свечи.
По дороге ведьма действительно начала рассказ.
— Остров у нас не простой, здесь проход был в Бездну. Мир у нас пограничный между верхними мирам и мирами Бездны. Там тоже свои миры, своя жизнь. И все они между собой связаны энергетическими нитями. Верхним мирам одна энергия, нужна, а нижним другая. Но случилось так, что в Бездне энергии не хватать стало. Начали разбираться и выяснили, что это из за Дарогорра проблемы, он как пробка на пути энергий встал. Оказалось демиурги, когда мир создавали, что-то перемудрили и исправить сами не смогли. Вот и пришлось демонам вмешаться и худо-бедно восстанавливать равновесие. Но демиурги испугались, что демоны в их дела вмешиваться будут и поспешили проход от демонов закрыть. И для надежности еще щитом целый кусок земли огородили, не глядя, что тут люди остались. Вот энергия хаоса и стала тут скапливаться, с мира она собирается, а уйти не может. Начались у людей изменения — надо как-то с новыми силами жить. Кто как мог, тот так и приспособился. Боги-то ушли, но на прощание надежду дали, мол, ждите, и будет вам спасение. Вот и ждут все.
— Ну, это я уже слышала и про пророчество тоже. Только не пойму, как это связано с тем, что ты мне шею порезала, если убить не хотела? Ритуал проводила? А что не сказала?
Ведьма усмехнулась.
— Тут все на энергиях Хаоса завязано — страх, смерть, разрушение… Надо было, чтобы ты умерла или испугалась сильно. Чтобы эмоции границы разума сломали. Тогда выплеск сил и произошел. Вот для этого все и делалось.
— Выплеск произошел?
— Конечно, — ответила ведьма. — Сама разве не чувствуешь?
Наина прислушалась к себе, вспоминая. Крадущийся холод. Всплеск адреналина. Откат. Руки дрожат, эмоции приглушены. И где здесь выплеск силы?
— Нет, — ответила она, поняв, что ничего нового не добавилось.
— Сейчас придем, покажу, как себя слушать. Неужели на поляне ничего не ощутила?
Наина снова задумалась.
— Было маленько. Как будто я мертвых чувствовала.
— Ага. — Янина довольно покивала. — Это потому что в тебе тьма силу взяла.
Наина сникла. Тьма… Не надо тьму. Она помнила, как не-жизнь проникала в тело, неприятно до ужаса. Но сейчас ведь не так! Может, ничего у тьмы не вышло?
— Но я сейчас не так ощущаю, как на поляне, — Наина еще раз прислушалась к себе, но никто больше по ногам не крался.
— Это ты просто не настроилась. Я покажу как надо, — “успокоила” девушку ведьма.
— Не стоит, я без тьмы в себе проживу, — отказалась Наина.
— Это вряд ли, — невозмутимо заметила ведьма. — Она уже часть тебя, так что без нее ты долго не проживешь.
“Только этого не хватало”, — подумала Наина и решила, что с этим они с Таней разберутся позже, а сейчас бы про пророчество узнать. Но они пришли к дому.
— Ладно, пора мне уже, — сказала Наина и собралась уходить.
— Ага, иди. Наги в тебе силу учуют проснувшуюся, завтра же под одним из них будешь.
Наина остановилась, развернулась.
— Поясни, пожалуйста.
Ведьма распахнула дверь домика:
— Заходи. Расскажу, куда деваться.
В домике ведьма непостижимым образом снова превратилась в бабу Ягу и заварила чай. Наина очень внимательно следила за тем, что она кладет в чайник. Все травы были ей знакомы, и она недоверчиво приняла кружку.
— Зеркало за тобой, посмотри на шею, — сказала ей Яга-Янина.
Наина повернулась и отняла тряпку от шеи. На шее не было ничего — ни малейшего следа, ни намека. Легкое жжение от царапины было, а ее самой — нет.
— Это иллюзия, да? — спросила она Янину. — Ты спрятала след под мороком?
Ведьма-Яга покачала головой.
— У меня магия хаоса, а иллюзия — это созидание.
— Но я же чувствую боль от пореза.
— Память тела. Пореза нет, но тело помнит.
— Точно нет? — Наина радовалась, что нет шрама, и не придется объяснять его появление.
— Уймись уже. Это магия, волшебство, вот так — раз, и нет пореза. Ты про нагов будешь слушать, а то время идет.
Наина кивнула.
— Пей чай, — Янина взяла чашку и налила себе тоже. Начала рассказ:
— Проблемы нагов начались тогда, когда они возомнили себя наивысшей расой, и стали ратовать за чистоту крови. Так увлеклись, что стали вырождаться. Когда дети почти перестали рождаться, они решили, что им нужна уже не чистая кровь, а свежая. Ты в курсе, что они воруют девушек с большой земли?
Наина кивнула. Травница продолжила:
— Вот только и привезенные девушки рожают не так много, и из детей редко у кого случается оборот. У нагов кровь холодная, с магией разрушения, им бы огня добавить, да таких девушек единицы сюда попадают. А тут ты, разве не чувствуешь еще, как кровь-то играет? Прислушайся. Сосредоточься вот здесь. — Ведьма положила Наине руку на солнечное сплетение, и девушка действительно, сосредоточившись, ощутила, что там пригрелся маленький огонек, от которого по венам бежит тепло.
— Ага, вижу, уловила. Представь теперь, что огня внутри больше.
Наина попробовал мысленно раздуть свой огонек. У нее получилось, внутри разгорелся костер, и по рукам и ногам побежало уже не тепло, а жар.
— Хорошо, — командовала ведьма. — Притуши теперь.
А вот унять пламя у Наины никак не получалось.
Сердце билось в рваном ритме, огонь сжигал сосуды, и Наине казалось, что она вот-вот сама превратиться в факел.
— Ну же, вспомни, как на поляне холодок бежал. Давай уже пусти его к себе, а то сгоришь ведь, — уговаривала ведьма.
Сгорать Наине не хотелось, пускать в сердце холодок тоже. Но из двух зол она выбрала меньшую. Огонь потихоньку угас и остался только теплый ровный огонек. Наина выдохнула, и с благодарностью посмотрела на Янину.
— Молодец, — сказала та. — Хорошо для первого раза. Вот только, если наги увидят силу твою, то тут же станешь может и не женой, но матерью точно, и рожать придется, пока не помрешь. Они в таких случаях даже согласия не спрашивают.
Наина была категорически против такого расклада.
— Что-то можно сделать, чтобы они не заметили?
— Амулет тебе сейчас соорудим, не зря же колдовали. Но его на время лишь хватит. Лучше всего бежать вам подальше. Они в образе змеи над людьми власть имеют, те делают, как они хотят. Заморочат — и себя, и амулет, все им выдашь.
Ведьма подтянула к себе мешок.
— Допивай, да травку для подруги выбери, а я сейчас сделаю.
Она достала из мешка и принялась раскладывать все, что так тщательно собирала на поляне.
Глава 23. Татьяна. Рвачи
Те, кого все звали рвачами, тоже не спали. Хранитель
