– Ни слова, – отозвался Осима.
– Старый боров задумывается и говорит себе: «Ах, ах, сынки из Санта-Моники! Мне их все-таки жаль. Пока остальные раскапывают храм Солнца, этим приходится ковыряться в мусорных кучах коптов. Не слишком ли это? А что, собственно, можно поделать? Я не могу и им сделать храм Солнца, хорошо еще, если Соединенные Штаты хоть два получат. И все же мне их жаль. Так как же быть? Гоп! Есть! А подброшу-ка я им еще чуток деньжат! По крайней мере, заткну им рты, чтобы не плакались на весь белый свет, что, мол, председатель Ученого Совета украл у них храм Солнца. Сколько же им дать? Ну, сколько, господи? Ста тысяч, пожалуй, будет довольно».
Миддлтон скривил рот.
– А какого черта вы будете делать с этими деньгами, Никос? Откроете фабрику мороженого в пустыне или игорный дом для бедуинов?
– Ни то, ни другое. И, кстати, не позволю себя оскорблять. Итак, мы получаем деньги и разрешение на раскопки… Тогда мы состроим постные мины и примемся готовиться к раскопкам коптского городища, кладбища, храма или чего там еще.
– Только полюбуйтесь на него! – проворчал Йеттмар.
– Мы прибываем на раскопки коптских памятников и усердно принимаемся за работу. Ревизоров ни души, потому что какой дьявол заинтересуется нами, когда остальные спасают храмы Солнца, а мы ковыряемся в заброшенных кучах навоза?
– В этом что-то есть, – пробурчал Старик с подозрением.
– К тому же, и местные жители будут обходить нас дальней дорогой. Как вы думаете, кой черт станет подсчитывать, сколько нас там работает?
Йеттмар вдруг заулыбался.
– Никое, ах ты мошенник!
– А как же. Это у меня в крови! Значит, возле коптского мусорника мы преспокойно разделимся. Одна часть экспедиции остается на месте и добросовестно трудится. Если кто-то все же ненароком забредет туда, то увидит, что работа спорится.
Папа Малькольм в замешательстве принялся покусывать конец сигары.
– Если я правильно понял, то вторая половина…
– Вторая половина отправляется в туристическую поездку. В туристическую поездку, до которой никому нет дела.
Тут, наконец, дошло до Осимы и Миддлтона.
– К пирамидам?
– Куда ж еще? Прямо туда.
– Черт возьми! А неплохая идея! – заулыбался Миддлтон. – Но что если на нас обратят внимание?
– Вряд ли можно этого опасаться. В будущем году на Египет начнется нашествие исследователей. Их наедет столько, что они будут наступать друг другу на пятки. За две недели египтяне привыкнут к этой суматохе, и им будет на все начихать. Мы сможем делать все, что захотим.
– И все же мы окажемся слишком близко к столице, – тревожился папа Малькольм.
– Ничего страшного! – размахивал руками Карабинас. – В крайнем случае, слегка замаскируемся.
– Под американских военных, да? – захохотал Осима.
– Не обязательно. Но и не исключено. Тем не менее, я предлагаю лучше разбить над ямой довольно большую палатку: если днем будет много любопытных, мы сможем спокойно работать ночью. Ну что?
Мы смотрели на папу Малькольма, который все еще жевал свою сигару.
Старик, наконец, поднял глаза и посмотрел прямо на меня:
– Мистер Силади?
– Мне идея нравится, – сказал я. – Это, действительно, выход из тупика. И едва нам в голову придет что-нибудь лучше. По-моему, можно попытаться.
– Осима?
– Мне кажется, тоже.
– Миддлтон?
– О'кей.
– Йеттмар?
– Я за.
– Селия?
– А там не слишком жарко?
– Итак, единогласно, – проворчал Старик. – И все же я боюсь.
– Чего? – спросил Карабинас.
– Провала.
– То есть?
– Видите ли, Карабинас, я признаю, что идея ваша неплоха и, возможно, выполнима. Но все-таки здесь много риска.
– А именно?
– Мы можем попасться, когда будем копать усыпальницу. Вдруг кто-нибудь подойдет и спросит, что мы делаем. Что мы на это скажем? Что мы туристы? Копаемся в кустах, в нечистотах, оставленных тысячами местных жителей? Не думаю, что найдется хоть один здравомыслящий человек, которые нам поверит.
Карабинас хотел ответить, но я сделал ему знак молчать. Я посчитал, что настало время подключиться и положить конец колебаниям.
– Риск, конечно, нельзя отрицать. Но у нас есть время, чтобы все тысячу раз обдумать. И решить все вопросы. Вы говорите, раскопки усыпальницы. Что мы можем броситься в глаза властям. Ну что ж. Надо приготовиться и к такой возможности.
– Например?
– Я сказал, что у нас еще достаточно времени для этого. Ну, допустим, мы возьмем с собой машину с инструментами и попросим разрешения на измерения пирамид.
– Какого черта вы хотите там измерять?
– Что угодно. Все равно.
– Да их уже столько мерили-перемерили! Мы знаем их вес, высоту, кубатуру лучше, чем папочка своего новорожденного.
– Не беда. Тогда придумаем что-нибудь другое. Какую-нибудь чепуху.
– Это будет нетрудно, – буркнул Йеттмар.
– Сейчас в большой моде астрология. Займемся научной астрологией.
– Что за чертовщина!
– Подадим заявление, что, например, мы хотели бы измерить угол между пирамидой и некоторыми звездами из Плеяд и на основании этого вычислить таяние ледяного панциря Северного полюса, которое произошло за десять тысяч лет до новой эры и привело к гибели Атлантиды.
Малькольм даже отложил сигару:
– Но это же несусветная чушь!
– Конечно. Зато безобидная. Во всяком случае, для них. Кому вред от того, что несколько сумасшедших членов экспедиции занимаются глупостями. Они еще какое-то время пошатаются вокруг, на тот случай, если вдруг мы работаем на вражескую державу, но когда увидят, что мы тихие сумасшедшие, махнут на нас рукой.
– Такого бреда я еще не слышал! – весело сказал Йеттмар.
– Именно поэтому нам любой поверит. Старик глубоко вздохнул.
– Хорошо. Мистер Силади, разработайте подробный план. Даю вам на это две недели. После чего, если все будет в порядке, мы подадим заявку.
Ровно на секунду воцарилась тишина, а потом началось светопреставление. Мы схватились за руки и начали отплясывать посередине комнаты танец воинов.
И действительно, было отчего танцевать.
Когда мы устали и попадали в кресла, папа Малькольм, который до сих пор весело смеялся, снова посерьезнел и задумчиво почесал в затылке.
– И все-таки есть одно, что мне не очень нравится.
– А именно? – спросил я.
– Что будет с находками?
У нас сразу пропала охота смеяться.
– Ведь что произойдет, когда мы что-нибудь найдем? Скажем, найдем захороненную пирамиду?
– Тогда ничего, – сказал я. – Все будет чисто. Объясним египетским властям, что мы наткнулись на нее случайно.
– Вы думаете, они поверят?
– А это их не будет интересовать. Главное, что появилась еще одна пирамида.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
