власть всегда от Бога
Сто лет назад Империя почти развалилась, навязанная англосаксами за германские деньги замятня в стране, принесла кровь, боль, разруху и чуть более десяти миллионов смертей.
Старик тяжело вздохнул, вспомнив страшную ночь восемнадцатого года. В ту ночь, папенька узнал, что от его имени подписан манифест об отречении, а на следующий день, случился унизительный арест. Бегающие глаза генерала Рузского, странно, больше ста лет прошло, а он помнит каждую мелкую деталь. Помнит строй казаков, с которыми прощался папенька, секущий ветер вперемешку со снегом, плачущего полковника, мать с осунувшимся, в один миг постаревшим лицом.
Маменька. Каким чудом она смогла через год спасти своих детей, для него, это навсегда осталось загадкой.
Скорее всего своей силой, папеньке силы от родителей не досталось, а вот маменьке, принцессе Виктории, дочери короля Англии, досталась.
Да у неё была сила, она была сильной ведающей. Империя за этот брак отдала англичанам Аляску.
Родственнички, чтоб им пусто было. Он знал, что маменька смогла передать письмо деду и получила отказ в спасении семьи, тогда маленький Гоша подслушал разговор родителей, оставивший на детском сердце незаживающую рану, сначала от обиды. Потом уже, повзрослев он стал ненавидеть этих чванливых снобов, готовых за ради своих интересов предать всех и вся.
Ночное прощание с родителями. Слёзы маменьки и четверо казаков, которые вывезли маленького мальчика Гошу восьми лет отроду, его младшего брата Мишку и двух старших сестёр, близняшек Машу и Дашу из страшного города Екатеринбурга.
Императрица Екатерина, великая и могущественная. Зачем спрашивается было отменять дворянскую повинность служить своему Императору. Пятидесяти лет не прошло как Дворянские Рода стали вырождаться, из служивого сословия превращаясь в сибаритов и откровенный балласт, кровь стала терять силу, ибо в ней не стало надобности.
К революции восемнадцатого большая часть дворянского сословия превратилась в никчёмышей, прогуливающих свои родовые земли. Пустые сытые рожи с пустыми душами.
Император снова вспомнил бегающие глаза Рузского.
Генерал-адъютант, командующий северным фронтом. Тогда враг опрокинул фронт, а командующий царя свергал Безумное время, безумные люди.
Господь наказал прощать, а вот он грешен, не может простить…
Георгий Николаевич, налил чай в стакан, взял кусочек колотого сахара, зажав его между зубами, с громким звуком втянул в себя первый глоток чёрного чая.
Хорош, ай хорош. Сделав ещё пару глотков, отставил стакан и по второму кругу прогнал вчерашнюю встречу.
Правильно ли он поступил? Не рано ли?
Конечно аналитики сделали расчёт. А вот его старое сердце вещует об ошибке, значит не всё им известно, есть что-то ещё, что они упустили, какая неизвестная сила. Вчерашнее похищение юного князя, было принято в их расчётах. Правильно составленный гороскоп ещё ни разу не подвёл, но вот, что-то он упустил.
Вывезти Юрия из Империи Корё? Нет исключено. Расчёты показывают там он под защитой своей силы, именно там она способна раскрыться полностью. Последние события только подтверждают правильность этого решения.
Крепкий мальчишка. На его глазах ранили его невесту, а он мало того, что смог смертельно удивить боевика тамплиеров, так ещё и девушку спас.
Крепкий парень, и удачливый чего уж там. Пройти колдовским коридором, оказаться в ловушке блокираторе. Нет ну какой молодец. Ну кто бы мог додуматься спрыгнуть с парашютом с небоскрёба, так ещё и приземлился в самом защищённом месте Арабских эмиратов. Нет определённо в этом, есть Удача. Прямо книжный герой.
Император замер, держа стакан перед блестящим в свете солнца кристалликом сахара. Резко поставил стакан, на столешницу, не обращая внимания на выплеснувшийся напиток. Перьевая ручка, своим золотым пером стала наносить на бумагу стройные ряды букв.
Молодёжный сериал. Именно так, сейчас грамотно расставленные акценты, поданные опосредованно через средства массовой коммуникации. Правильно лишним не будет. Народ должен быть готов к встрече юного героя.
А ведь хорошо может получиться, Император Всероссийский энергично потёр ладони, так мы лет через двадцать и Аляску вернём.
Георгий Николаевич в очередной раз нахмурился, растеряв своё радужное настроение.
Аляска — англичане, англичане — Орден Тамплиеров, чтоб им всем пусто было.
Родственники, что б им пусто было. Империя над которой никогда не заходит солнце, смогла выйти после великой войны самой экономически устойчивой державой. Собрав все сливки от победы над врагом в мировую войну, наглы с двойным усердием стали совать свой длинный нос в дела империи, называя сие непотребство продвижением добра и демократии в оболваненный, имперской пропагандой, российский народ, все эти их НКО и заламывания рук.
Это какую наглость нужно было иметь, чтобы устроить бойню на улицах столицы, после чего утверждать, что это не они.
Да, теперь выкинут Тамплиеров из Кореи, и это хорошо. Много сектанты воли взяли, тоже мне протестанты. Тфу еретики поганые. Толерантность им подавай, любовь, свободу выражения и гендерное равенство. Намедни Нарышкин рассказывал о новом веянии Европы. Протестантские церкви стали венчать мужеложцев. Тфу
Император в раздражении бросил салфетку на разлитый чай.
Ну ни чего, главное в Россию эту заразу не допустить. А то понимаешь, свобода выражения… Богема, что б их. И на Соловки не сослать. Времена не те.
Ну ни чего, в императорской семье теперь есть ведающая, а глядишь через пару годочков и матерью станет. Быстренько всю мразь разгонит. Вот, кстати, тоже юного князя заслуга. Молодец, не чего сказать.
— Ваше величество? — около входя стоял подполковник. Выполняющий функцию его личного пресс-секретаря. Ваше приказание выполнено, через десять минут канал связи с шейхом. Вам аппарат сюда принести?
— Нет. Не зачем омрачать сие место излишними разговорами.
* * *
Маленькая, щупленькая девочка сидела возле больничной кровати. Гладя двумя руками запястье старшей сестры.
Юн Ми, с болью в сердце, смотрела на припухшее, из-за огромного синяка на оба глаза, лицо сестры. Когда-то очень красивая, теперь старшая сестра всю жизнь будет ходить с уродливым шрамом через весь лоб. Дядя Серёжа сказал, что ни чего страшного, полгода реабилитации и можно будет сделать пластическую операцию. «И будет лучше прежнего»: так и сказал, но полгода — это так долго, к свадьбе никак не успеть. И Юры нет.
Девочка не заметила, как из её глаз, прокладывая мокрые дорожки, потекли крупные слёзы.
— Онни как же нам
