— Нет-нет-нет, он собирался убить тебя, поэтому ты убила его! Пиппа, это и есть самооборона. Все нормально.
— Я убила его.
— Потому что он собирался убить тебя, — с надрывом повторил Рави.
— Откуда ты знаешь? — спросила Пиппа.
Надо, чтобы он сам увидел, чтобы понял: на самооборону списать не получится. Пиппа уже успела все взвесить, пока расхаживала взад-вперед.
— Откуда я знаю? — недоверчиво переспросил Рави. — Он тебя похитил! Он — серийный убийца!
— Убийца КЛ уже шесть лет сидит в тюрьме, — не своим голосом произнесла Пиппа. — Он сам признался. После его ареста убийства прекратились.
— Что? Н-но…
— Он признал себя виновным. Нашлись доказательства. Результаты экспертизы и всякие косвенные улики. Убийца давно в тюрьме. Так зачем мне убивать Джейсона Белла?
Рави смущенно прищурился.
— Потому что он и есть настоящий маньяк!
— Убийца в тюрьме, — повторила Пиппа, наблюдая за Рави в ожидании, когда он поймет. — Джейсон Белл был крайне уважаемым человеком. Владельцем крупной компании, никто не может сказать о нем дурного слова. Он дружил со всякими влиятельными лицами, даже с инспектором Ричардом Хокинсом. В свое время пережил трагедию — трагедию, не возражай! — а я подлила масла в огонь. Итак, чем этот человек мне не угодил? Почему я субботним вечером вторглась на его территорию? Ради чего подкралась к нему сзади и ударила молотком? Причем неоднократно. Даже не знаю, сколько раз. Посмотри, Рави, сходи. Я не просто убила его, а с особой жестокостью. Вроде есть такая статья. Это совершенно не вяжется с самообороной. Итак, зачем я убила этого милого, респектабельного джентльмена?
— Потому что он был серийным убийцей? — повторил Рави уже не так уверенно.
— Убийца в тюрьме, — отчеканила Пиппа и увидела, как Рави меняется в лице, осознавая смысл ее слов.
— По-твоему, так скажут в полиции?
— Неважно, как обстоят дела на самом деле, — продолжала Пиппа. — Важно то, в каком свете их представить, чтобы выглядело правдоподобно. Разумеется, мне не поверят. Какие доказательства у меня есть, кроме слов? Джейсону годами все сходило с рук. Он старательно подчищал за собою улики. — Она выдохнула. — Я не верю полиции, Рави. Прежде верила, но они столько раз меня подводили… Если позвонить им, скорее всего, дело закончится тем, что меня до конца дней упекут за решетку. Хокинс и без того думает, что я чокнутая. Возможно, он прав. Я сознательно убила человека, Рави. И, кажется, ни капельки не жалею.
— Потому что он собирался убить тебя. Потому что он чудовище. — Рави потянулся ее обнять, но вовремя вспомнил о крови и бессильно уронил руки. — Мир без него станет намного чище и безопаснее.
— Да, — согласилась Пиппа, вновь оглядываясь и проверяя, не шевелится ли Джейсон: вдруг он их подслушивает. — Но другие этого не поймут.
— Тогда, черт возьми, что теперь делать? — спросил Рави, переступая с ноги на ногу. Губы у него тряслись. — Нельзя, чтобы тебя посадили за убийство. Так нечестно, ты не заслуживаешь. Ты… не знаю, можно ли сказать, что ты поступила правильно, однако ошибкой это точно не было. Он зверски убил несколько человек и заслужил такую смерть. Я не хочу тебя терять. Не могу. Ты для меня все, Пиппа!
— Знаю, — кивнула она, испытывая приступ ужаса. Тем не менее пришли и другие чувства, сдерживающие страх.
План. Нужен новый план.
— Нельзя прийти в полицию и сказать… — Рави затих, закусив губу, и еще раз оглянулся на торчавшие ноги. Помолчал немного, потом глаза у него сверкнули: он лихорадочно размышлял. — В общем, в полицию нельзя. С Сэлом они ошиблись, так? С Джейми Рейнольдсом тоже. Доверять твою судьбу присяжным мы не можем. Они уже оправдали Макса Хастингса.
Пиппе хотелось взять Рави за руку, почувствовать тепло его кожи и переплести с ним пальцы, как прежде. Стать единым целым.
Они посмотрели друг другу в глаза, общаясь без слов. Наконец Рави моргнул.
