было их давнее предложение — объявить о постепенном снижении пошлин на ввоз стали вплоть до нулевых, чтобы стимулировать металлургов совершенствовать свои предприятия и снижать себестоимость.
— Да, это правильно! — подтвердил Мэйсон. — В Соединенных Штатах так и сделали! И теперь мы — мировой лидер по производству стали!
— Поэтому, господа, на создание и развитие этого завода у нас есть всего пять лет. Не больше! Вот я и предлагаю вам — я обернулся к Чернову и Байкову — переехать в Беломорск и поучаствовать в разработке опытного производства. Я намерен сделать в Беломорске самую серьезную лабораторию. И зову вас туда. Да и вас, Дмитрий Иванович, я приглашаю летние каникулы проводить там. Даже будущим летом это будет достаточно просто. Сядете на пароход и доплывете до Повенца. А там — по железной дороге, к тому времени — уже без пересадок. Приезжайте с семьей. И отдохнуть, и поработать. Я обещаю вам, будет интересно!
Москва, 30 марта (12 апреля) 1900 года, четверг
— Да, господин Нернзее, вы поняли абсолютно верно. Я хочу, чтобы вы построили мне в Беломорске самый большой и самый высокий доходный дом в России. Настоящий «тучерез»[61]! И времени у нас мало. Мне он нужен через два года. Уже с отделкой.
— Вы с ума сошли! Да одно проектирование займет…
— У вас есть возможность прославиться на весь мир, Эрнст Карлович! К осени 1902 года я планирую закончить стройку Онего-Балтийского канала. В Беломорск съедутся репортеры со всего мира. И увидят это чудо, возвышающееся над городом и сверкающее хромом и никелем. С огромными стеклами. Всё в сиянии электрических огней и с парадной подсветкой. Со скоростными электрическими подъемниками. Исполненное комфорта. Вас, и только вас будут звать после этого строить «тучерезы» во все концы России.
И я показал ему рисунки, на которых кое-как по моим рассказам и корявым эскизам было нарисовано подобие Главного здания МГУ из моего будущего. Того, которое на Воробьёвых горах.
— Таким, и только таким я вижу этот храм будущего!
Борт гиперзвукового стратосферника «Сиэтл — Санкт-Петербург», 27 июня 2013 года, четверг
Как и предполагал Алексей, засесть за дневники «Американца» у него так и не получилось. Беготня захватила все время до самого отлета. Но и на борту авиалайнера Леночка, хоть и утомленная трудным и невероятно затянувшимся из-за перелета «вдогонку солнцу» днём, всё же не заснула. Да ему и самому не спалось. Сегодняшнее выступление перед «важными дядями» так взбудоражило мысли, что заснуть не получалось.
А ведь предок снова не разочаровал. Нет, о самой борьбе за становление семейного Концерна Алексей, разумеется, многое знал. Но все равно, «взгляд изнутри» был неожиданным. Ведь получается, он вовсе и не стремился стать Хозяином Севера. Его лишь толкала к этому неумолимая логика противостояния. Да и пресловутая «революция моторов» была вовсе не тщательно продуманным планом, а была начата им, чтобы решить проблему дефицита рабочих рук. Ну и пристроить куда-нибудь отходы своих производств.
Интересно, а всё остальное он тоже наворотил безо всякого плана? Впрочем, что тут гадать? Вот вернутся они в Питер, он навестит деда, возьмёт у него новую тетрадку и сам всё узнает!
Роман Злотников. Игорь Гринчевский
Американец. Капитаны судьбы
Часть 1
«Шёл всю жизнь он единственным курсом — вперёд!»[1]
Глава 1
Борт гиперзвукового стратосферника «Сиэтл — Санкт-Петербург», 27 июня 2013 года, четверг
Леночка не захотела спать и на борту «страта».
— Милый, давай лучше кино посмотрим? В Голливуде как раз на днях ремейк по Джеку Лондону вышел. «Американец» и «Путь на Север». Говорят, очень даже неплохо сняли! Посмотрим, а?
Ну, вот как ей откажешь? Хоть и не очень скромно смотреть фильмы про собственного прапрадеда. Джек Лондон прямо говорил, что вдохновился на написание этого цикла рассказов именно фигурой знаменитого Воронцова-Американца, основателя рода, к которому принадлежал и Алексей.
Впрочем, был для Леночкиного жениха в этом просмотре и дополнительный интерес. Сопоставить снятое Голливудом с правдой, открывшейся ему совсем недавно. Из мемуаров, написанных Американцем собственноручно, выяснилось, что он вовсе не был автором множества открытий и изобретений, а «попаданцем» из альтернативного будущего, из 2001-го года.
Разумеется, совсем бесталанным предок не был, столько дел провернуть — это вам не баран чихнул! Но он не изобретал, а всего лишь применял уже известные в его времени технологии, знания и решения, за счёт чего и разбогател. Впрочем, даже так «история успеха» вышла полной терний. Ни в первую серию фильма, ни в рассказ не попал его старт в 1895-м в роли нищего гастарбайтера. Как и история присвоения Фредом Морганом изобретения Юрия. Причём он не просто обокрал предка, но и оболгал, натравив на него сначала общественность, потом и громил, пытавшихся линчевать Американца, а напоследок и полицию. Нет, в этой серии Морган вообще не упоминался, а история Юрия Воронцова начиналась с изобретения им стрептоцида.
Причём автор сценария выставил предка каким-то невероятным альтруистом. Нет, прапрадед и его партнёр Джонсон и в самом деле применяли стрептоцид и мази для лечения бедноты, среди которой было много негров, китайцев, евреев и прочих иностранцев. Но причина была вовсе не в альтруизме, а в том, что создавать сеть распространения лекарства в этой среде потребовало меньших стартовых затрат.
В киношной же версии они думали только о бедных и угнетённых. И перестрелка с бандитами, после которой Воронцову пришлось бежать из страны своей мечты, в фильме была представлена, как «наезд» жадных дельцов от медицины и белых расистов. Ну, да это все — заморочки современной Америки… В реальности же то нападение было продолжением козней Фреда Моргана.
После первой серии они с Леночкой немного перекусили и перешли ко второй, «Путь на Север». В ней тоже многое не упоминалось. Например, про участие Воронцова в Критском восстании не было ни слова. Не упоминалось и о том, что он был ранен и эвакуирован в Россию в бессознательном состоянии. Все начиналось с прибытия в Одессу, реализации «аспиринового проекта», выставленного в фильме тоже как «ответ жадным дельцам от медицины».
А вот знакомство с будущей женой, Натальей Дмитриевной Ухтомской, как раз было описано довольно точно. Сценаристы смаковали и знаменитое пари, выигранное Воронцовым, и даже стычку с обычными, в общем-то, уличными грабителями, совершенно не опасную для стрелка уровня Воронцова. Вторая серия заканчивалась бумом с «магическим кубом», произведённым
