весь хабар у напарников остался? — мужик говорил благодушно, угрозы не чувствовалось, но это пока. Не воспринимал за серьезного противника, вот и позволил себе расслабиться.
Правильно, чего уж там. Кого он видит перед собой? Подростка, мальчишку, невеликой комплекции. Небось думает, что был на подхвате у взрослых подельников.
— Ну, чего молчишь? Я же с тобой по-доброму, — голос принялся наливаться строгостью.
Поняв, что еще немного и вполне возможно последует физическая стимуляция говорить, я облизал пересохшие губы.
— Мешки на поляне остались, — признался я, нисколько не покривив душой. — В них все, что собрали внутри.
А чего еще прикажете делать? Молчать, как партизан на допросе? Так мы не в белорусских лесах и допрос ведет не гестапо.
— Все? — недоверчиво переспросил мужик.
Стараясь быть, как можно более убедительным, я твердо сказал:
— Все. Ничего не успел забрать. Вы, как стрелять начали, одна мысль — шкуру спасти. Не до хабара уже.
Послышался приглушенный смех.
— Понимаю. Когда на кону своя жизнь, все прочее становиться неважным. Зачем золото мертвецу. Верно?
— Ага, — я шмыгнул носом.
Сейчас главное не насторожить этого хмыря, почует неладное, сразу пальнет. Фигуру хотя и плохо видно из-за скудного освещения, угадать арбалет в руках на составило особого труда. Очень уж характерные очертания, не спутаешь с мечом или топором.
Пусть и дальше видит перед собой испуганного молокососа, чудом избежавшего смерти. Тем более, что особо притворяться не надо. Поджилки до сих пор тряслись от пережитого.
— Ладно, малец, вставай. Повезло тебе сегодня, почитай второй день рождения. Не будь вокруг так темно, мы бы и твоих приятелей взяли живыми, да больно уж ельник густой и темный.
Ага, значит боялись, что сбежим, потому и стреляли сразу, без всяких «стой, кто идет», «руки вверх» и другой подобной ерунды, не принятой в средневековые времена.
Я осторожно оперся кулаками в сырую землю, чувствуя, как под руками продавливается влажная почва.
В следующий миг ночь стала днем. Мгновенно.
Что-то оглушительно грохнуло, засверкало, по воздуху пронесся вой и скрипучий треск ломаемых деревьев. Тьму пронзили серебристые вспышки. Где-то высоко пролетели яркие искры. Сумрачный лес вдруг наполнился светом.
Я бросился обратно на землю, прикрывая голову руками. Арбалетчик не последовал моему примеру и тут же поплатился за беспечность. Невесть откуда прилетевшая молния прожгла тело насквозь, оставив в железном нагруднике дыру размером с кулак.
Припоминая все известные ругательства, я пополз, загребая руками и ногами, стараясь особо не подниматься.
Вокруг творилась сущее светопреставление. Что-то гремело, ухало, раздавались хлопки, подозрительно похожие на взрывы. Столетние ели, казавшиеся еще совсем недавно могучими и несокрушимыми вырывало с корнем и подбрасывало в воздух, как пушинки. Стволы, толщиной в талию упитанного человека, перерубало на манер ломких тростинок.
Ошалевший, ничего не понимающий, я полз вперед. Сверху сыпалась хвоя, воняло озоном и почему-то горелой резиной.
И что самое паршивое — шум не утихал, а имел тенденцию лишь к нарастанию. Скоро я понял, что приближаюсь к источнику разрушительной силы. Разумеется, недолго думая, тут же сменил маршрут забирая круто вправо.
Только через несколько секунд сообразил, что в бушующем урагане, как будто угадывались две противостоящие друг другу силы. Одна исходила белым серебром, а другая несла в себе смазанную палитру разных цветов.
Что за дерьмо там происходит?
Разгадка возникла в образе озарения. Да это же схватились два мага! Вот что это такое!
