Дрожащим от волнения голосом Маргарет ответила, что придет сейчас же.
Через полчаса она уже стучала в дверь проходной. Бек вышел из цеха, закрыв дверь на засов. Маргарет прошла внутрь медленно, нерешительно, как будто заходила в бассейн с холодной водой. Она была напугана не на шутку, ее нопал тоже показался Беку изрядно возбужденным, его плюмаж испускал переливчатое зелено-красное свечение.
Бек попытался улыбнуться, но лицо Маргарет было настолько встревоженным, что улыбка получилась изрядно вымученной.
— Идем со мной, — произнес он наигранно бодрым тоном. — Сейчас тебе многое станет ясным.
В цеховой мастерской она обратила внимание на столик с походной плиткой.
— Что это? Ты теперь живешь здесь?
— Да, — ответил Бек. — Миссис Макриди стала испытывать ко мне точно такую же неприязнь, как ты.
— А это что? — совсем уж упавшим голосом спросила Маргарет.
— Это денопализатор.
Она обвела испуганным взглядом странное сооружение, ее нопал разволновался еще больше.
— И что он делает?
— Осуществляет денопализацию.
— Мне как-то страшно, когда я смотрю на него, он похож на что-то вроде дыбы или на какую-то машину для пыток.
— Не бойся, — сказал Бек. — Этот механизм не таит в себе никакого зла.
— В таком случае, что это все-таки такое?
Вот и наступило — сейчас или никогда — время во всем признаться, однако он не мог заставить себя говорить. Зачем обременять ее своими бедами, даже если допустить, то она всему поверит? Но поверит ли она? Что его силком завезли на другую планету, что ее жители убедили его в том, будто все люди на Земле поражены мерзкой пиявкой, паразитирующей на их рассудке, и что только он один в состоянии ощущать присутствие этих тварей… Что на него, Бека, возложена миссия освободить Землю от этих паразитов! Что если ему не удастся этого сделать, то пришельцы вторгнутся на Землю и уничтожат ее. В реакции Маргарет можно не сомневаться: она поставит диагноз «явная мегаломания» и посчитает своим первейшим долгом вызвать «скорую помощь».
— Ты не хочешь рассказать мне?
— Мне хочется придумать какую-нибудь убедительную ложь, — признался он, тупо глядя на денопализатор, — но никак не могу. Если я расскажу тебе всю правду, ты мне не поверишь.
— Попробуй.
Бек отрицательно покачал головой:
— Одно ты должна знать: ни я, ни ты нисколько не виноваты в той ненависти, которую ты ко мне испытываешь. Это результат внешнего внушения со стороны того, кто хочет, чтобы ты меня ненавидела.
— Как такое может быть? Пол, как ты переменился, ты совсем не такой, каким был раньше!
— Да, я изменился. И совсем не обязательно в худшую сторону, хотя тебе кажется, что именно так. — Он уныло посмотрел на станину денопализатора. — Если я и дальше буду сидеть сложа руки, то снова стану таким, как прежде.
Маргарет непроизвольно схватила его за руку.
— Как мне этого хочется! — Она отдернула руку, отошла на шаг, продолжая глядеть на Бека в упор. — Сама не пойму, что со мной… и что с тобой…
Она повернулась и быстро направилась из цеха в контору.
Бек только тяжело вздохнул ей вслед, но остался в мастерской. Сверившись с чертежами, полученными от Птиду Эпиптикса, он возобновил работу. Время летело быстро. И постоянно у него над головой парили два или три нопала, ожидая загадочного сигнала, необходимого им, чтобы снова прикрепиться к затылку Бека.
В дверях снова появилась Маргарет и какое-то время молча наблюдала за Беком, затем взяла кофейник, заглянула в него, брезгливо сморщила нос. Вылив остатки кофе в туалет, она помыла кофейник и заварила новый ароматный напиток. Тут появился Ральф Тарберт, и они втроем сели пить кофе. Присутствие Тарберта заметно приободрило Маргарет, и она попыталась выудить что-нибудь у него.
— Ральф, что такое денопализатор? Пол так и не удосужился объяснить мне.
— Денопализатор? — с наигранной веселостью переспросил Тарберт. — Устройство, которое служит для денопализации, в чем бы она ни заключалась.
— Значит, и вы толком не знаете?
— Не знаю. Пол стал таким скрытным.
— Потерпите немного, — сказал Бек. — Еще дня два — и вам все станет ясно. Вот тогда и начнется потеха.
Тарберт окинул каркас будущего устройства критическим взглядом, особое внимание обратив на стойки с электронными блоками, посмотрел и на источник питания.
— Полагаю, здесь собирается какой-то прибор из области радиотехники, а вот служит ли он для приема сигналов или для их передачи — мне не совсем ясно.
— А меня эта штука просто пугает, — сказала Маргарет. — Всякий раз, когда я на нее смотрю, у меня все холодеет внутри, слышатся непонятные звуки, чудятся таинственные огни. И почему-то видятся консервные банки, наполненные червями, какие готовят перед рыбалкой.
— У меня точно такие же ощущения, — согласился Тарберт. — Странно, что вид разрозненных элементов оборудования может так действовать.
— В этом нет ничего странного, — возразил Бек.
Маргарет искоса посмотрела на него. На нее нахлынули гадливость и страх, готовые прорвать плотину самоконтроля в ее сознании.
— Твои слова звучат зловеще.
Бек только пожал плечами, но этот жест показался Маргарет проявлением жестокости и бессердечия.
— Ты неправильно меня поняла. — Он поднял глаза на нопала, парившего прямо у него над головой, чем-то похожего на португальскую каравеллу под всеми парусами. Этот экземпляр преследовал его днем и ночью, выпучив глаза, топорща плюмаж и судорожно дергаясь от неуемной алчности. — Мне нужно вернуться к работе. У меня осталось совсем мало времени.
Тарберт поставил на стол пустую чашку. Наблюдая за ним, Маргарет поняла, то он тоже начинает находить Бека совершенно невыносимым. Что же произошло со стариной Беком, всегда таким обходительным, добродушным и немножечко легкомысленным? Маргарет пришла в голову мысль о мозговых опухолях, иногда они бывают причиной неожиданных изменений характера человека. Ей даже стало стыдно за себя: старина Пол такой же, как и всегда, его нужно лишь понять и пожалеть.
— Завтра я не приду, — сказал Тарберт, — буду весь день занят.
— Ничего страшного, — кивнул Бек. — У меня все готово будет во вторник, вот тогда-то вы мне и понадобитесь. Во вторник вы будете свободны?
— Да, — ответил Тарберт, — во вторник я свободен, а вы, Маргарет?
Маргарет хотела что-то сказать, но Бек перебил ее.
— Лучше, если мы все сделаем вдвоем. По крайней мере, пробные испытания.
— Почему? — удивленно спросил Тарберт. — Это опасно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
