— Я могу сделать тебе массаж, — предложила она неожиданно для себя.
— А ты умеешь?
— Конечно. — Она на секунду представила себе Джо без одежды, в одном полотенце, и внизу живота у нее потеплело. — Я почти профессионал.
— Так же, как почти вегетарианка?
— Ты опять надо мной издеваешься?
В свое время она брала уроки массажа и, хоть и не была лицензированной массажисткой, считала себя неплохим специалистом в этом деле.
Джо тихо засмеялся, нарушив спокойствие ночи и окутав Габриэль волнами этого глубокого, мужественного звука.
— Конечно, — нахально ответил он. По крайней мере он был откровенен.
— Спорим, что через двадцать минут тебе станет легче?
— На что спорим?
— На пять баксов.
— Пять баксов? Десять — и по рукам.
Глава 12
Джо быстро взглянул на маленькое полотенце, которое она ему предложила, и швырнул его на диван. Он предпочитал свободные боксерские трусы. В них как-то надежней. Еще не хватало, чтобы это полотенце вздыбилось!
Черт возьми, что вообще он делает здесь, в гостиной Габриэль? Ему надо ехать домой и как следует выспаться, чтобы завтра в восемь утра, на брифинге, доложить о краденом антиквариате, который он видел в гостиной у Кевина. Надо отдохнуть и на свежую голову подготовить письменные показания, необходимые для получения ордера на обыск. Слова показаний должны быть четкими, точными и сжатыми, иначе есть риск переборщить с обыском. Были и другие Вещи, которые ему следовало сделать сегодня вечером: кое-что постирать, а еще позвонить Энн Камерон и сказать, что он не сможет угоститй1 ее завтра чашечкой кофе. Сегодня утром перед работой он заезжал к ней в кафе, и она приготовила ему завтрак. Эта девушка очень мила, и он обязан ей позвонить — отменить встречу.
Вместо этого он стоял в доме Габриэль и смотрел, как она наливает масло в мелкую плошку и зажигает свечи на камине и стеклянных столиках, точно готовится к церемонии жертвоприношения. Джо склонил голову набок и как завороженный следил за подолом ее уродливой мешковатой юбки, который приоткрывал гладкие стройные ноги, будя воображение.
Она погасила свет, потом щелкнула выключателем возле камина, и оранжевое пламя, вырвавшись из газовых вентилей, принялось лизать фальшивые поленья. Джо смотрел, как девушка подвязывает сзади ленточкой свои длинные волнистые волосы, и мучился вопросом: сказать ли ей, что шахматы в спальне Кевина — те самые, с маленькими забавными пешками, — в прошлом месяце были украдены из дома в районе Ривер-Ран?
После того как она спрыгнула с балкона, у него появилась мысль открыть ей всю правду. Он думал об этом, пока ехал к своему дому, пока разговаривал с Уокером по телефону и после того, как повесил трубку. Он думал об этом, когда стоял на ее крыльце с ее ключом в руке и когда смотрел в ее доверчивые зеленые глаза. Он думал об этом даже тогда, когда дал согласие на массаж, заранее зная, что это к добру не приведет.
Капитан полиции не хотел вводить Габриэль в курс всех дел, но, по мнению Джо, она заслуживала доверия и должна была знать правду о Кевине и о том, что его шкафы забиты антиквариатом, числившимся украденным в полицейских документах.
Еще час назад Джо был совершенно согласен с Уокером. Но тогда она еще не стояла на страже у двери, пока он обыскивал гостиную Кевина, и не перелезала ради него через балконные перила. Час назад он не был уверен в ее невиновности и вообще не слишком о ней заботился. Забота не входила в его обязанности. И не входит сейчас.
— Я пойду принесу мой массажный стол, чтобы ты смог удобно расположиться.
— Лучше я сяду на стул. Возьми один из тех, что стоят у тебя в столовой.
Жесткий неудобный стул не даст ему как следует расслабиться и забыть о том, что она его осведомительница, а не женщина, которую ему хотелось бы узнать поближе.
— Ты уверен?
— Да.
Так вот, когда он увидел, как она перелезла через перила балкона, преодолев свой страх, в нем что-то перевернулось. Теперь, когда он смотрел на нее, в глубине его души поднималась какая-то странная волна. Пока она висела у него над головой и он созерцал ее белые трусики, сердце его подкатывало к самому горлу. Джо знал: будет непросто поймать ее, если она упадет, но он также знал, что ни за что не даст ей упасть. В этот момент она стала для него не просто осведомительницей с роскошным телом, она стала человеком, которого ему хотелось оберегать.
На этом его ощущения не ограничивались. Пока он держал ее в своих объятиях и целовал в шею, его грудь словно стягивало обручем — даже после того, как опасность миновала. Может, это был остаточный страх или скрытое напряжение? У него не было желания слишком тщательно исследовать этот вопрос, поэтому он сосредоточил внимание на Габриэль, которая принесла из столовой деревянный стул и поставила его перед камином..
Да, разумеется, она должна узнать про Кевина, но Джо не мог ничего ей сказать: она была слишком простодушна. Все чувства отражались в ее глазах. Она лгала с таким видом, как будто ждала, что сейчас разверзнутся небеса и ее поразит молния.
Он отступил на шаг и спросил себя, разумно ли позволять Габриэль растирать руками его нагое тело. Его сомнения длились недолго. Девушка склонила голову набок и взглянула на него.
— Снимай рубашку, Джо, — скомандовала она, и ее голос растекся по его внутренностям подобно тому маслу, которое она нагревала в маленькой плошке. В конце концов, ему тридцать пять лет, и он умеет держать себя в руках. К тому же это массаж, а не секс. После ранения ему регулярно разминали больные мышцы, как полагалось по курсу терапии. Правда, его лечащему врачу было пятьдесят с лишним, и она была совсем не похожа на Габриэль Бридлав.
Ничего страшного не случится. Надо только все время помнить, что Габриэль — его осведомительница и что завести с ней роман означает провалить всю работу. А этому не бывать, черт возьми!
— Ты будешь раздеваться?
— Я оставлю брюки. — Она покачала головой.
— Лучше бы снять. Они испачкаются маслом.
— Ничего страшного.
— Я не буду подглядывать. — Ее тон и хмуро поджатые губы говорили о том, что она считает его поведение нелепым. Она подняла правую руку, точно произносила клятву. — Обещаю.
— Полотенце слишком маленькое.
— О! — Габриэль ушла и вскоре вернулась с большим пляжным полотенцем. Она бросила его на подлокотник дивана рядом с ним. — Такое пойдет?
— Отлично.
Габриэль любовалась руками Джо, когда он вытягивал полы своей шелковой рубашки из брюк. Это было похоже на медленный, сводящий с ума стриптиз. Он чуть-чуть приподнял рубчатую ткань, показав свой плоский живот и вертикальную полоску темных волос, потом выпустил рубашку. Девушка испустила невольный вздох и встретилась с ним глазами. Он сердитым движением стянул рубашку через голову и бросил на диван рядом с банным полотенцем, от которого отказался. Взялся за пряжку на ремне, и Габриэль быстро отвела глаза.
