Мы были в пути уже несколько часов. После привала Нэймар дремал. Он не говорил, но я сама понимала, что ночью на постоялом дворе он не будет спать. Во-первых, муж не доверял людям и понимал, что наши воины после целого дня пути устанут. Во-вторых, он опасался нового нападения орков. Совсем недавно, перед Зимним Поворотом, пришло очередное письмо с угрозами. Нэймар написал Бенноусу список адресатов, письма и пакеты от которых секретарю запрещалось вскрывать. И, несмотря на это, серый грязный конверт был вскрыт. Очень аккуратно, словно он был просто не до конца запечатан. Отчасти поэтому муж ничего не сказал Бенноусу, но с того дня сортировал письма сам.
Карета шла очень плавно, величаво, — по зимнему времени колеса заменили полозьями. Удобно, особенно было удобно читать. 'Аривинна', роман, который посоветовал лорд Кадруим, был интересным. И таким находил его не только эльфийский Посланник. Когда госпожа Сольда отдавала мне зачитанный потрепанный томик, она призналась, что немного завидует мне. Ведь у меня все впереди, а она знает книгу почти наизусть. Подобная литература мне еще не попадалась. Эльфийские авторы черпают вдохновение в истории нашего народа, описывая события прошлого несколько высокопарным языком. Здесь события разворачивались в придуманном автором мире, который был во многом похож на наш. Легкий слог без ненужных малоиспользуемых оборотов и слов позволял погрузиться в атмосферу книги с головой. До остановки на ночевку я отвлекалась лишь раз, — включала маленький светильник, когда стало невозможно читать в темноте. И только ночью, лежа в кровати и глядя на расположившегося в кресле Нэймара, я спросила себя, зачем лорд Кадруим посоветовал мне эту книгу. Не о моем удовольствии он радел, Посланник хотел меня предупредить. Что ж, спасибо. Описанные в романе интриги, предательства и убийства показывали, что 'мешок со змеями' мы недооценивали.
Серый дом в Бербурге встретил отреставрированным гербом герцога Аверского на воротах. Уже хорошо. Сам особняк казался сонным в вечерних сумерках, но внутри стало несравненно уютней. Не было пыли, не чувствовалось гнетущее запустение, комнаты к нашему приезду были протоплены, а ужин готов. Почти дом, но только почти.
На следующее утро мы всей компанией отправились гулять по городу. Праздник во дворце должен был начаться вечером, время у нас было. Зимний Бербург был красив и, приправленный восторгами Виолетты, показался мне теплее и ближе, чем в прошлый раз. На главной площади я мельком видела лорда Кадруима. Он был не один. Спутник Посланника стал первым увиденным мной гоблином. Худой жилистый мужчина оказался значительно выше, чем я предполагала. Он был почти одного роста с эльфом. Зато серое, морщинистое заостренное лицо, чем-то напоминающее лисью мордочку, соответствовало моим представлениям. Гоблин казался очень расстроенным и озабоченным. Лорд Кадруим был, как и всегда, бесстрастен. Интересно, этот ровесник Владыки когда-нибудь проявляет свои истинные эмоции? Я проследила за Посланником взглядом. Он со спутником в сопровождении четырех охранников, двух эльфов и двух гоблинов, пересек площадь и зашел в здание эльфийского посольства. Через несколько минут я случайно заметила, как лорд Кадруим задергивает окно на втором этаже плотными шторами. Видимо, дело серьезное и тайное. Хорошо, что оно нас не касается.
Бал, как и предсказывал Посланник, был красочным. Множество людей в разнообразных костюмах и ярких масках, снующие по огромному залу слуги с подносами, музыканты, играющие какую-то незнакомую мелодию. В воздухе веяло волшебством. И не удивительно, — под потолком висели наколдованные свечи, колонны обвивали черными и серебряными змеями гирлянды. Я знала, что среди людей маги — редкость, и не сомневалась, что придворный маг королю был необходим.
Я чувствовала, что это скопление народа раздражает Нэймара. Мне и самой было неприятно и неожиданно боязно. Оглядев толпу безликих незнакомцев, я собралась весь этот вечер провести рядом с мужем, не разлучаясь ни на минуту. Мэр с супругой, напротив, расстались, стоило им войти в зал. Даже робкая Виолетта, оказавшись на балу, почти сразу выпустила руку сопровождавшего ее Вальтера и, мелькнув между несколькими группками, исчезла из виду. Я почти не удивилась. Девушка и раньше расписывала преимущества маскарада: 'Никто не знает меня, можно вести себя так, как хочется, даже называться другим именем! Это ли не прекрасно?'. Но я не понимала. Наверное, потому что никогда не мечтала быть кем-то другим. Мне было достаточно являться собой.
После длинной приветственной речи короля начался праздник. На небольшом пятачке рядом с музыкантами закружились в танце первые пары. Мы с Нэймаром взяли бокалы с подноса пробегавшего мимо слуги и гуляли по залу. Рядом с золоченой колонной я заметила Виолетту, разговаривающую с 'павлином'. Недалеко от тронного возвышения маркиза де Марсо, полностью одетая в золото от маски до туфель, флиртовала с пожилым мужчиной в костюме филина.
Несколько раз меня пытались пригласить на танец, я вежливо отказывала. Если мой отказ не помогал, а были и такие кавалеры, в разговор вмешивался Нэймар и очень вежливо сообщал, что все танцы обещаны ему. Но одному кавалеру я не смогла отказать. Король Артемий, переодевшийся после приветствия в неожиданно простой серый костюм и непритязательную черную маску, склонился передо мной в поклоне и, казалось, был слегка раздосадован тем, что узнан. Он провел меня через весь зал, огибая группы, и вывел на танцевальную площадку. Я обернулась, ожидая увидеть Нэймара неподалеку, но, сколько ни всматривалась в толпу во время танца, мужа не нашла. Король рассказывал что-то забавное, я улыбалась, хвалила его шутки. А Нэймар все не появлялся. Это настораживало, ведь за три танца можно было пробраться сквозь толпу к площадке. Король желал танцевать и настаивал на моем обществе. Мягко, но так, что отказать было невозможно. После получаса, проведенных в компании монарха, я уже места себе не находила от беспокойства. Сославшись на разыгравшуюся головную боль, попыталась увильнуть от кавалера.
— Герцогиня, неужели я Вам так надоел? — спросил король с ноткой осуждения и разочарования в голосе. А я так волновалась из-за Нэймара, что даже не обратила внимания на то, что монарх, не спрашивая моего имени, все же знал, с кем танцует.
— Ну что Вы, Ваше величество, простая женская слабость. Вы блистательный кавалер, и мне лестно, что Вы обратили внимание на меня, — с вымученной улыбкой ответила я.
— Тогда Вы не откажете мне в последнем танце? — проворковал король.
Пришлось согласиться. Но этот вальс действительно стал последним. Вырвавшись, наконец, из крепких объятий короля, я стала искать Нэймара в зале. Нашла. Он подал какой-то молодой женщине цветок, а она жеманно захихикала и, быстро наклонившись к нему, поцеловала в щеку… Демон! Зря волновалась, с ума сходила, он просто нашел себе развлечение!
