политики.
— Вы можете передать часть файлов людям Г'Кара? — Старкиллер. — Возможно они смогли бы помочь.
— Нет. Там есть… подробности, которые нельзя разглашать. Тайны, которые никогда не должны быть раскрыты.
— Тогда храните свои тайны, Синевал! Я только надеюсь, что мы все не сгорим из них. — Эти слова повисли в воздухе, когда Деленн ушла.
Ошибки… слишком много их было, слишком мало из них он искупил.
Синевал попытался медитировать, но мир не пришёл к нему. Ни проблеска. Он чувствовал возвышение тьмы и знал насколько хрупок был свет, поднявшийся против неё.
И впервые за все эти годы, он познал страх.
* * *
Казоми-7, символ надежды, триумфа света над тьмой, победы оптимизма над отчаянием. До недавнего времени это название ничего не говорило Кэтрин Сакай. Сообщения ISN на Проксиме редко затрагивали дела инопланетян, и любые новости о становлении нового Альянса тщательно редактировались. Особенно то, что оно явилось результатом хаоса, последовавшего за вторжением дракхов. Дракхи был союзниками человечества, и никто не собирался показывать людям, что их союзники едва не вырезали полностью население целой колонии.
Однако, не все люди были столь же не осведомлены, как она, и Кэтрин (не)посчастливилось найти корабль с такими людьми.
Это было долгое путешествие. Даже теперь, когда человечество медленно возвращало себе своё законное место в галактике, межзвездное сообщение было ограничено… Собственно единственным общепринятым местом назначения были другие земные колонии и, возможно, некоторые из миров Нарна.
С Проксимы Кэтрин отправилась на старую колонию Вега-3, бывшую временную базу горнодобытчиков, её значение однако выросло после нападения минбарцев, разрушивших основную базу на Веге-7. Оттуда к родному миру нарнов, и затем окольными путями к Казоми-7.
Путешествие занимало все её мысли, но теперь, достигнув цели, она начинала задаваться вопросом, зачем всё это. Почему она отказалась от своей работы и друзей, ради путешествия в место, где практически не было ниодного человека одной с ней расы? Был ли в этом какой-то интерес у IPX…? Возможно, но тогда, почему компания просто не отправила её сюда?
Слишком много вопросов, и ни одного ответа. Она продолжала размышлять над этим, чтобы хоть как-то отвлечься от непрерывного бормотание пилота.
— О да… Казоми Семь всегда отнимает кучу времени. Даже в былые времена, когда это был простой транзитный порт, нейтральная планета между территориями. Сколько сомнительных сделок я прокрутили там в те дни, позвольте вам сказать. Как-то я напивался с одним из этих дрази, с которым хотел делать бизнес, когда эта леди бракири подходит ко мне. Я тогда начинаю волноваться, потому что хорошо наслышан о всех этих инопланетных женщинах, вы понимаете о чём я. Ну ладно, она и говорит мне: «Это вы капитан Джек». Капитан Джек, это меня так зовут. Не припомню, говорил я вам уже или нет. Но так или иначе, я говорю ей…
И наконец она здесь. Казоми-7. Когда она вышла с причала, то поняла, что не имеет ни малейшей идеи, с кем она должна увидеться или куда пойти.
Взгляд, брошенный вокруг, мало что её памяти. Несколько дрази, спорящих с таможенным офицером бракири. Несколько массивных буллоксианских охранников. Торговец-ллорт с двумя телохранителями дрази.
