— Торжественно обещаю на этот раз одеяло не сбивать.
— На этот раз? — недоверчиво переспросила Лаури. — Ты хочешь сказать опять? Сейчас?
— А ты не хочешь? — спросил Дрейк, и даже в темноте Лаури увидела, как он насмешливо вскинул брови.
— Ну… я…
Но он, не дослушав, жадно приник к ее губам, и Лаури к своему изумлению услышала свой собственный сбивчивый шепот:
— Да, да…
Глава двенадцатая
Следующие несколько дней царила полная идиллия. Дрейк почти никогда не выпускал Лаури из поля зрения, не сводил с нее восторженных глаз. Ему мало было находиться с ней в одной комнате — он то и дело дотрагивался до нее, обнимал, целовал. Ночи их были полны безудержной страсти, приводившей их обоих в изумление. Днем, когда с ними рядом бывала Дженифер, они изливали свое счастье на ребенка, и девочка купалась в его лучах.
Часто ходили они в деревню, бродили по магазинам, расположенным по обеим сторонам холмистых живописных улочек. Однажды они заглянули в магазинчик деревянных изделий Джона Медоуза. Он тепло встретил их, даже намеком не дав понять, что помнит, как грубо с ним обошелся Дрейк в прошлый раз.
Лаури была очень признательна Дрейку за то, что он проявил искренний интерес к работе Джона и вежливо расспрашивал его обо всем, касающемся резьбы по дереву. И оба они, такие разные, пустились в неторопливый разговор. Однако, разговаривая с Джоном, Дрейк не убрал руку с плеча Лаури, ясно дав тем самым понять, что имеет на нее кое-какие права. И этот жест собственника не укрылся от Джона.
Лаури с Дрейком обожали эти вылазки в город, однако самыми приятными минутами считали тихие вечера дома у камина за бутылочкой вина.
Лаури любила примоститься в уголке дивана, а Дрейк, улегшись на спину, клал голову к ней на колени, как в тот вечер, когда к ним нежданно-негаданно заявились ее родители. Он рассказывал ей о своих планах и надеждах.
Но каким бы серьезным и обстоятельным ни был их разговор, мало-помалу он затихал. Руки, которыми Дрейк только что экспрессивно жестикулировал, начинали гладить ее, сначала вроде бы невзначай, потом все настойчивей, пока огонь в камине уже не шел ни в какое сравнение с пожаром, разгоравшимся между ними.
Когда перед возвращением в Небраску Лаури позвонили родители, ей уже не было нужды притворяться, что она счастлива. Счастье и в самом деле переполняло ее. Она пригласила родителей заехать в Уиспез, однако обстоятельства вынуждали их сразу же после конференции спешить домой. Лаури, прежде чем повесить трубку, заверила родителей, что несказанно счастлива, и, говоря это, ничуть не кривила душой.
Обычно после того, как Лаури с Дженифер заканчивали занятия, и до того, как на урок жестов заявлялась Бетти с детьми, они шли бродить по лесу. Лаури частенько брала с собой еду, и они, усевшись у ручья на старенькие одеяла, неторопливо принимались за трапезу. А над головой шуршали голыми ветвями осины — зима была не за горами.
Однажды ясным осенним деньком они как обычно отправились на пикник. Поев, Дженифер, утомленная занятиями, прикорнула на одеяле и крепко заснула. Дрейк, прислонившись спиной к дереву, притянул Лаури к себе, и она прильнула к его широкой груди.
— С удовольствием последовала бы примеру Дженифер, — сонно пробормотала она, устроившись поудобнее.
— Давай, — ответил Дрейк и натянул на них еще одно одеяло.
Он принялся тихонько покачивать ее, убаюкивая, и Лаури мало-помалу задремала. Это блаженное состояние между сном и бодрствованием внезапно нарушила одна неприятная мысль, которую Лаури давно уже гнала от себя. И мысль эта была о Сьюзен. Хотя Лаури и понимала, что за последнее время Дрейк очень к ней привязался, ей было обидно до боли, что ни разу, даже во время самых страстных любовных утех, он не обмолвился, что любит.
Интересно, сидели ли они вот так в обнимку со Сьюзен, размышляла она. А как занимались любовью? С такой же страстью или еще большей? Хотя больше уж вроде некуда… Сможет ли он хоть когда-нибудь полюбить ее, Лаури? Вряд ли… Лаури беспокойно пошевелилась, Дрейк тут же обнял ее еще крепче и прошептал:
— Что, плохой сон увидела?
Лаури покачала головой, но червь сомнения уже проник в ее сознание, отравляя блаженное состояние.
Она хотела было отодвинуться от Дрейка, как вдруг почувствовала на своем теле его руки. Они скользнули к ней под свитер, добрались до пояса джинсов. Лаури почувствовала, как внутри постепенно начинает разгораться огонь желания, ее вдруг охватила привычная приятная истома.
Между тем руки Дрейка легонько коснулись ее груди и принялись ласково поглаживать ее. Прикосновение было таким нежным и осторожным, словно в первый раз. Он отлично знал ее тело и, тем не менее, всякий раз, когда дотрагивался до нее, Лаури охватывало ощущение, будто это происходит впервые.
— Дрейк, — пробормотала она.
— Не отвлекай мужчину, когда он занят, — шутливо проговорил он ей на ухо.
Внезапно Лаури захотелось, если уж не признаться ему в любви, то хоть намекнуть.
— Я только хотела сказать тебе, что всякий раз, когда ты… мы… вместе, я… в общем, для меня это очень важно.
Руки его замерли. Лаури напряженно ждала, что он ей на это ответит.
— Лаури, — наконец послышался его хриплый голос. — Взгляни на меня. Она запрокинула голову.
— Для меня это тоже очень важно. И он поцеловал ее, да так, что у Лаури САОВНО огонь пробежал по жилам.
Руки его скользнули к талии, потом поднялись выше и снова накрыли ее груди. Приподняв их, Дрейк принялся будоражить соски, одновременно нежно покусывая мочку уха. Лаури тихонько застонала, уже охваченная огнем страсти.
Рука его скользнула к бедрам и взялась за «молнию» джинсов. Догадавшись, что сейчас произойдет, Лаури смутилась.
— Дрейк, не надо, — едва выдохнула она, отталкивая его руку. — Только не здесь.
Она принялась прямо под одеялом приводить в порядок свою одежду.
— А почему? — озорно блеснул глазами Дрейк. — На природе заняться любовью — одно удовольствие. Только представь себе наших далеких предков. Думаю, они с наслаждением кувыркались в густой траве.
— Ну, мы-то с тобой живем в современном мире. Кроме того, рядом твоя дочь.
И Лаури кивком головы указала на спящего ребенка. Она все еще держала Дрейка за руки, опасаясь, что он возобновит свои попытки.
— Но ведь она спит, — возразил он. — Ну давай, Лаури. Пожалуйста, — захныкал Дрейк, как ребенок, и, наклонившись, провел усами по ее губам.
Он отлично знал притягательную силу своих усов и время от времени пользовался этим средством, особенно если понимал, что все остальные исчерпаны.
