Взгляд, брошенный вокруг, мало что её памяти. Несколько дрази, спорящих с таможенным офицером бракири. Несколько массивных буллоксианских охранников. Торговец-ллорт с двумя телохранителями дрази.
— Это снова вы? — произнёс утомлённый голос. Кэтрин обернулась, чтобы увидеть капитана Джека, беседующего с дрази, носившим перевязь, которая, она была уверена, символизировала какой-то ранг.
— А, хорошо, что вы меня знаете, — ответил капитан Джек. — Не мог не завернуть сюда. Всегда в пути, всегда в делах, вы же сами знаете. Только небольшой бизнес, и это всё. О, и могу я вам представить моего прекрасного компаньона, гхе гхе… Кэтрин Сакаи. Она любит ночные забавы, держу пари. Ха ха!
Дрази обернулся, чтобы посмотреть на Кэтрин и пожал плечами. — Вейяр должен будет взглянуть на неё.
— Вейяр? Кто…? — Она остановилась, ощущая приближение чего-то неописуемого. Обернувшись, она увидела землянина, молодого мужчину в чёрном одеянии. В его осанке чувствовалась огромная сила, но сейчас… казалось, его разбирало своего рода любопытство.
— Новенькая, — сказал дрази. — Взгляните на неё.
— Зачем вы здесь? — спросил её Вейяр, пристально глядя в её глаза.
— Вы представитель таможни или чего-то в этом роде?
— Нет я… скорее особый вид охраны. Кто вы?
Она сообразила, что это вопрос. — Я… Кэтрин. Я просто… путешествую.
— Откуда вы?
Не говори ему, не говори ему, не говори ему. — Проксима, — сказала она, это слово будто само собой выскользнуло из неё.
— Проксима. — Он, могло показаться, искал перевод на свой язык. — Проксима… Зачем вы здесь?
— Просто… я просто… Я… не знаю.
— Проблемы? — спросил охранник дрази. Его рука легла на оружие. Несколько буллоксиан начали угрожающе двигаться в их направлении.
— Она не… заражена, — сказал Вейяр, задумчиво. — И я не могу обнаружить… ничего неправильного, но…
— Мы можем задержать её, — предложил дрази. — Или выслать?
— Нет, — сказал Вейяр, покачав головой. — Не нужно. Пропустите её. Я… не до конца… уверен… Пропустите её.
Дрази пожал плечами. — Как скажете. — Он выглядел несколько неуверенно. Обращаясь к Кэтрин: — Идите в том направлении. Там вас встретят таможенники и выпишут пропуск. — Она кивнула и пошла в указанном направлении, чувствуя, как глаза Вейяра буравят её спину.
Лишь, когда она говорила с таможенным офицером, она вспомнила кое-что очень важное. — Скажите, — спросила она его, — вы знаете, где я могу найти Валена?
* * *
Это продолжалось всего несколько месяцев, с любой точки зрения. По сравнению с ритмом жизни последних двух лет, недавние события были несколько… более спокойными и менее насыщенными, но это было вполне в духе центаврианской политики. Теоретически занимать руководящую должность на Приме Центавра было менее опасно, чем бежать с опустошённой колонии с дракхами на хвосте, но теория и практика всегда сильно расходились друг с другом.
Лондо был более чем удивлён тем, как далеко ему удалось зайти. Успех его ходатайства перед парламентом Целини основывался на тщательном изучении политического климата, а также на немалой доле слепой удачи. Последовавшие за этим события, однако, могли бы начать развиваться в самых различных направлениях.
Он был очень рад обнаружить трех очень серьёзных союзников при Дворе Целини. Вирини, бывший министр Двора. Насмешливый, гиперактивный коротышка был весьма сведущ в политике и интригах Императорского двора. Слишком многие считали его не больше, чем объектом для шуток, а его — весьма сомнительный — этический кодекс позволил обратить это отношение в источник самой разнообразной информации. Приняв сторону Лондо, он просто горел желанием поделиться своими открытиями.
Затем Дурано, много лет прослуживший в министерстве Разведки. Скрупулёзный, дотошный аккуратист, казалось, что он знает всё, что кто-либо, когда-либо и о чём-либо говорил. Его старые связи и в столице, и в других местах позволяли ему быть в курсе всего, что происходило интересного. Он был снят со своего поста в министерстве, где проявил себя слишком эффективным, и выслан в своё имение в Сфодрии. Услышав об избрании Лондо, он прибыл на Целини, чтобы предложить ему свои услуги.