Черт! Только этого не хватало для полного счастья. Неужели тоже искали Блуждающую башню? Тогда при чем тут арбалетчики?
Грохот позади не утихал, зато впереди послышались новые звуки. Лязг металла, потоки ругательств, исторгнутые из хриплых глоток дерущихся воинов. Треск столкнувшихся мечей. И вызывающий с последнего времени омерзение свист летящих арбалетных болтов.
Ну снова-здорова. Теперь я похоже набрел на целое сражение. Две группы солдат, одни в начищенных стальных кирасах, вторые в пластинчатых темных доспехах с упоением рубили друг друга.
А наверху то и дело полыхали зарницы применяемой магии, освещая густой ельник на хуже мощных прожекторов.
Дурдом, не лес, а проходной двор какой-то.
Я на карачках свернул еще раз, огибая толпу психов, не нашедших места получше для драки, чем отдаленную чащобу.
Вывалился во тьму и с удовольствием перевел дух. Фух, кажется выбрался.
И сразу опровергая оптимистичную мысль передо мной вырастает фигура. Твою мать! Еще один арбалетчик. Только стреляющая бандура на этот раз закинута за спину, а руки крепко сжимают щит и меч.
Он даже не попытался заговорить. Молча рубанул наотмашь слева направо, явно нацелившись развалить мою тушку с одного удара.
В последний миг я успел уклониться, подпрыгнул, оттолкнулся от края широкого щита, пальцы почувствовали теплое дерево и жесткую кожу, и перепрыгнул через растерявшегося солдата.
Черт его знает, каким образом мне это удалось сделать, да еще так ловко, но вышло просто отлично. Воин раззявил пасть от проявленной прыти практически мертвой жертвы (уже небось видел, как тело противника распадается надвое) и замешкался с очередным выпадом. Заминка дала мне время избежать нового удара.
Сам не ожидал от себя такого. Раз-два, прыжок, уворот и позади остается растерявшийся латник.
Не думал, просто делал, благо комплекция Эри легко позволяла осуществлять подобные трюки. Пацан обладал малым весом и завидной подвижностью.
Вокруг снова сгустилась тьма. Где-то далеко позади не прекращало греметь. Раскатистые басы то и дело проносились по лесу. В небеса взлетали столбы ослепительного белого света и жемчужного сияния.
Понятия не имею, кто с кем там сцепился, но дрались похоже серьезнее некуда. Того и гляди весь ельник выжгут к чертовой матери.
Ну их нафиг, надо срочно делать ноги, про боевую магию хорошо читать в книжках перед горящим камином, попивая глинтвейн, но уж никак не находясь где-то неподалеку. Зашибут — не заметят. Вон, как вдали полыхает, словно маленькое солнце зажгли.
Полная жесть. Ничуть не хуже какого-нибудь технологического оружия. Ходячие бомбы, блин. Повезло, что успел уйти далеко.
Стоп, а собственно, куда я иду?
Поняв, что уже пять минут топаю не разбирая дороги, стараясь держаться так, чтобы нестерпимое свечение всегда оставалось за спиной, резко остановился.
Так не пойдет, надо выбрать направление, иначе заблужусь нафиг.
Стоило об этом подумать, как пришло понимание, что, собственно говоря, это уже свершилось. Я не представлял, где нахожусь и куда вообще надо идти. Ясно одно возвращаться нежелательно, однако и тыкаться наугад не дело. Нужен план. Хотя бы примерный.
Проблема в том, что чем дальше я отдалялся от места схватки, тем меньше вокруг становилось света. Темнота обступала, заключая в неприветливые объятия, чаще хлестали по лицу иголки и громче хрустела под ногами засохшая хвоя.
Отлично, снова на повестке дня встает извечный русский вопрос: что делать? Кто виноват и так понятно. Сам дурак, сидел бы сейчас в харчевне, да жрал в три горла свежеприготовленное жаркое.
