и отошел от меня подальше.
В общем, сам напросился.
Но прежде чем я успела что-то сказать и сделать, в дверь постучали, а затем голосом его помощницы сообщили о приходе курьера.
Как же не вовремя. Или наоборот. Стоило бы воспользоваться моментом и сделать вид, что никаких физических увечий я наносить не собиралась. Полное радушие. Ну, а то, что при выставлении блюд, я не очень аккуратно открыла бокс от лапши и высыпала содержимое на мужские бедра… так не кипяток же. И вообще. Нечаянно я!
— Напомни мне, почему я хочу на тебе жениться?
— Ты мазохист? — уточнила с усмешкой, на этот раз даже не пытаясь скрыть радостной усмешки.
— Причем, видимо, в самой запущенной стадии, — согласился он со мной.
Я на это лишь рассмеялась весело. Правда, как начала, так и подавилась воздухом почти сразу. Да и как иначе, когда этот мстительный засранец принялся нагло раздеваться передо мной. Спасибо, трусы оставил! В них и уселся обратно на диван, берясь за новую коробку, пока я старалась не заработать себе косоглазие. И кто сказал, что только мужчин возбуждают ноги и задница? Врут. Безбожно. Или у их партнера что-то не так с ними. Или просто не любят на самом деле. Потому что лично я сейчас банально залипала на прокачанных мышцах, а в памяти все тем же клеймом отпечатались ямочки на ягодицах. Так и хотелось попросить его покружиться, чтобы рассмотреть полнее. Или, что вернее, это просто я такая озабоченная.
Даже немного стыдно от собственных мыслей и вместе с тем абсолютно плевать. Противоречивые чувства, которые подогревали мои эмоции, отчего едва удавалось скрывать свой интерес. Только давиться едой, старательно избегая смотреть на сидящего рядом мужчину и обращать внимания на то, какой же он горячий. Как печка. Мы всего лишь соприкасались коленями, а казалось, будто мне к коже угли приложили. Так и тянуло отодвинуться, но я терпела.
— Все в порядке? — вдруг поинтересовался Ахалая.
Заметил-таки…
— Все в порядке.
— Еда не нравится?
Сказала бы я, что мне действительно не нравится. То есть наоборот, слишком нравится. Но вместо этого сунула себе в рот вилку с лапшой. Лучше жевать, чем говорить.
— Если не нравится, можем выбросить и пойти поужинать в ресторан, — предложил Тенгиз.
Заманчивая идея. Там он точно будет одетый, я не буду ощущать себя мартовской кошкой. Но на деле покачала головой.
— Все нормально. Просто задумалась.
Конечно, Тенгиз мне не поверил, и вообще, судя по виду, прекрасно считал мое состояние, не зря же так самодовольно усмехнулся, удобнее откинувшись на спинку дивана. Пожелала ему мысленно от всей души подавиться новой порцией. Но увы и ах. Как ел спокойно, так и продолжил. Засранец!
— И о чем задумалась?
О том, как мне сильно хочется тебя проучить.
Вслух же:
— О том, как отреагируют твои родители на замену невесты.
Тут же себя отругала. Не то, чтобы вопрос не актуальный, но, глядя на то, как веселье Тенгиза сменяется мрачностью, и самой стало не по себе. Мужчина отложил недоеденную коробку с лапшой на столик, то же самое проделал с моей, а затем я оказалась сидящей на его коленях. Он ухватил пальцами мой подбородок, не позволяя отвернуться от него.
— Не думай о них, — произнес с металлом в голосе. — Они ничего не решают. Их право не мириться с моим выбором, как и я вправе сам решать, с кем мне строить свою судьбу. Если им что-то не нравится, это исключительно их проблемы, не наши. И уж точно не твоя. Тем более, я уверен, что все будет хорошо. Просто верь мне, моя Валентинка. Ты не услышишь в свой адрес ни единого плохого слова. Никогда. А если такое вдруг случится…
Не договорил, но мне и не надо слышать, чтобы знать, что именно он вложил в свой молчаливый посыл. Надо будет, он просто разорвет отношения с семьей. И это…
— Так неправильно, — обхватила его запястье. — Я так не хочу.
Тенгиз тут же перехватил мою ладонь, переплел наши пальцы, оставляя на них легкий поцелуй.
— Это будет не твой выбор, а значит тебе точно не стоит по этому поводу расстраиваться. Я все решу.
Знаю, что решит. Категоричность в тоне не оставляла никаких сомнений. Но что это за семья, в которой дети и родители ненавидят друг друга, избегают и не общаются?
— Может, когда расторгнешь помолвку, встретимся с ними официально? За обедом каким-нибудь?
И что я только что предложила? Я с ума сошла? Обедать с Индирой, которая скорее отравит меня, чем согласится на такое сближение. Но сказала. Потому что семья должна оставаться семьей при любых обстоятельствах. И если я собираюсь и впрямь строить серьезные отношения с ее сыном, мне стоит хотя бы попытаться с ней договориться. А значит…
— Хорошая идея, если ты и впрямь согласна терпеть мамин сарказм.
— Едва ли она скажет что-то новое, а если и скажет… что ж, придется мне ее как-то переубедить.
О том, скольких нервных клеток мне это будет стоить, я постаралась не задумываться. Мелочь по сравнению с тем, что моему любимому не придется выбирать ничью сторону, сохранив семью в первозданном виде.
Глава 30
Удивительно, на что способны мужчины при должной мотивации. Вот и Тенгизу понадобилась всего ничего по времени, чтобы найти выход из сложившейся ситуации.
— На днях я все решу, а затем мы поговорим с моими родителями.
Только обрадованная я тут же нервно сглотнула.
Нет, я от своего слова отказываться не собиралась, но, блин! Может можно как-то оттянуть на попозже эту встречу? И без того в последние дни чувствовала себя просто отвратительно. Слабость перемежалась с тошнотой в течение всего дня. С утра вообще едва получалось проснуться. Но сколько бы не перебирала в уме, что тому может быть причиной, ответа не находила. А тот, что подбирался, от него я сама отмахивалась. Потому что… Да ну нахрен! Не надо мне такого счастья. Я к нему морально не готова. Но в аптеку съездила. И теперь стояла в ванной комнате, бестолково пялясь на две долбанные полоски
