правительственные здания, великолепные отели и дома–дворцы с восточной отделкой, но через несколько улиц пошли дома попроще – бетонные коробки, а ближе к окраине замелькали полуразрушенные здания, которым было лет по 150.
Возле домов тут и там дымили глиняные печи, похожие на перевернутые кверху дном чашки, внутри которых пеклись лепешки.
Вокруг печей толпились женщины в длинных сиреневых платьях до пят и в причудливых головных уборах. Некоторые их них месили тесто, кто–то кормил грудью детей, а остальные болтали между собой.
– Похоже на женский клуб, – заметил Майкл и спросил у Нат. – Здесь что, нет хлебозаводов, или люди бедны?
– Они небогаты, но хлеб пекут сами не от бедности, а по своим столетним обычаям. Ты еще не пробовал лепешек с огня? – ответила Наталья.
– Мне и правда хочется их попробовать, – сказал Майкл.
– Тогда подойди к женщинам, попроси их тебе продать.
Майкл выскочил из машины и приблизился к женской толпе, приготовив купюру в двадцать долларов. Навстречу вышла самая старшая из женщин и Майкл, показав ей на стол с лепешками возле печи, а потом на свой рот, как мог, объяснил, чего он хочет.
Женщина согласно кивнула, и Майкл выбрал для себя стопку лепешек погорячее. Он хотел отдать деньги, но хозяйка брать их не хотела, пришлось оставить доллары на столе тайком.
Вернувшись в машину, Майкл попробовал лепешку.
– Я знаю – это без дрожжевое тесто. Теперь к нему нам не хватает хорошего обеда, – сказал он.
– Пусть это будет наш неприкосновенный запас, на случай, если мы заблудимся, – предложила Наталья. Кивнув, Майкл тронул машину и она, выскочив за пределы города, помчалась по шоссе.
Слева тянулась бесконечная пустыня, а справа в нескольких милях невероятно красивая гряда коричневых и сизых гор – хребет Карадаг?
На ярком синем небе, без единого облачка, сияло палящее солнце.
– Наталья, а ты не боишься террористов?
– Я слабая женщина, а значит, по мусульманским правилам, недостойна быть целью атаки.
– Твой бойфренд так легко отпускает тебя в горячие точки? – спросил Майкл.
– Я свободная женщина, – ответила Наталья и спросила в свою очередь:
– А твоя жена не боится за тебя?
– Я не женат, – ответил Майкл честно: хорошо, что не прошлось врать, ведь с Лиз его разъединяло расстояние в пол земного шара, непримиримые противоречия и его решение расстаться.
– А родители у тебя есть? – спросила Наталья.
– Только мама, – ответил он.
– А у меня никого.
– Я знаю, – хотел сказать Майкл, но промолчал.
– Ты любишь путешествовать? – спросила она снова.
– Да. Особенно, если приезжаю в другой климатический пояс. Здесь все иначе.
– Я тоже не люблю сидеть дома. Если я сижу дома, то приходится работать: звонят контрагенты, начальство. Никакой жизни нет, – призналась она и спросила: – А чего хотел бы от жизни?
– Найти девушку, которая бы нравилась, – честно сказал он, рассматривая ее исподтишка, и подумал: – такую, как ты.
Они промчались еще десятка два миль, но ни одной машины не встретилось по пути, а на обочине не появилось ни одного ресторана – видно Майкл не зря выбирал по карте дорогу в никуда. В какой–то момент он даже начал сомневаться – стоит ли так далеко уезжать от города, ведь воды они взяли с собой совсем мало, а его уже мучила жажда.
– Мы в пустыне не засохнем? – решил он посоветоваться с Натальей.
– Тут недалеко должен быть Каракумский канал – посмотри еще раз на карту, – предложила она.
– Тогда мы поедем прямо к нему, – решил Майкл, сворачивая с шоссе на колею оставленную в песке и глине колесами грузовиков, решив, что машины могли двигаться только к воде – больше в пустыне им делать было нечего.
Джип проехал еще милю, и по дороге стали попадаться редкие деревья с маленькими листьями и полу зеленая трава. В песке тут и там были видны норы грызунов, которые высматривали чужаков на вершинах небольших горок из песка. Были здесь и животные покрупнее.
– Смотри, какая лиса! – сказала Наталья, показывая на бежевого с проседью зверька, который убегал от них в ближайшие кусты.
– А какие у нее уши, – засмеялся Майкл – да они просто огромные!
– Наверное, что бы подслушивать нас: эти уши выросли у нее от любопытства, – сказала Наталья.
– Нет, это для охлаждения – тут ведь жаркая пустыня, – пояснил Майкл.
– Нам тоже надо охладиться – где же наш канал? – спросила Наталья.
– Наверное, там за кустами, где зеленая трава, – показал Майкл, направляя джип в сторону зеленого оазиса. Через пару минут, миновав такыр, они выехали на берег мутной неспешной реки, шириной не более сорока ярдов.
– Я думала, что этот канал больше, – сказала Наталья.
– Он важен не размерами, а водой, что на вес золота, – предположил Майкл. – Пошли искать место для пикника.
– Они вышли из машины и, захватив с собой пляжные полотенца и дорожную сумку, наполненную провизией, двинулись по берегу, обходя по пути небольшие лужи и заросли тростника, высотой в два человеческих роста.
– А ты знаешь, что лет триста назад в Средней Азии, вот в таких же тростниках, водились настоящие тигры? – спросила Наталья.
– Которые ужасно рычали и прыгали! – напомнил Майкл, издавая свирепый вой.
– Ничего, их аппетит можно умерить хорошим бутербродом, – сказала Наталья, передавая ему сэндвич. – Но, в смысле еды, тут есть другие охотники.
Неподалеку от канала в тени деревьев с маленькими листьями стояла пара больших птиц, похожих телом на орлов, но с крупной, как у совы головой.
– Это, кажется, охотники на рыбу: смотри вот она, в той большой луже.
Уровень, канала уменьшился после того, как часть воды забрали на орошение, и в оставшейся луже, глубиной по щиколотку, виднелись плавники сотен рыбок величиной с ладошку. Наталья, зашла босиком в воду и, поймав одну из них, отнесла ее в канал.
– Вода в луже теплая, словно в ванной, – сказала она. – Эти рыбки погибнут, если мы их не переселим.
– Но мы не сможем их всех переправить в канал, – решил Майкл.
– А, давай прокопаем канавку, что бы они поплыли туда сами!
– предложила Наталья.
– Нам скоро возвращаться, – напомнил Майкл, а Наталья уже измеряла шагами ширину песчаной перемычки.
– Тут всего пять метров! Ты будешь участвовать в моем проекте?
– Конечно, ведь мы же с тобой одна команда! – сказал Майкл.
Неподалеку он нашел старую лопату без черенка, а Наталья достала, из сумки пластиковый стаканчик, и стала им копать. Делала она это терпеливо и аккуратно, как археолог. Ее часть канавки была с аккуратными берегами, по всем стандартам ирригации, в то время как работа, выполненная Майклом, напоминала череду ям и бугров.
