Аида и Персефону.
Ему стало интересно, что же задумал для них Царь Небес.
Черт. Он посмотрел на Ариадну – она вся была в крови, исцарапана, на груди большая рана.
– Я отведу ее, – сказал он. – Но сначала ее нужно вылечить. Не хочу слышать, как Дионис волнуется.
– Хочешь сказать, прямо как ты за меня? – спросила Персефона, приподняв бровь.
Он чувствовал ее неодобрение. Он определенно выслушает от нее обвинительную речь, когда вернется. Вот только ему было все равно, при условии, что они останутся одни.
Персефона отвернулась от него и положила руки на плечи Ариадны. Она была новичком в целительстве, и он не знал, исцеляла ли она еще кого-то, кроме себя, поэтому ему было любопытно понаблюдать за ней сейчас. Когда ее магия вспыхнула, это было похоже на теплые лучи весеннего солнца, и под этим светом он отпустил свой гнев и напряжение, от которого совсем недавно сжимались его мышцы и усиливалось разочарование. Ариадна, казалось, тоже расслабилась, когда сила Персефоны начала действовать, исцеляя глубокую рану на ее груди, царапины на руках и синяки, ушибы и порезы, которые она получила в лабиринте.
Когда Персефона закончила, она опустила руки и встретилась взглядом с детективом.
– Спасибо, что провела меня по лабиринту, – сказала она. – Я бы не справилась в одиночку.
Ариадна улыбнулась ей.
– Ты бы справилась, – сказала она, мрачно глядя на Аида, а потом добавила: – Иногда любовь заставляет нас совершать невероятные поступки.
Это был первый раз, когда Аид был согласен со словами смертной. Он подошел к Персефоне и был рад, что она в ответ повернулась к нему. Он обхватил ее лицо руками, запустив пальцы ей в волосы.
– Я ненадолго, – сказал он и поцеловал ее крепко и страстно. Его сердце бешено заколотилось, когда она откликнулась, впиваясь пальцами в его кожу. Это прозвучало драматично, но он не хотел отпускать ее, даже всего на несколько минут.
Отходя, внизу живота он почувствовал горячее возбуждение и подумал о том, чтобы перенести Ариадну без сопровождения, но знал, что Персефона этого не одобрит. Кроме того, это, вероятно, было не самым безопасным решением, особенно после их побега из лабиринта.
И еще, по-видимому, спасения Федры.
– Подожди меня здесь, – сказал Аид.
Не хотелось искать Персефону, когда он вернется. Аид отступил, удерживая ее взгляд, повернулся к Ариадне и потянулся к ней своей магией. Одновременно он поискал Диониса и нашел его в покоях в «Вакхии».
Аид не задумывался о том, что он увидит, когда они прибудут, но уж точно не предполагал застать Диониса вырубившимся в кресле в образе какого-то седого старика, одетого как врач, – хотя это было именно то, что они обнаружили.
Ариадна нахмурилась.
– Ты уверен, что привел нас в нужное место? – спросила она, оглядываясь по сторонам, но это определенно было то самое место и это определенно был тот самый бог.
Аид пнул Диониса по ноге, и тот, вздрогнув, проснулся.
– Что? – рявкнул он, выпрямляясь в кресле и свирепо глядя на Аида, но его гнев быстро сменился смесью предвкушения и страха. Он схватился за подлокотники кресла и встал, снимая медицинскую шапочку с волос. Казалось, он не осознавал, что выглядит не совсем так, как обычно. – Где Ариадна?
– Она здесь, – ответил Аид, отступая в сторону, чтобы бог виноградной лозы увидел свою возлюбленную смертную.
– Ари, – выдохнул Дионис, делая шаг к ней, но ее глаза расширились, и она отступила.
– Что здесь происходит? – спросила Ариадна, переводя взгляд с Диониса на Аида.
На мгновение Дионис растерялся, а затем оглядел себя.
– О, черт, – сказал он, принимая свой истинный облик.
У Ариадны отвисла челюсть.
– Ты не знала? – спросил Аид. – Твой парень – оборотень.
– Извини. – Дионис смущенно потер затылок. – Это был долгий день.
– Где моя сестра? – спросила Ариадна.
Губы Диониса сжались. Аид догадался, что Дионис надеялся, что их встреча пройдет совсем не так.
– Я забрал ее к себе домой, – сказал Дионис. – Я подумал, что так будет лучше для нее и ребенка.
– Ребенка? – воскликнула Ариадна.
– Ребенка? – повторил Аид.
– Какого еще ребенка? – спросила Ариадна.
– Твоя сестра беременна, – ответил Дионис. – Была беременна. Она родила сегодня.
Ариадна уставилась на него, приоткрыв рот. Дионису, должно быть, не понравилось всеобщее молчание, и он продолжил:
– Поздравляю. Сегодня ты стала тетей.
– Ты забрал жену Тесея и его ребенка? – уточнил Аид.
Черт, это было нехорошо.
– Я не знал, что у нее будет ребенок, пока не стало слишком поздно, – сказал Дионис.
– Она рожала у тебя дома? – спросил Аид.
– Нет…
– Значит, было еще не слишком поздно! – взревел Аид.
– Не кричи на него! – Ариадна встала между ним и Дионисом. – Он сделал это ради меня!
Взгляд Аида упал на нее, и то, что она увидела, заставило ее отступить на шаг.
– Ты думаешь, я этого не знаю? – Аид вскипел. – Думаешь, я не знаю, что все, что ты когда-либо делала, было ради твоей личной выгоды?
– Осторожно, Аид, – предупредил Дионис.
– Тесей придет за своей женой, за своим ребенком и за тобой, и хотя ты будешь страдать, это будет ничто по сравнению с участью тех, кто приютил тебя. – Пока он говорил, в комнате царила темнота, но его взгляд не отрывался от потрясенного лица Ариадны. – Ты думала, что знаешь, что такое боль? Ты думала, что знаешь, что такое чувство вины? Тебе предстоит познать муки жизни, когда на твоих руках кровь невинных людей. – Аид выпрямился и посмотрел на Диониса, глаза которого потемнели от ярости.
– Тебе лучше надеяться, что я ошибаюсь, – сказал он, прежде чем исчезнуть.
Глава XVIII. Тесей
Тесей собрал волосы Хелен в кулак, когда она опустилась на колени на плюшевый ковер гостиничного номера. Даже с этого ракурса он едва видел ее губы на своем члене, настолько он был поглощен своим гневом из-за того, что произошло в лабиринте.
Он наблюдал за Ариадной и богиней весны с того самого момента, как они прибыли на остров Кносс и спустились в его темную тюрьму. Он слышал каждый разговор, каждый крик и вопль отчаяния. Он был свидетелем того, как их самые заветные желания воплощались в жизнь, когда магия лабиринта укоренялась в их сознании, хотя ни одно желание его не удивило.
Персефона хотела стать личностью.
Ариадна хотела иметь семью.
Тесей хотел лишить этого их обеих – и он это сделает. Это был всего лишь вопрос времени. Чего они обе не понимали, так это того, что победить его было невозможно. Он исполнил пророчество офиотавра. Ему было суждено свергнуть богов, и когда он добьется успеха, они заплатят за свою дерзость, и больше всех заплатит Ариадна.
Ариадна предала его, и за это она будет страдать.
Его член стал еще тверже при мысли о том, что он сделает с ней, как будет мучить ее, и он начнет с того, что накажет ее порочный рот.
Давление на его член изменилось, становясь все сильнее, и когда он опустил взгляд, Ариадна стояла
