— Нам, ой, как далеко до Лондона, — тихо сказала Сара. — И так будет всегда.
Она вышла в прихожую, накинула дождевик. Миссис Дамас сердито посмотрела ей вслед. Сара вышла из дома, постояла немного и направилась по улице к домику миссис Хемпер. Она была рада, что надела плащ. Когда они с Фолкнером ездили в Данфорд, было тепло и солнечно. А теперь воздух был холодный и влажный.
У домика уже собралась толпа. Когда Сара вошла, мужчины встали, женщины кивали, приветствуя ее. Она ласково поздоровалась с миссис Хемпер и села рядом с ней, взяв в свои ладони жилистые старческие руки.
Вечер казался нескончаемым.
ГЛАВА 22
Сара блаженно потянулась и перевернулась на другой бок. Ее укутывало тепло. Все заботы долгого хлопотливого дня куда-то исчезли. Она словно парила, совершенно расслабившись, в полной безопасности. Она открыла глаза. Посмотрела на обнаженную грудь Фолкнера и улыбнулась. Гладкая кожа натянулась поверх мощных мышц и слегка поросла темными курчавыми волосками. Он снова здесь, снова с ней, защищает ее от всех бед на свете. Кроме, конечно, тех, которые принес вместе с собой. Она осторожно шевельнулась, боясь разбудить его ненароком. Он что-то тихо пробормотал, но не пошевелился.
Осмелев, она приподнялась и стала рассматривать его. Спящий, он выглядел моложе, не таким властным, агрессивным и высокомерным. Нет, высокомерие таилось во вздернутых бровях и слегка иронично изогнутых губах. Просто сейчас он был более доступным. А если говорить честно, очень даже доступным.
Но не для нее. Это решительно исключалось. То, что произошло на холме возле замка — это одно. А то, что происходит в ее постели — совершенно иное. Разве не так?
Этому нельзя найти никаких оправданий. Древняя Эйвбери пока еще не перешептывается о ней. Наоборот, деревня казалась подозрительно спокойной. У Сары было чувство, будто она слишком долго оказывалась прикованной к этому месту и времени. И к собственному выбору жизненной линии.
Как на ее месте должна была бы поступить приличная женщина, если, проснувшись, обнаружила у себя в постели постороннего мужчину?
Кричать? Но она только переполошит весь дом. А, кроме того, принимая во внимание сложившиеся обстоятельства, просто-напросто окажется посмешищем для прислуги. Конечно, она могла бы спокойно уснуть снова. Могла бы подняться и пойти куда-нибудь. Она могла бы…
Прикосновение ее губ было удивительно легким, словно еле заметное дуновение ветерка, неспособное даже сорвать пушинки с одуванчика. А еще она могла, из чистого любопытства, рассматривать его обнаженное тело, по пояс укрытое простыней. Дивясь при этом, как они не похожи друг на друга. Одновременно она пыталась понять, какая сила сотворила его таким? На левом плече виднелся тонкий бледный шрам. Еще один — на правой стороне груди, свежий, со вздутыми розовыми краями. Она затаила дыхание и прикоснулась губами к изгибу его шеи, ощущая биение пульса.
Он по-прежнему спал.
«Какой он все-таки добрый», — подумала она. Хотя все время пытается доказать ей, что в нем нет доброты. Она отвернулась и с грустью взглянула в окно. Небо чуть-чуть посветлело, будто рассвет исподтишка подкрадывается к ночи, чтобы застать ее врасплох. В доме проснутся еще не скоро.
Сегодня они похоронят Дейви Хемпера. Будут продолжать поиски убийцы, посягнувшего на мирную и тихую жизнь Эйвбери. Это будет нелегкое время.
Но сейчас с ней этот утренний час, безмолвный и таинственный, хранящий в себе будущие радости и невзгоды. Кровать слегка скрипнула под ней. Сара затаилась. Однако он опять не пошевелился, и она облегченно вздохнула.
Ее пальцы нежно пробежали по его груди вниз, словно она хотела проверить, что же будет. Он был теплым, даже горячим, а она вся дрожала, будто замерзла.
Очень осторожно, затаив дыхание, она слегка приподняла простыню. И тотчас же из ее груди вырвался невольный глубокий вздох.
По-видимому, накануне она устала до изнеможения и даже не заметила, что на этот раз он разделся полностью. И действительно, оказалось, что его панталоны переброшены через спинку стула возле ее туалетного столика. Конечно, мужчина тоже имеет полное право на удобство и спокойствие, разве не так? Хотя, судя по всему, спокойствие быстро оставляет его. Разве так может быть, он же спит глубоким и безмятежным сном? Удивительно. Природа изобилует потрясающими чудесами. Сара несколько привыкла к зрелищу, представшему ее глазам. И решила, что все это довольно привлекательно и явно наполнено некой животворной энергией.
— Ой!
Мир перевернулся. Только что она сидела, созерцая мужские тайны, достоинства и загадки природы. А в следующее мгновение оказалась распростертой на кровати. Все с тем же мужчиной, которого она рассматривала, но уже удобно устроившимся у нее между ног. И, конечно, с природой, которая заявила о себе.
— Ты не спишь? — спросила она совершенно не к месту.
Он улыбнулся, глаза сверкали в полумраке комнаты.
— И ты тоже…
Она понимала, что обязана сказать что-нибудь о приличиях, об ответственности, о чувстве долга — о чем угодно. Но, единственное, чем были в эти минуты заняты мысли, — это незнакомое до этого мгновения чувство прикосновения его тела. Они еще ни разу не были так близки, как сейчас. Их разделял только тончайший батист ее ночной сорочки.
Ощущения поглотили ее, она еле дышала. Несомненно, он понял, чего ей хочется. Он слегка приподнял Сару и сорвал с нее рубашку. Причем проделал это с такой легкостью, которая не могла не изумить и не восхитить. Явно, что это был результат довольно частых упражнений.
Времени у них было в обрез. День подкрадывался неслышно. А вместе с ним и окружающая их жизнь, полная забот и тревог. Он отыщет убийцу. И уедет. А она останется. Но сейчас у них в запасе есть крупица вечности. Они могут наслаждаться и радоваться вместе.
Его бедра двигались в порывистом ритме, словно приглашая ее с собой. Он негромко застонал, склонив темную голову к ее груди. Ласкал и целовал ее соски. От прикосновений его языка и губ она вздрагивала. Это было наслаждение, граничащее с мучительной болью. Она вскрикнула, крепче прижимаясь к нему всем телом.
— Небесный Отче, упокой душу Дэвида Френсиса Хемпера. Дай его матери утешение, дабы перенести горе. Дай его соседям душевное спокойствие перед величием твоей воли. Дай всем нам свет, дабы увидеть путь праведный. И мужество, дабы следовать по нему в дневных трудах, согласно твоей воле. Этого мы просим, обращаясь к тебе. Аминь.
Помощник викария поднял голову. Вид у него был усталый, но решительный. Миссис Хемпер тихо плакала. Ее поддерживали деревенские женщины. Слезы неслышно катились по сморщенным щекам.
