нагов оказались не рады. Но следуя договоренностям, вышли на берег и традиционно поинтересовались, чего желает Темнейший.
— Темнейший огорчен, что не доставлен груз, я пришел выяснить причину.
Русалка-предводительница отпустила своих товарок, устроилась со всем удобством на камнях на берегу озера, похожего на огромную каплю ртути, и начала рассказ:
— По эту сторону гор в свое поместье приехал граф Даниель Саккирел с семьей. Его люди заполонили побережье, шныряют вдоль берега и создают проблемы контрабандистам. Мы пожертвовали одной их своих, чтобы отвлечь графа и отправить его в столицу. У нас все получилось, граф поехал, но вернулся, отправив в столицу братьев и часть своих людей.
Дальше предводительница кратко поведала, что русалки было обрадовались, что все наладится, тем более, что граф забрал семью и снова снялся с места, но по пути свернул и встретился с их людьми. А эти бездновы … и … (недостойные уважения партнеры), сорвав договоренности, решили поживиться в другом месте и задумали ограбить рудники. Но там, как назло, начался бунт. И эти идиоты не нашли ничего лучше, как похитить детей графа вместе с их гувернанткой. Но и здесь у них пошло все криво, украсть сумели только дочь и ее няньку, которые вскоре еще и сбежали.
Все это привело к тому, что пока граф искал пропажу, нашел их схроны и подземные ходы, поэтому пришлось все бросить и уходить ни с чем.
— Почему не доложила?
— Вчера вас не было с Темнейшим, сегодня с утра я приходила в замок, сказали, что еще никто не вставал. Шепчутся слуги, что перемены скоро грянут, мол, женитесь и вы, и Темнейший, поэтому запрещено вас беспокоить. — Русалка лукаво стрельнула глазками в сторону советника.
— Еще не решено. Но мне интересно, с каких пор вы своих отдаете?
— Ну, не совсем своих, — русалка в сомнении теребила косу, но решила быть откровенной. — У нас тут появилась чужачка. Русалка, но не из наших. И странная — не мертвая и не живая, как будто спящая. Что делать с ней — непонятно, а тут граф планы портит. Вот, ему и подкинули находку.
Они оба помолчали. Русалка играла кончиком косы с волнами, они гонялись за ним, как котенок. Советник подбирал плоские камешки и запускал их в воду. Они смешно шлепали, прыгая по серебристой глади, прежде чем утонуть, и наг думал о том, что это так похоже на их желание выбраться отсюда — прыгай, не прыгай, а итог все равно один. Так может все бросить и смириться с тем, что есть?
— Что теперь? — спросил советник.
— Ждем, — русалка пожала обнаженным плечиком, — как все успокоится, продолжим переправу.
У озера было тихо и умиротворенно, лишь легкий ветерок качал прибрежные травы. Казалось, суета и тревоги остались где-то далеко. Альвисс помолчал, потом заметил:
— Надо этого бунтаря выкрасть и сюда переправить.
— Опасно слишком, но мы подумаем, — ответила предводительница.
— Еще что-то необычное было?
Атаманша хотела рассказать, что были две необычных появленки, но делиться собственным позором не хотелось, и она промолчала.
— Вроде остальное как обычно, хотя за этими беспорядками, может, и пропустили что.
— Я понял. Сообщишь, что решите с бунтарем, желательно скорее. Держи, — советник протянул русалке затейливо сплетенные браслеты.
Та надела их на тонкие запястья, подняла руки вверх, любуясь игрой света на камешках-подвесках. А советник снова подумал, что надо и невесте своей браслеты подобрать. Широкие, массивные. И зачаровать, например, на неподвижность. Он представил себе эту картинку так отчетливо, так ярко, что когда русалка вдруг спросила, прикусив губу: “может, зайдешь?”, он согласился, не раздумывая. Все остальное подождет. В конце концов, и он заслуживает немного отдыха.
* * *
Татьяну разбудил спор, идущий где-то за занавесками.
— Леди Татиана спит, я не буду ее будить. Вам придется подождать, — шептала Захара.
— У меня нет времени ждать, пока твоя госпожа проснется. — Голос чужой, незнакомый, слегка хрипловатый.
— Она поздно легла и больна, ей нужно отдыхать. Я пошлю за вами, когда она проснется.
— Захара, — позвала Таня, поняв, что уже не уснет.
Девчушка тут же прибежала, заохала:
— Мы разбудили вас, простите, леди. Тут к вам Янина, травница, пожаловала, она говорит, что леди Наина позвала ее, но если хотите, я тотчас же отправлюсь за леди Наиной.
Видеть сомнительную травницу Таня не особо хотела, с другой стороны она точно знала, что Наина вернулась в замок под утро и, скорее всего, еще спит.
— Не стоит беспокоить леди Наину, мне гораздо лучше.
Больше она ничего сказать не успела, потому что из-за ширмы вышла весьма колоритная фигура. Таня сперва подумала, что перед ней старуха, — та вошла, чуть сгорбившись, седые волосы торчали из-под платка. Но шагала визитерша широко, уверенно, и, приглядевшись, Таня поняла, что возраст определить не может. Кроме крючковатого носа с бородавкой, бросающегося в глаза, остальные черты будто ускользают. Но взгляд точно не старческий. Цепкий, внимательный, оценивающий. “Кто-то удачно косит под бабу Ягу, — подумала Таня, на всякий случай делая испуганный вид. — Знать бы еще, зачем?”
Она натянула одеяло до подбородка и спросила:
— Кто вы, и зачем здесь?
Старуха усмехнулась.
— Травница я местная. Лечить тебя пришла. Вот, средство на травушках принесла, чтобы ты поправлялась скорее.
“Ага, травушек он принесла. Тоже мне, Кашпировский нашелся, на расстоянии диагноз поставила и с лекарством пришла”, — думала Таня.
Травница не нравилась ей категорически, особенно тот факт, что косящая под Бабу Ягу тетка начала доставать из небольшого мешка пучки трав, кореньев и флакончики со своими снадобьями.
— Спасибо бабушка. Вы оставьте все тут, а я встану, умоюсь и все выпью, — пропела Таня голосом послушной девочки.
“Интересно, если я это вылью в отхожее место, ничего с ним не будет? — думала она в это время про себя. — Голова раскалывается, надо у Наинки таблетку взять. Точно, аптечка-то тут, хоть бы скорее эта Ягиня ушла уже”.
— Янина, — внезапно сказала травница.
— Что? — не сразу поняла Таня.
— Меня зовут Янина.
“Она что, мысли читает?” — пришла тревожная мысль, но Таня продолжала играть свою роль.
— Очень приятно, бабушка Янина. А я — Татьяна.
“Бабушка” снова усмехнулась и скомандовала Захаре:
— Бульона принеси с кухни нежирного, госпоже твоей сил набираться надо. И кипятка захвати, да поживей.
Девчушка не спешила оставлять свою госпожу и не тронулась с места. Но Таня поняла, что она и вправду ужасно голодна, и бульон — именно то, чего ей сейчас больше всего хочется. Она кивнула служанке. Захара, оглядываясь, неохотно вышла из покоев.
— Простудилась, ты девонька. На ветру поди была, да в шаль-то не догадалась
