— Мэри? Что случилось? — Заметив возбуждение подруги, Дороти насторожилась.
— Эмили! — выдохнула Мэри, прижав руку к пышной груди. — Эмили!
— Да что с ней?
— Сейчас, сейчас… — Мэри все никак не могла отдышаться. — Я ее только что видела в городе…
— Здесь, у нас? — удивленно переспросил Харпер. Он не мог поверить, что Эмили осмелилась находиться так близко от Чилтона.
Мэри обрела наконец способность говорить:
— Она приехала в коляске с этим Райдером, ну ты его знаешь. С ними были его брат, его дружок и мальчишка — все разряжены в пух и прах. Ваша Эмили просто красотка! — восторженно закудахтала Мэри, но, заметив, как обычно сдержанная Дороти скрипнула зубами от злости, тут же сбавила тон. — Они направлялись в церковь.
— В церковь? Ты уверена?
— Да этот Райдер всем встречным и поперечным рассказывает, что едет венчаться с мисс Эмили.
— Ты должен их остановить! — Дороти схватила мужа за рукав, и Харпер машинально отметил, что пальцы ее похожи на когти стервятника, вцепившегося в добычу.
— Поздно.
— Ты должен попытаться, черт бы тебя побрал! Нельзя допустить, чтобы она и в самом деле обвенчалась с этим негодяем! Подумай, что мы тогда скажем Томасу?
Харпер вспомнил о тяжелом положении, в котором оказался. Разумеется, он обязан сделать все возможное, чтобы остановить венчание. И все же в глубине души он искренне надеялся, что опоздает. Выходя из дома, Харпер вдруг почувствовал, что мысль о грозившей ему перспективе разорения уже не пугает его так, как раньше.
Войдя в маленькую церковь, Эмили вдруг оробела. Ее так и подмывало выскочить на улицу и броситься наутек, но она вспомнила о будущем ребенке, которому нужен был отец, и робость ее как рукой сняло.
Она застенчиво улыбнулась вышедшему им навстречу молодому священнику.
— Вы, вероятно, сестра мистера Харпера Брокингера? — обратился он к Эмили. — Ну конечно, чего же я спрашиваю — не может же в таком маленьком городе быть две Эмили Брокингер! Прямо не знаю, что и делать. Мистер Брокингер недавно был здесь и сказал, что собирается выдать вас замуж за Томаса Чилтона. Он просил подготовить все к венчанию, которое состоится завтра.
— Завтра? — в ужасе прошептала Эмили. Теперь она понимала, как ей повезло с этим побегом.
— Никакого завтра! Она выходит за меня сегодня же! — решительно заявил Клауд. — Чего вы ждете? Открывайте свою книгу и приступим.
— Но все это так неожиданно… — запинаясь, пробормотал служитель церкви. — Полагаю, мне следует сначала переговорить с мистером Брокингером.
Молодой священник боялся оскорбить таких именитых горожан, как Брокингер и Чилтон. Он очень дорожил своей должностью и не хотел ею рисковать из-за прихоти незнакомого ему человека.
— Я приехал сюда жениться и не выйду отсюда, пока вы, черт побери, нас не обвенчаете! — Клауд схватил щупленького священника за ворот сутаны и, легко оторвав от пола, приблизил к нему свое пышущее гневом лицо.
— Сейчас же поставь его! — испуганно прошептала Эмили. — Ты что, с ума сошел? Это же священник!
— Вот именно. Священник обязан венчать людей, а не вставлять им палки в колеса. — Хорошенько тряхнув свою жертву, Клауд опустил перепуганного молодого человека на пол. — Не думаю, что вы бы стали спрашивать позволения Брокингера, если бы нас потребовалось похоронить.
— Может, нам поискать другого священника? — предложила Эмили.
— Тогда нам пришлось бы ехать несколько дней до соседнего города, а я не могу подвергать тебя такому риску.
— Но ты и не можешь заставить этого беднягу обвенчать нас!
— Еще как могу! Если он сейчас же не раскроет свою книгу и не начнет читать, я его попросту придушу.
— Клауд! — простонала Эмили. — Может быть, нам лучше подождать?
— Подождать? Вот уж нет! Пока мы будем ждать, этот негодяй Чилтон приберет к рукам и тебя, и моего ребенка!
— Ребенка? — Священник изумленно посмотрел на Эмили, а затем перевел взгляд на ее жениха.
Эмили потупилась.
— Неужели было так уж необходимо всем об этом сообщать?
— Они все равно скоро узнают. И потом, кому какое до этого дело? Мы ведь все равно скоро будем женаты. — Он осмотрел оробевшего служителя церкви с головы до ног не допускающим возражения взглядом. — Я прав?
— Так, значит, у вас будет ребенок? — тихо повторил священник.
Однако не упоминание о ребенке заставило его изменить решение. Было в стоявшей перед ним паре нечто такое, что ясно давало понять: если он их не обвенчает, эта молодая женщина все равно ни за что по доброй воле не вернется к брату, да воинственный спутник ее и не отпустит. И тогда может пролиться кровь…
— Это меняет дело. — Священник взял Библию и раскрыл ее. — Разумеется, я вас обвенчаю.
— Прошу вас, святой отец, приступайте поскорее. Мы и так уже задержались, а мне бы хотелось все закончить, прежде чем сюда кое-кто нагрянет.
— Тебе бы не пришлось так волноваться, если бы ты не сообщал по дороге каждому встречному и поперечному, что едешь жениться, — недовольно проговорила Эмили. — Мог бы поберечь свое горло и просто написать на дверце коляски эту потрясающую новость, чтобы все желающие могли ее прочесть.
— В нашем городе не все умеют читать. — Клауд озорно глянул на Эмили и повернулся к священнику: — Не забудьте упомянуть то место, где говорится, что жена должна во всем повиноваться мужу.
Тут Эмили не сдержалась и пнула своего нареченного в ногу. Венчание постепенно превращалось в фарс, и ей стало грустно. Она опасалась, что вся их совместная жизнь с Клаудом тоже прекратится в нечто подобное. Клауд обхватил ее рукой за плечи, но настроение Эмили ничуть не улучшилось. Похоже, он просто не воспринимал все происходящее всерьез.
На самом деле Клауд Райдер относился к шагу, который собирался предпринять, более чем серьезно. Через несколько минут Эмили будет принадлежать ему, и никто не сможет ее у него отнять.
Видя, с какой нежностью Клауд смотрит на Эмили, молоденький священник понял, что он не ошибся. Этот человек, вне всякого сомнения, не собирается никому уступать Эмили Брокингер и расправится с каждым, кто посмеет встать на его пути. А венчание все же гораздо лучше похорон.
Однако Эмили все еще не могла до конца поверить, что она и в самом деле выходит замуж за Клауда. Больше всего ее угнетало подозрение, что Клауд женится на ней без любви.
— Если кому-нибудь из присутствующих известна причина, по которой я не вправе обвенчать этих молодых людей, — нараспев произнес священник, — прошу довести ее до моего сведения сейчас или никогда.
Глава 16
— Стойте! Мне известна такая причина.
