кого-нибудь прибью. Не смотря на строжайший запрет Акселя. Прям придушу собственными руками вполне физически, даже не используя магию.
– Может ну его нахрен, утром проверим? Кого – ночь на дворе, сейчас в этих дебрях опять ноги переломаем, почём зря. И вообще, я уже тапки стёр носиться по чёртовым кущам. – Ревер наконец высунул нос из-под подушки, пытаясь заставить измотанный бессонными ночами организм проснуться.
– Ладно, хорош ныть, топать всё равно придётся. Но бежать сломя голову никто не собирается. И вообще, я бы перекусил. Давай вставай, пошли на кухню, чего-нибудь притырим перехватить по дороге. Э-э-эх, – Глад кряхтя поднялся на деревянные, от вынужденной и совсем не свойственной учёным мужам в обычной жизни физической активности, ноги и пошёл собираться, да будить остальных.
В общем, благодаря диверсиям находчивых местных знахарей, сборы уставших следопытов продвигались уныло и неспешно, увеличивая фору во времени для Феты с Солом.
– Короче, действуем так: Глад – на запад, Марс – на восток, мы со Стархом – на север, – раздавал указания Ревер, проверив маяки на входе в лес у южной его окраины и убедившись, что здесь никого нет и не было.
Афлаимские маги, смачно ругаясь и призывая все кары небесные на головы местных жителей, разбрелись в заданных направлениях. Дольше всех идти было Старху с Ревером.
– Да не беги ты так, Старх, – хватит, набегались уже, – двигаясь прогулочным шагом притормаживал воздушника следопыт, – или чего, тебе твоя стихия помогает? В пятую точку дует?
– Да спать как собака хочу, скорей бы уже дотопать, галочку поставить и опять на боковую. Я за эти дни уже, кажется, в полтора раза похудел. Ни поспать, ни пожрать толком некогда – только и делаем, что по лесам, как подстреленные, носимся. Я уже здесь, кажется, каждый куст запомнил. У-ух! – выдохнул воздушник, спотыкаясь о неприметный пенёк в траве и скатываясь с пригорка.
– Выучил, говоришь? – хохотнул следопыт, спускаясь к сотоварищу и помогая ему подняться. – вставай давай, развалился тут. Нам с тобой хоть потрындеть по дороге есть с кем, а Гладу с Марсом – вообще труба.
Эти двое отряхнулись и двинули дальше к своему сектору наблюдения.
Химик Марс шёл по лесу и от злости громко и с выражением разговаривал сам с собой, активно жестикулируя руками:
– Да чтоб вам луснуть всем. Спал бы сейчас дома или сидел у камина, хлебал вино, тискал девок, хотя, какие девки в такую рань, – дрых бы, как хорёк, – нет же, потащило сюда. Хотя попробовал бы я отказаться, ага… Ну как можно было просохатить целого короля?! А как всё чудесно начиналось. Думал, прокачусь в тёплые края, гульну на королевской свадьбе, заработаю плюсик за верную службу… Э-э-эх!… Нет, вообще-то, идея с эликсиром жизни, конечно, прекрасная, только всё равно ведь нам такого счастья не перепадёт. Аксель же удавится за такое сокровище. Ну и отправлял бы гонять по этим буеракам кого попроще – кого не жалко. Будь оно всё неладно, я чего, семижильный что ли? Или мне заняться нечем? Это ещё что? – Марс уловил слабую пульсацию амулета на шее.
От бесконечной и совершенно бестолковой беготни внимание и бдительность следопытов притупились. Они уже привыкли, что вся эта суета сводится к тому, чтобы дойти до места, убедиться, что никого относящегося к объектам поиска нет, а есть какой-нибудь дурацкий субъект под нелепым надуманным предлогом шатающийся по округе, и возвращаться назад. Поэтому, от неожиданности, химик даже не сразу сообразил, что происходит. А поняв, наконец, рванул в сторону установленных на восточной границе леса ловушкам. И явственно почувствовал след. Хороший такой магический след, ведущий в сторону возвышающихся на границе горизонта снежных пиков. Марс потоптался, проверяя полученную информацию, развернулся и рванул назад – поднимать тревогу.
Акселя разбудил громкий суматошный долбёж в дверь.
– Ваше величество, там Марс – доложил охранник.
Грубо отодвигая его в сторону, в комнату ввалился запыхавшийся бледный химик.
– Говори уже, – нетерпеливо рявкнул его величество.
– Они уходят в сторону гор. Я видел след.
– Собирай всех, кто остался, и отправляйтесь за ними!
– Так никого почти и не осталось, – начал было Марс.
– Бегом! – заорало величество, прерывая намечающиеся прения, – всех, кто есть, по коням и чтоб из под земли мне их достали! Я сейчас же отправлю сигнал в Афлаим, чтобы выступали на подмогу.
– Но у нас же, вроде, договорённость с королевой, – робко ещё раз попытался возразить маг и получил в ответ такой испепеляющий взгляд, что тут же пожалел о собственной дерзости.
– К чёрту все договорённости, они пойдут горами. Не упустите след! И никому из местных – ни слова!
Через мгновение Марса вместе с охранником ветром сдуло из царских покоев. Афлаимский монарх, зажевав губу, мерил шагами комнату. Затем сел за стол, взял лист бумаги, оторвал от неё клочок и быстро настрочил записку-приказ для Корса. Фамильяром Акселя был ворон – мудрая, но жёсткая птица. К тому же имеющая собственное мнение, что бесконечно раздражало его венценосного владельца и усложняло их взаимоотношения. Однако, Эцур, ко всем своим немалым достоинствам, обладал способностью пользоваться порталом без помощи проводника. Собственно, он, в своё время, и обнаружил его, проторив афлаимцам дорожку. Сейчас ворон стал просто незаменимым гонцом.
Глава 33
Четыре мага спешно собирались в дорогу, на ходу проводя нечто вроде военного совета.
– Глад, Старх, Марс, вы отправили своих зверюшек по следу?
– Да, сразу, как узнали, – за всех ответил химик.
– Аксель ещё и ворона своего вслед за нами пошлёт, – добавил водник.
– Ну ещё бы, – усмехнулся следопыт, – сам-то здесь остаётся, но контролировать нас будет капитально. Его Эцур десятка фамильяров стоит. Как он только с ним управляется – харАктерная птица.
– А ты своего волкодава уже спустил? – спросил Старх.
– Нет, мне нужно кое-что проверить. Мы с Ханом ещё пройдёмся по границе леса, а потом вас догоним. Есть у меня кое-какие сомнения, – задумчиво ответил Ревер.
– Да что тут проверять? – запальчиво вскинулся Марс, – я сам видел след. Магией фонит. Это точно они.
– Ладно, некогда валандаться, не теряйте время – и так сколько его потеряли, пока до маяков дотелепались. М-м-м! – плеснул раздражением следопыт, – Чёртовы крайтцы! Сбили всё-таки нас с толку. Езжайте. А я, таки, проверю.
Ревер выпустил своего Хана – огромного полупса-полуволка, безгранично преданного своему хозяину. Следопыт страшно гордился своим зверем и имел на то веские основания – помимо дурной силы, эта клыкастая машина смерти имела непревзойдённый нюх и почти человеческий разум. Какого, например, не имел белый медведь водника. Раш был могучей зверюгой, но
