Страсть к скополамину стала важным винтиком в стремительно вращающемся колесе акушерского профессионализма.
Преподнося родовую боль как симптом, требующий лечения, сторонники «сумеречного сна» превратили деторождение в патологический процесс, который в норме, а не только в исключительных случаях требует хирургического и наркотического вмешательства. Скополамин был доступен лишь в больницах и клиниках, и его использование контролировалось акушерами, большинство из которых были мужчинами. Для врачей, утверждавших, что ради снижения ужасающих показателей материнской смертности в стране требуется медицинское вмешательство, это был хитрый способ вырвать родовой процесс из рук женщин-медиков. В 1913 году акушер Джозеф Дели выступил с призывом сделать так, чтобы роды всегда контролировались врачами: «Может ли столь опасная функция, <…> которая убивает тысячи женщин каждый год, оставляет четверть из них в большей или меньшей степени больными, <…> всегда сопровождается сильной болью и убивает 3–5 % детей, <…> быть нормальной?» [17] Через несколько лет Дели, ставший впоследствии известным как отец современного акушерства, использовал «помешательство на „сумеречном сне“» для оправдания «профилактического использования щипцов». Он считал, что повышенный спрос на безболезненные роды доказывал, что токофобия (боязнь родов) стала эндемичной. Его метод родов включал седативную инъекцию скополамина на ранней стадии, эфира на второй стадии для облегчения боли, эпизиотомию (разрез промежности и стенки влагалища) для более легкого прохождения головки ребенка и, наконец, извлечение его с помощью щипцов. После появления младенца врач извлекал плаценту и крепко зашивал разрезанную промежность [18]. Дели считал, что эти меры должны стать рутинными и объяснял их необходимость очевидным для него желанием женщины: остаться такой же «анатомически совершенной, как раньше» [19].
После 1920 года методы Дели стали очень популярны — превентивное использование щипцов начало практиковаться во многих больницах. Движение в поддержку скополаминовой анестезии в некотором смысле смогло произвести революцию в деторождении с помощью медицинской науки, однако намерение вернуть женщинам контроль над их телами пало жертвой стремления акушеров превратить роды в болезнь, требующую лекарств, инструментов и жестоких процедур. Национальная ассоциация «сумеречного сна» умерла вместе с Кармоди, но дух ее кампаний сопровождал начало самого важного феминистского движения в истории медицины. «Дэммершлаф» позволял женщинам самим решать, как и когда рожать, а также избавиться от боли. Поэтому в 1915 году Мэри Уэр Деннет, возглавлявшая Национальную ассоциацию «сумеречного сна», основала Американскую лигу контроля рождаемости, первую в США компанию за легализацию контрацепции и освобождение женщин от «мук нежеланного материнства» [20].
С 1900 года Деннет перенесла трое невыносимо болезненных и опасных для жизни родов. После рождения первого ребенка она тяжело заболела, второй умер от голода через три недели после появления на свет, а в третий раз у Деннет случился настолько серьезный внутренний разрыв, что потребовалась операция [21]. Ее врач настаивал на том, чтобы она больше не рожала, но при этом отказывался дать советы по поводу контрацепции. Поэтому активистка была решительно настроена помочь другим женщинам предотвратить опасные или нежеланные беременности. С 1873 года были усилены федеральные Законы Комстока. Они запрещали торговлю «непристойной литературой и предметами для аморального использования», а также их распространение, особенно через Американскую почтовую службу. Тексты о контрацепции и абортивных средствах относились к запрещенной информации, и их популяризация считалась преступлением. Именно на основании этих законов в 1914 году была обвинена Маргарет Сэнгер, американская медсестра, пионер сексуального просвещения и сторонница использования контрацепции. Она распространяла «непристойные материалы» через свою ежемесячную газету, восемь выпусков которой выходили под заголовком «Ни богов, ни господ». Издание призывало женщин, особенно из рабочего класса, восстать против «материнского рабства».
Авторы газеты связывали репродуктивный выбор с экономической эмансипацией женщин. Они радикально изменили понятие женского долга: теперь женщине следовало дерзко «смотреть всему миру в лицо», иметь идеал, а также говорить и действовать, «нарушая условности». Woman rebel заявляла о праве женщины «лениться, быть незамужней матерью, разрушать и создавать, любить и жить» [22]. В первый выпуск вошла статья философа-анархистки Эммы Голдман об известных бунтарках, таких как Мэри Уолстонкрафт, а также способах организации пикетов за повышение оплаты труда и улучшение условий работы в офисах, на фабриках и в швейных мастерских. Помимо этого, в газете также можно было найти всю необходимую информацию по предотвращению нежелательной беременности.
Взять свои тела и права под контроль путем информированного социального неповиновения призывала женщин и книга Маргарет Сэнгер Family Limitation («Ограничение состава семьи»). В ней описывались домашние методы предотвращения задержки менструаций, объединенные заголовком «Советы медсестры женщинам»: автор призывала читательниц действовать незамедлительно «при попадании мужской жидкости во влагалище».
Чтобы предотвратить оплодотворение яйцеклетки, женщине следовало ежедневно принимать слабительное и несколько гранул хинина.
В качестве методов контрацепции Сэнгер рекомендовала презервативы, пессарии, губки, а также спринцевания либо ледяной водой, либо раствором лизола, соли и уксуса. Она даже предлагала рецепты пессариев с «особыми ингредиентами» для «нейтрализации действия мужского семени». Автор советовала парам практиковать прерванный половой акт, но подчеркивала, что этот метод «подходит лишь мужчинам с исключительной силой воли» [23]. Она также предупреждала, что внезапное прекращение полового акта может оставить женщину неудовлетворенной и нервно напряженной, невозможность «удовлетворить желание вредит женщинам».
Газету Woman rebel называли «грубой, развратной, непристойной и грязной». Опасаясь суда и возможного лишения свободы на пять лет, Сэнгер раздобыла поддельный паспорт и сбежала из Великобритании. В 1915 году оставленный ею муж Уильям Сэнгер предстал перед судом за распространение книги Family Limitation, после того как копия попала в руки детектива Энтони Комстока, почтового инспектора и противника порока, в честь которого и были названы законы. Уильяма приговорили к 30 дням лишения свободы. Мэри Деннет считала, что этот арест усилил страх членов прогрессивной партии перед распространением информации о контрацепции, тем не менее люди мобилизовались, чтобы продвигать движение за контроль рождаемости. Обе активистки были уверены: возможность предотвращения нежелательной беременности позволит женщинам наслаждаться сексом.
В США и Великобритании того времени изнасилование в браке не считалось преступлением. Поэтому, когда права женщин на собственное тело оставались столь ограниченными, вооружение знаниями о методах контрацепции имело огромное значение. Сэнгер заявляла: «Когда женщина не желает секса и никак не реагирует [на ласки], он не должен происходить. Это акт проституции, который принижает чувства женщины и делает недействительными все свидетельства о браке на земле» [24]. На первой встрече Национальной лиги по контролю рождаемости 100 человек собрались в доме
