раскрывать тайны. Однако деятельность этой активистки была пронизана евгеническими убеждениями. В «Супружеской любви» она избегала упоминаний об этом, но в книге 1920 года под названием «Счастливое материнство» в полной мере выразила свои фанатичные взгляды. Последователи евгенического движения считали, что улучшить население страны можно исключительно путем селекции, то есть искоренения наследственных черт, представляющих опасность для общества в будущем. После завершения Первой мировой войны европейские и американские ученые и социологи переплели новые идеи о биологических основах эмоциональных, физических и интеллектуальных характеристик со стратегиями совершенствования человечества. Стоупс, как и Сэнгер, считала, что планирование семьи, помимо прочего, снизит число умственно и физически больных детей. Однако, в отличие от Сэнгер, она увековечила откровенно эйблистскую и расистскую доктрину, которая имела гораздо большее отношение к расизму и биологической чистоте, чем к заботе о благополучии и условиях жизни женщин и детей. Она назвала свою диафрагму «прорасовым колпачком», а позднее — просто «расовым колпачком», поскольку воспринимала контрацептивы как способ достижения расового совершенства [35].
«Счастливое материнство» была «книгой для тех, кто создавал будущее». Прикрываясь женской автономией и сексуальным удовлетворением, Стоупс утверждала, что государство должно контролировать тех, кто создает будущее страны. Она призывала политическим путем сделать «родительство невозможным тем, чье психические и физическое состояние может спровоцировать физические или умственные отклонения у детей» [36]. Чтобы достичь «чудесного омоложения и преображения расы», всех слабоумных, умственно отсталых, больных, инвалидов, недалеких, эпилептиков, слепых, сифилитиков, полукровок и так далее нужно было подвергнуть принудительной стерилизации. Превентивная кастрация и вазэктомия, по мнению Стоупс, были отличными мерами, но вся ответственность лежала на женщинах, матерях.
В 1919 году американская Национальная лига контроля рождаемости распалась. Деннет основала Лигу добровольного родительства, которая продолжала лоббировать исключение слов «предотвращение зачатия» из Законов Комстока. А Сэнгер отдалилась от нее и в конце концов попала в тюрьму из-за самого Комстока. Деннет не нравилось, что Сэнгер поддержала законопроект о наделении врачей и других медицинских работников законным правом на распространение информации о контрацепции. По ее мнению, наделение врачей исключительным правом предоставления информации о планировании семьи было равноценно классовому законодательству, а советы по предупреждению беременности должны иметь возможность получать все женщины независимо от социального класса. Сэнгер же считала контрацепцию научной мерой, поэтому необходимость поддержки со стороны медицинского сообщества даже не обсуждалась. После войны эта активистка заявила о необходимости контроля рождаемости в контексте евгенической ценности. В журнале она написала, что «неизменная структура расового совершенствования» была неразрывно связана со «свободным осознанным материнством» [37]. Евгенический тон работ Сэнгер, а вместе с ним и риторика о долге женщины перед будущим нации, становились более резкими. По ее мнению, просвещение девушек о необходимости ограничения количества детей в семье привело бы к «саморазвитию» и «саморефлексии», необходимым для улучшения «качества расы». Деннет, однако, не разделяла мнения своей коллеги о том, что контроль рождаемости и контрацепция — это исключительно «женская проблема».
Сэнгер поддерживала предоставление контрацепции темнокожим. В 1929 году она и Уильям Эдуард Бёркхардт Дюбуа, выдающийся социолог, правозащитник и историк, открыли клинику планирования семьи в Гарлеме. По мнению Дюбуа, контрацепция могла помочь темнокожим женщинам улучшить свое финансовое положение и, как он выразился, внести вклад в улучшение интеллекта и физической формы «черной расы» [38]. В июне 1932 года вышел специальный «Негритянский номер», в который вошли эссе Дюбуа, а также других врачей и реформаторов на тему медицинских трудностей, с которыми сталкиваются бедные афроамериканские семьи, особенно с матерями, отличающимися «повышенной плодовитостью». Сэнгер, как и многие другие, считала, что контрацепция позволит снизить уровень материнской и младенческой смертности, а также побороть «бедность и деградацию», которые были особенно распространены среди семей и сообществ темнокожих.
В упомянутом выпуске Сэнгер подняла, как она презрительно выражалась, «негритянскую проблему» в контексте своих реформистских взглядов на экономическую ситуацию и проблемы со здоровьем темнокожих женщин. Она не скрывала негодования по поводу того, что «слабоумные, сумасшедшие и сифилитики» рожают детей. В книге «Ось цивилизации», вышедшей в 1922 году, Сэнгер, ссылаясь на принципы Американской лиги контроля рождаемости, заявила, что дети «должны рождаться исключительно в условиях, позволяющих унаследовать здоровье». Хоть она и прикрывалась заботой о благополучии женщин, эйблизм очевиден. Сэнгер поддерживала стерилизацию всех, кого считала негодными для репродукции, то есть людей с «наследственными или инфекционными заболеваниями». Оставаясь сторонницей секса, она утверждала, что «операция» допустима, поскольку она «не лишит человека <…> сексуального самовыражения».
С 1907 года во многих штатах принудительная стерилизация была законной. Чаще всего ей подвергали девушек моложе 18 лет, находившихся в лечебницах в связи с эпилепсией или психическими расстройствами.
В большинстве случаев пациентки не давали на это согласия или вообще не понимали, что делают с их телами. Наиболее распространенным методом стала сальпингэктомия, то есть перерезание, перевязывание или удаление маточных труб. Так, в 1924 году к этой операции была приговорена 17-летняя Кэрри Бак, находящаяся в Линчбургской колонии для эпилептиков и слабоумных в Вирджинии. Кэрри забеременела после изнасилования племянником со стороны ее приемных родителей приемных родителей. Те поместили девушку в лечебницу сразу после рождения ее дочери Вивиан, потому что, по их словам, приемная дочь всегда была «слабоумной». Очевидно, они просто хотели избавиться от нее. В тот год в Вирджинии была узаконена принудительная стерилизация. Врачи определили, что умственное развитие Кэрри соответствует девяти годам, и ее «незаконнорожденная» дочь тоже «умственно неполноценная». По их мнению, это свидетельствовало о том, что Кэрри носитель «наследственного слабоумия и безнравственности». Биологическая мать Кэрри Эмма содержалась в том же учреждении из-за аналогичной проблемы и якобы была проституткой. Решение о стерилизации Кэрри по причине «социальной неадекватности» пытались оспорить, но в 1927 году судья Верховного суда, сославшись на слова доктора Белла, начальника лечебного учреждения, постановил, что «трех поколений имбецилов достаточно». Девушке удалили маточные трубы против ее воли.
Дело «Бак против Белла» создало прецедент для законной стерилизации молодых бедных женщин в других штатах в 1930-х годах [39]. В 1931 году Британское евгеническое общество разработало законопроект, согласно которому «умственно отсталые» должны подвергаться принудительной стерилизации. Его обсуждали в парламенте, одобрен он не был. Через два года в обществе зародилось движение за добровольную стерилизацию.
Женщин с неизлечимыми заболеваниями и ограниченными возможностями здоровья призывали пройти эту процедуру ради светлого будущего нации.
Маргарет Сэнгер продолжала
