какие эмоции меня накрывают! Облегчение, счастье, радость, и слезы…. Все вперемежку!
— У вас здоровенький мальчик! Поздравляю! — громко оглашает комнату Матильда, которая первой сумела рассмотреть малыша. Клара и горничная все еще возятся со мной. Слышу тихий писк моего малыша и не могу сдержать эмоций.
Плачу, повиснув на своих помощницах.
— Умница! Все хорошо! — Клара по-дружески гладит меня по голове. — У вас все получилось!
— Спасибо, спасибо вам огромное! — благодарю женщин от всего сердца.
За окном раздаются голоса и цокот копыт.
— Граф вернулся! — докладывают мне, и слезы вмиг высыхают.
— Помогите мне, быстренько!
Меня обмывают в четыре руки, обряжают в нарядную рубашку. И я укладываюсь в кровать. Ноги едва слушаются. Наверное, кости разошлись.
Мне тут же вручают уже чистого сыночка, и споро убирают все следы родов. Будто и не было ничего!
Маленький ищет грудь, и смешно морщит носик-пуговку. Требовательный стук в дверь отрывает меня от созерцания чудесной крохи.
— Наш папочка пожаловал, — шепчу сыночку и киваю женщинам, чтобы впустили графа.
На пороге показывается он. Граф Джеймс Коул. Встревоженный и прекрасный! Со смехом машу ему рукой. Он делает шаг, другой…. Такой растерянный и взволнованный, будто боится верить в происходящее. Подходит к кровати и опускается на колени.
— Это наш сын? — спрашивает почему-то шепотом.
— Да! — киваю с улыбкой.
— Он такой крохотный! Светлый бог! — прикладывает руку к груди, будто хочет успокоить сердце. И я слышу, как сильно оно бьется в данный момент.
— Нужно дать ему имя, — напоминаю мужу. — Как на счет Уильяма?
— Граф Уильям Коул, — тянет Джеймс. — А мне нравится!
— Я не помешаю? — приоткрывается дверь и к нам заглядывает нянюшка.
— Розалинда! — восклицаю. — Иди скорее к нам. Хочу тебе представить юного графа — Уильяма.
— Боже правый! Какой славный малыш! — нянюшка смахивает слезы и целует меня в лоб. — Поздравляю, леди Изольда! Вы стали мамой. А вы, лорд Джеймс — отцом! Ах, ну что же за чудесный день сегодня!
— Мы торопились, как могли, но ты справилась со всем сама, — Джеймс ласково проводит рукой по моим волосам. — Я так боялся, что с тобой что-то случится, как с моей матерью.
— О, Джеймс! — слезы наворачиваются на глаза.
Так вот почему он был так напуган! И ведь ничего не сказал мне раньше, чтобы не пугать еще больше. И как я могла забыть о печальной истории его рождения?
— Кажется, ваш сыночек хочет есть, — прерывает слезопоток Розалинда. — Вы уже нашли кормилицу?
— Она не нужна нам, — категорично заявляю. — Я уверена, что у меня будет много молока. Грудь так налилась!
Джеймс бросает быстрый плотоядный взгляд в мое декольте, и встает на ноги.
— Оставлю вас ненадолго, дамы! Нужно объявить всем, что отныне у этого дома есть наследник!
Граф уходит, а я прикладываю сына к груди.
Кто бы знал, что моя история так повернется! Любимый муж рядом, родился сыночек. А еще, я обзавелась настоящими друзьями и верными соратниками.
— Не так уж и плохо жить в доме с призраками? — подмигиваю Розалинде.
Нянюшка смеется в ответ:
— Как хорошо, что вы такая смелая, леди Изольда! Как вспомню нашу первую ночь здесь — так и вздрогну!
— Любовь побеждает все! Даже проклятия. Даже самые страшные.
— Лучше и не скажешь, — кивает Розалинда.
ЭПИЛОГ
Пять лет спустя
Я прогуливалась между торговыми рядами, подыскивая подарок для Уильяма. Канун Нового года, и мой любознательный ребенок попросил подарить ему книжку с картинками. А еще хотел деревянную лошадку-качалку, саблю, чтобы была как настоящая, и самый вкусный в мире пряник.
Сладости ему пообещала испечь Клара, которая отрывалась по полной на кухне, балуя маленького графа сверх меры. Иногда даже приходилось вмешиваться, и прятать сдобные радости.
Саблю пообещал подарить Джеймс. И отправился за ней, ни много ни мало — в столицу. Поэтому мне оставалось найти книжку, которую сын еще не читал и ту самую лошадку.
И вот, когда я уже нацелилась завернуть в книжную лавку, за рукав кто-то дернул.
— Леди, у вас монетки не найдется?
Передо мной стояла девочка пяти-шести лет на вид. Мое материнское сердце сразу дрогнуло при виде малышки. На улице зима, а на ней — прохудившиеся ботиночки, замусоленный тулуп. И сама малышка выглядела грязной, неопрятной. Тонкое остренькое личико утопает в большом шерстяном платке, который ей не по размеру.
— Найдется, — киваю ей и вкладываю в холодную ладошку целый золотой. Глаза ребенка округляются.
— Золотой? Настоящий? — переспрашивает.
— Настоящий, — киваю ей. Малышка спешно благодарит и хочет убежать. — Постой!
Ловлю за руку. Девочка пугается.
— Не бойся, деньги обратно не попрошу. Как тебя зовут, малышка?
Сержусь на себя и мужа. Как мы проворонили сиротку в подшефном нам городе? Ну как же так? Почему девочка побирается?
— Лизетта, — отвечает голубоглазая кроха и у меня все обрывается внутри. Это не может быть простым совпадением.
— А где твоя мама, милая? — стараюсь говорить мягко, чтобы не напугать ребенка еще больше.
— А мама…, - она вздыхает совсем по-взрослому. — Мама ушла, и я не знаю, где она.
— Понятно, — мрачнею еще больше. Предстоит серьезный разговор с Джеймсом. Он говорил, что все под контролем. Но девочка уже на улице. Одна!!
— А у тебя есть кто-то из родных? Дедушка? Няня? Где ты живешь?
Лизетта явно не хочет отвечать, и я присаживаюсь на корточки, опустившись до ее уровня, заглядываю в глаза.
— Когда-то очень давно я была знакома с твоей мамой. И даже была на твоем первом дне рождения. Представляешь? Меня, кстати, зовут Изольда, — пожимаю ее ручку.
Лизетта вроде бы смотрит уже не так настороженно и не предпринимает попыток сбежать.
— Ты кушать хочешь? Я знаю одно место, где подают восхитительные булочки. Составишь мне компанию? Там и поболтаем.
Она раздумывает несколько секунд, а потом кивает.
Я беру ребенка за руку и поворачиваюсь к сопровождающему меня слуге:
— Мы будем в кофейне. Купите все по списку, — отдаю список покупок.
Заходим в кофейню, а тут такие ароматы, что даже у меня в животе голодно отзывается. Что уж говорить про девочку! Лизетта замирает у самого порога, поедая глазами разложенные на прилавке плюшки и пироги.
Заказываю всего понемногу, и мы устраиваемся за крохотным столиком. Лизетта вскидывает на меня серьезный взгляд:
— Спасибо вам, леди. Приятного аппетита!
— Кушай на здоровье, детка!
Старательно прячу слезы, когда вижу, как малышка набрасывается на булку. Боже, она голодная, и совсем одна!
Жду, пока Лизетта наестся, и только после этого перехожу к расспросам.
— Можешь рассказать, что случилось?
Она кивает.
— Дедушкин дом забрали за долги. Мама хотела платья, и украшения,
