Я неторопливо прошлась по комнате. Длинное вытянутое помещение совсем не походило на привычный кубик. Пушистый ярко-розовый ковер смотрелся донельзя странно. Он притягивал взгляд отчего картины на стенах выглядели блеклыми пятнами. Одна, две, три… – я насчитала пять дверей, выходящих в этот безумный коридор, стены которого украшены фиолетовой мазней. Хотя, если смотреть издалека, каляки складываются в рисунок диковинного морского цветка. Почему морского? Так пузырьки вокруг пририсованы. Синенькие такие.
С возрастом хозяина дома определилась. Лишь взрослый горгон может позволить себе подобное безумие. Но взрослых в городе много, а я одна. Не перебирать же всех. Я выбрала дверь наугад – посредине, и прижалась к ней. Вроде тихо. Вхожу!
Это оказался кабинет почти привычного вида: без диких цветов на стенах и ужасающего ковра. Страсть к прекрасному выразилась в лепнине, украсившей все, кроме потолка. Бордюрчик на полу, витиеватый рисунок на стенах, крае стола и стульях – загадочное нечто прицепили всюду, куда дотянулись. Причем в буквальном смысле этого слова. Приставные лестницы? Не, не слышали!
На стене над столом красовалось полотно с зелено-желтыми змейками, заключенными в белый круг. Оно притягивало взгляд и выделялось на фоне благородно синей мебели. Неужто герб?
Я подошла поближе и осторожно провела пальцем по рисунку. Шероховатая краска царапнула кожу. Не может быть! Я присмотрелась внимательнее и осторожно поскребла пальцем. Так и есть. Рисунок собран из чешуек, покрытых краской. Точно герб. Да и кресло во главе длинного стола мало отличает от трона. По крайней мере, по массивности и монументальности. Кажется, я поняла куда меня спровадил его высочество с выразительным именем Бас. Осталось найти гербовую бумагу и можно возвращаться.
Ящики стола я выдвигала так залихватски, точно это мой стол. Тем неожиданней стала пустота. Главный предмет делового кабинета выглядел так, словно вовсе не использовался по назначению. Ни документов, ни подгляда для связи – а чем они тут занимаются? Для отчета перед принцем я проверила еще и шкаф. Стопки рукописных законов, несколько портретов монаршей четы и… ничего серьезного. Ну, где-то же его мокрейшество должен вести дела.
Я торопливо пробежалась по коридору, заглядывая во все кубики по очереди. Они оставляли странное впечатление. На привычные комнаты это похоже больше, чем городские аквариумы. И мебель тут есть. Пусть совсем мало и очень низенькая, но есть. Но общее впечатление: запустение.
А самый большой бардак, почему-то, в спальне. Прозрачные потолки заляпаны белой гадостью. Кровать в беспорядке. Куда только слуги смотрят? На столе хлам из документов, залитых красной и липкой жидкостью. Фу, я и не знала, что монаршие особы бывают такими грязнулями. Почему-то казалось, что уж у них любовь к чистоте и порядку в крови. Ну, или что там, у горгон вместо нее.
Преодолевая брезгливость, я взялась за документы. Надеюсь, верховный водовик не отличается феноменальной памятью, ведь восстановить правильный беспорядок я не смогу. Забрызганы они оказались настолько причудливо, что прочесть текст невозможно. Впрочем, это и не нужно. Меня интересует лишь подпись.
Я обшарила всю поверхность, но так и не нашла подходящего кусочка. К тому же защитные заклинания на грязных документах сбоят, так что невозможно определить порядок их установки. А это принципиально, если мы не хотим, что бы в новом приказе распознали подделку.
Время поджимало. Бас крикнул, что у меня будет около тридцати капель. Это я запомнила накрепко. Его мокрейшество вот-вот вернется. Жаль уходить с пустыми руками. Прикусив губу, я занялась ящиками стола. Эти оказались защищены, но так слабо, что вскрыть их оказалось ерундовым делом. Я замерла, чувствуя себя обманутой. Раз так легко, ничего дельного не хранится. И зачем время тратила?