— Что нам остается?.. Как выставить все так, чтобы это сошло с рук? — спросил он вслух. Вопрос был до того нелепым, что хотелось улыбаться. Как избежать наказания за убийство? — Теоретически… можно ли… не знаю… закопать его где-нибудь, чтобы не нашли?
Пиппа покачала головой.
— Нет. Равно или поздно тела находят, как это было с Энди. — Она протяжно выдохнула. — Я в свое время изучила немало дел про убийства и прослушала сотни криминальных подкастов. Есть только один способ выйти сухим из воды.
— Какой?
— Уничтожить улики и не находиться здесь в момент убийства. Иметь железное алиби и гарантированно быть в другом месте.
— Но ты же была здесь. — Рави беспомощно захлопал ресницами. — А во сколько ты его?..
Пиппа посмотрела на экран одноразового телефона.
— Около половины седьмого. Примерно час назад.
— Что за телефон? — Рави кивнул на трубку. — Ты ведь звонила мне не с телефона Джейсона?
— Нет, это одноразовый. Не мой, а Джейсона, но… — Голос сорвался на шепот, когда Пиппа увидела в глазах Рави немой вопрос. Похоже, придется открыть все свои секреты. Теперь есть тайны посерьезнее. — У меня тоже дома спрятан одноразовый телефон, о котором никто не знает.
У Рави дернулись губы, почти складываясь в улыбку.
— Я всегда говорил, что рано или поздно ты его купишь. Н-но зачем он тебе?
— Вообще у меня их шесть штук, — вздохнула Пиппа. Почему-то признаваться в этом было намного сложнее, чем в убийстве. — Они… э-э… Я сильно переживала после смерти Стэнли. Говорила, что все хорошо, а на самом деле дела обстояли не очень. Я… покупала ксанакс у Люка Итона, после того как врач отказался мне его прописывать. Просто чтобы выспаться. Извини.
Пиппа опустила взгляд, уставившись на кроссовки. На них тоже виднелись брызги крови.
У Рави обиженно вытянулось лицо — он явно ждал не таких откровений.
— И ты меня извини, — тихо промолвил он. — Я видел, что ты переживаешь, а чем помочь, не знал. Думал, тебе нужно успокоиться и сменить обстановку. — Он вздохнул. — Надо было сказать мне, Пиппа. Что бы ты ни сделала — без разницы. — Он мельком покосился на тело Джейсона. — Больше никаких секретов, ладно? Мы команда. Ты и я. Мы все решим. Вместе. Мы обязательно справимся, обещаю.
Пиппе ужасно хотелось обнять его, почувствовать на плечах руки. Но нельзя. Ее тело, ее одежда — улики на месте преступления, не стоит оставлять на Рави следы. Он словно догадался о ее мыслях: наверное, прочитал по глазам. Шагнул вперед и одним пальцем бережно приподнял ей подбородок, коснувшись там, где не было крови.
— Итак, если Джейсон умер в 18:30… — начал Рави, заглядывая ей в глаза. — Как мы обеспечим тебе алиби на это время, если ты была здесь?
— В текущих обстоятельствах — никак, — ответила Пиппа, мысленно оценивая зарождавшуюся в голове идею.
Пожалуй, все-таки… Все-таки…
— Я много думала, пока ждала тебя. Время смерти оценивают приблизительно, судмедэксперт опирается на три фактора. Трупное окоченение — когда мышцы костенеют после смерти; трупные пятна — когда кровь скапливается под кожей, и температура тела. Эти три параметра позволяют оценить время смерти. Я подумала: если удастся затянуть эти процессы и сделать вид, будто смерть наступила позднее, то мы сумеем обеспечить себе надежное алиби — отдельно друг от друга, со свидетелями, камерами и прочими неоспоримыми доказательствами.
Рави на мгновение задумался, покусывая нижнюю губу.
— И как это можно организовать? — спросил Рави, опять стрельнув взглядом в сторону мертвого Джейсона.
— Прежде всего, понизить температуру тела, — начала Пиппа. — Чем холоднее вокруг, тем медленнее наступит окоченение и появятся трупные пятна. И, кстати, по поводу пятен: если перевернуть тело, прежде чем кровь скопится в одном месте, процесс обернется вспять. Если труп перевернуть несколько раз и охладить при этом, можно выиграть несколько часов.
Рави кивнул и огляделся, изучая обстановку.
— Но как его охладить? Думаю, уже поздно сокрушаться по поводу того, что у Джейсона Белла не склад холодильников…