И наконец спикер Двора, наследственный и почти забытый пост на Целини, наследие времён независимости. Спикер уже помог Лондо в его попытке стать губернатором, и теперь он был возможно наиболее важной частью этой небольшой коалиции. Пока он признаёт Лондо в качестве нового правителя Целини, его будут признавать и остальные.
Остальные. Бывший заседатель(ситтер) Воле — первым же указом Лондо как губернатора, он должен был быть снят со этой должности — сбежал в столицу сразу же после возвышения Лондо. Агенты Дурано подтвердили, что он достиг Двора, сообщил обо всём, что случилось, и затем… исчез. Его настоящее местонахождение было неизвестно.
Лондо осмотрел собравшихся вокруг него отставных игроков, в смысле своё Правительство. Он не улыбался. Было время, когда он сделал бы это с гораздо большим удовольствием. Однако, он был доволен теми союзниками, которых смог собрать. И большинство из них было больше чем просто союзники — они были друзьями.
Среди некоторых рас распространено убеждение, что сила человека основывается на достоинствах его друзей. Если так, думал Лондо, то он был одним из самых счастливых людей в галактике.
Дурано, Вирини и заседатель(ситтер) конечно же были здесь. Они все занимали официальные посты в новом Независимом Парламенте Целини. Несколько менее официальным было положение Шаала Ленньера, телохранителя Лондо. Присутствие минбарца в таких августейших кругах шокировало кое-кого, но в ещё больший шок их повергло присутствие жены Лондо, леди Тимов.
— Но… но… она — женщина! — Запротестовал консервативный Вирини.
— И я в этом более чем уверен! — ответил Лондо. — Удивительно, не так ли? Вы женаты на ком-то в течение более чем тридцати лет, и всё это время продолжаете обнаруживать в ней всё новые и новые горизонты. Будем надеяться, что любая жена, которую вы выберете себе, Вирини, окажется женщиной. Было бы не слишком приятно обнаружить иное во время свадебной ночи.
Многовековые традиции не позволили Лондо предоставить ей официальный пост, но она всегда присутствовала на их встречах и дискуссиях. Как он однажды заметил, это спасло её от необходимости шпионить за ним.
И в этом потоке встреч возник один очень старый друг, совсем недавно вернувшийся из-за границы. И вестник очень плохих новостей.
— Система Гораш для нас потеряна, — сказал лорд-генерал Марраго, бывший глава центаврианских войск. — Константин и Хадриан уничтожены. Клаудиус сумел уйти, но он сильно повреждён. Он не сможет вернуться в строй по крайней мере месяцев шесть. И то, если ремонт начнётся немедленно. Но пока, похоже, никого это не интересует.
— Возможно это попытка сохранить лицо — высказался Дурано. — Расходы на такой ремонт были бы огромны, их будет сложно скрыть. В настоящее время очень немногие при Дворе полностью информированы о степени нашего поражения. Всем говорят, что система Гораш находится на военном положении.
— Интересно, как долго будет длиться этот маскарад, — пробормотал Лондо. — Долго ли мы сможем вести боевые действия без центров снабжения на Гораше?
Марраго пожал плечами. — Сложно сказать. Я предполагал возможность такой ситуации во время последней войны, когда Гораш был атакован и почти пал. Есть несколько менее мощных центров снабжения на наших секретных базах, так что это не такое большое бедствие, как могло бы оказаться. Однако, ситуация очень не благоприятна. Я сказал бы даже сказал, что на исправление положения у нас имеется год или чуть больше. Что не включает… стремление некоторых индивидуумов, сократить это время.
Ему не было нужды продолжать. Марраго достаточно было напомнить о потере базы в Квадранте 37. Сложная и длинная военная кампания — и победа — была полностью уничтожена за несколько часов распоряжениями Двора. Некомпетентность — в лучшем случае: измена — в самом худшем. Никто не хотел верить, что некоторые силы Двора хотели, чтобы война была проиграна, но факты были неумолимы.
— Но всё, что я могу предполагать относительно нарнов, слишком зыбко, — продолжил Марраго. — Они… используют стратегию, на которую я никогда не считал их способными.
— Как это? — спросила Тимов.
Марраго посмотрел на неё и начал усиленно жестикулировать, пытаясь объяснить сказанное. — Нарны — это партизаны, миледи. Так было всегда. Именно так они вынудили нас оставить их родной мир. Они просто сделали наше существование там невозможным. Их стратегией всегда была война на истощение… разорвать линию снабжения здесь, убить лидера там. Они создают хаос — понемногу, но повсюду. Слишком чуждая для нас концепция. Они не воюют так, как это делаем мы.