Но раз открыла, просмотрю. В одном ящике: засохшие остатки рыбы, высохшая корочка хлеба, разлитое и впитавшееся жирное нечто – его мокрейшество голодает? В другом: наполовину уничтоженные документы, сломанный подгляд и странные, кожистые на ощупь, штучки. Что-то они мне напоминают?! Рассмотреть бы получше, да прикасаться противно. В последнем: неясный хлам. Чешуя? Обрывки одежды? Что тут вообще происходит? Сморщив нос и стараясь не дышать, я потыкала в неизвестное нечто, но брать мерзость не рискнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тщательно закрыла все три ящика и повернулась вокруг себя. Десять капель до появления его мокрейшества и то при условии, что он сверхточен. Куда бы еще залезть? Точнее куда успею залезть? Я прошлась по кубику, разглядывая грязновато-серый стол, ослепительно белый книжный шкаф, серые полочки, стул и темно-зеленое потрепанное кресло. На ручке последнего, как водится, красовались остатки трапезы. Косточки усеяли ее так мелко, что садиться противно. Если не считать феноменальной грязи обычный кубик. Что в нем не так?
Шкаф на фоне общего гадюшника казался таким неуместным, что сразу притягивал взгляд. Недавно меняли, но вот зачем? Тут все одинаковое и противно зачуханное, а этот белый красавец… выпендривается, однозначно.
Ящиков в нем с виду нет. Впереди раздвижные дверцы, привычно закрытые магией. Времени взламывать нет, но, если постараться, можно переместиться внутрь и изнутри все хорошенько рассмотреть. Тут близко и заклинание не должно вытянуть много сил. Я мелкая, внутри помещусь. Заклинание выстраивалось неохотно, словно понимало, что его применяют не на благо. А может защитная магия затормозила. Но беда в том, что водная магия слишком слабо защищает, а остановить хухрика – не дано никому.
Внутри оказалось неожиданно чисто. Точно это единственный предмет в кабинете, который его хозяин холил и лелеял. Странно, как-то! Место немного и шевелиться нужно очень осторожно, чтобы не врезаться в дверцу, но главное получилось.
Это оказался обычный шкаф для бумаг, что тут хранились в идеальном порядке. Точно и нет хаоса во всем кубике. Я просмотрела несколько: подпись есть и текст читается – то, что надо. Отобрала парочку и продолжила осмотр. У меня появилась лучшая идея.
Я просматривала полку за полкой и не могла не удивиться содержимому. Книги по охранной и боевой магии – понятно. Но зачем верховному водовику – искусство фокусов? Тайное увлечение? Как бы то ни было, а посреди густо заполненных книгами полок, таки нашлось то, что я искала. Скрытый сейф замаскировали неплохо: признаю, как специалист. Но нет того тайника, что остановит меня. Не вскрою сама – утащу целиком: Хрум справится.
На тайник я истратила целых пять капель. Пять капель? Как будто отвечая, мыслям дверь открылась, и в спальню вразвалочку вошел водовик. Оп-па. Надеюсь, он слышит хуже, чем видит в темноте. Иначе, ой!
Глава 21
Валисия
Он выглядел куда менее уверенным, чем тогда на троне. Вблизи больше всего походил на уставшего и запуганного старика. Не знаю, как определила возраст. Ни морщин, ни трясущихся рук у него нет. И походка твердая и уверенная. Но глядя на него, почему-то, вспоминаешь целителей и снадобья.
Его мокрейшество брезгливо изучил мерзкое кресло и удалился в соседнюю комнату, чтобы вернуться с белой накидкой. Только тщательно укрыв всю грязь, он с тяжелым вздохом уселся и вытянул ноги. Вот так раз. Странный какой-то. Жаль, изучить поближе не получится. Я, едва дыша, на цыпочках развернулась к сейфу и вытащила печать в форме змейки в короне и три гербовых листа. Это же ненадолго! К вечеру, когда его мокрейшество снова уйдет, верну. А как иначе? А пока пора уходить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Листать страницы реальности, скрючившись в три погибели, очень неудобно. А уж вползла в прокол я исключительно из упрямства. Не знаю, смогла бы выбраться сама, но на той стороне меня поджидал обеспокоенный Ортегас. Он нагнулся, крепко схватил подмышками, и с одного рывка выдернул из опасных покоев. Уф, получилось, но как же я устала! А ведь еще обратно улику возвращать…
