речь далекую от предложенной Минаем темы:
— Скажи мне, Стяр, зачем ты устроил этот пир? Хотел кого-то задобрить? Меня, бояр моих? Или ты излишне богат, чтобы потчевать эдакую прорву? Твоя соленая рыба чудо как хороша, не возьмусь спорить, но ты мог продать ее на торге за очень хорошую цену и вместо обглоданных костей поиметь немалую выгоду. Объясни мне, десятник.
Голос князя спокоен, но прекрасно различим за общим гвалтом в корчме. Ответ на его вопрос у меня готов заранее и я спешу его озвучить, понимая, что наклевывается шанс вывернуться…
— Я поимею еще большую выгоду, княже Рогволд, когда все эти люди станут приходить ко мне утолить голод и жажду. Не в корчму на пристанях, а ко мне, понимаешь? Это тонкий расчет и никакой безумной щедрости. Плата со своих будет ниже, но в накладе я не останусь.
— Значит, помимо крепких кулаков у тебя есть и купеческая жилка, — делает вывод князь, ломая выгибом бровь.
И вот я начинаю подтягивать запасенный козырь…
— Кстати, князь, о купцах…
Успев вооружиться костью с хрящом, Рогволд обрывает меня взмахом мосла, словно гаишник тормозит автомобиль полосатым жезлом.
— Скажу тебе, не долюбливаю я этих мошнотрясов. Да… но без них никуда, сам знаешь. Князю отказывать в чем либо последнее дело и у некоторых оно становится самым последним в жизни… Но мои полоцкие купцы вовсе не такие, по моему первому слову согласились помочь в снаряжении лодий для похода.
— Вот об этом я и хотел с тобой поговорить.
— Десятник хотел поговорить с князем о будущем военном походе? Уверяю мне есть с кем обсудить это и без тебя. К тому же вече еще не сказало свое слово. Ничего не решено…
Князь с хрустом вгрызается в кость. Минай морщится будто зубы Рогволда вонзились ему в плечо.
— Скажи тогда, княже, слыхал ли ты что-то о горючей жидкости под названием "нефть"?
— Никогда и ничего. Но то, что она горючая мне уже нравится. Пожалуй, кроме масла и топленого жира, чем мы заполняем светильники, никаких других горючих жидкостей я не припомню.
Рогволд вдруг теряет ко мне всякий интерес и подается головой к Дрозду.
— Что там слышно из Новгорода дельного?
— Волнуется Новгород, — отвечает Дрозд, не успев поднести к губам кубок.
— Что так?
— Посадник киевский не по нраву.
— М-м-м, какой по счету?
— Третий за четыре года.
— Нового хотят?
— Хотят. Да уже не посадника, а князя.
Рогволд с силой выплевывает на пол неразжеванный хрящ и снова обращается ко мне.
— Вот видишь, а ты говоришь — купцы… Ни ума, ни совести. Только и умеют что торговаться да делить. Князя своего захотели… Что ж, скоро будет им князь. Так что ты там говорил, десятник? Продолжай.
Дрозд еле заметно кивает, видимо, подбадривая нерешительного меня. Не боись, дядя, я сам знаю как сделать себя нужным и полезным для начальства. Так, чтоб пылинки сдували…
— Смесью на основе этой жидкости ромеи не так давно сожгли флот Великого князя Игоря… Ты, наверное, слышал… Это не масло. Нефть вспыхивает даже от слабой искры и горит сильнее любого жира.
Рогволд бросает на брата резкий, абсолютно трезвый взгляд. В мимолетной хищной улыбке обнажаются блестящие жиром зубы. Тур в ответ хмурится, выпрямляет спину.
Самое время закрепить достигнутый успех.
— Я хотел сказать, княже, будь у тебя несколько бочек нефти, я попробовал бы соорудить устройство, выплескивающее неугасимый огонь на твоих врагов, будь то на воде или в поле.
Над серединой нашего стола повисает таинственная тишина. Чавкать и глотать на миг прекращают все, включая беспрестанно жующего Ольдара обладателя молодого, растущего организма.
— Я слышал, ромейский кесарь рубит голову всякому кто пытается вынести за пределы его земли способ приготовления огненной смеси, — веско произносит князь Тур. — Откуда он известен тебе, дружинник?
— Со способом ромеев я, к сожалению, не знаком, но легко найду свой, когда в руках у меня будет нефть. И это оружие будет не хуже царьградского, зуб даю.
Рогволд наваливается на стол тяжелыми локтями.
— И где же взять эту нефть? Где она течет? Может копится в болотах или бежит вместе с подземными реками? Стекает с холмов, падает как дождь с неба или растет как грибы в оврагах? Я долго живу, но еще ни разу не встречал эту волшебную жидкость. Где мне ее раздобыть?
— В этих местах нефти нету, княже, как ты ее не ищи. А если бы и была, то ее пришлось бы доставать с огромной глубины из земных недр. Нефть гораздо дороже соли, которой ты меня упрекаешь, ее еще называют "черным золотом". В некоторых землях нефтяные озера лежат не столь глубоко, почти на поверхности, ты можешь дать задание своим купцам, что выбираются далеко за привычные пределы, купить или выменять какое-то количество нефти и привезти сюда.
Уморился я слова подбирать! Разговариваю как средневековый рыцарь в театральной постановке. В прошлой жизни мне хватило бы одного предложения, чтобы донести до собеседника весь смысл своего посыла. Но, ничего, зато как складно получается, самому приятно…
— Это очень долго! — после недолгой паузы вскрикивает Рогволд. — Ты не мог раньше похвастаться своими знаниями?! В некоторых землях… Где эти земли? В какой стороне? На восход? На полночь?
— На полдень, княже.
Князь убирает со стола руки, берет наполненный кубок.
— Нет, я не могу столько ждать! Да и нет в моем княжестве купцов способных отправиться в далекие полуденные дали за какой-то нефтью, даже если я пообещаю за нее отсыпать полной мерой злата.
Полоцкие купцы ерзают, глаза отводят. Ясное дело не в кайф им снаряжать экспедиции на розыски неведомого товара с очень неопределенным исходом.
— Не обязательно искать подходящего человека именно в полоцких землях. Я вот совершенно случайно знаю одного такого в Новгороде и, думаю, что сумею с ним связаться. А пока суд да дело, могу озадачиться и попробовать смешать горючие масла и смолы как заменитель нефти. Если ты пожелаешь, конечно…
Еще бы он не пожелал! Старый барсук сразу прочухал выгоду и преимущества от возможности обладания секретными технологиями. Тут не только курши, все соседи трепетать будут.
Но с куршами какие-то непонятки. Виляет князь, что еще за вече, зачем оно ему? Разве вече походы утверждает? Говорил мне дружище Голец, хитрый, мол, Рогволд, скрытный, что затевает никто толком никогда не знает. К чему были намеки на новгородского князя? С Филином снестись разрешил и то ладно. Всякого нужного мне мастерового позволил брать за ноздри и требовать незамедлительной помощи. За упавший волос с моей буйной головушки
