Михаил пересек гостиную плавным, скользящим шагов, переместился в небольшой коридор, который проходил мимо большого обеденного зала, кухни и, в конце концов, упирался в холл прихожей. Своим обострившимся чутьем Кондратьев знал, что там его кто-то ждет, поэтому оттягивать встречу с противниками не стал. На его стороне были все преимущества, включая неслабую огневую мощь, отточенные до небывалых величин боевые навыки и фантастическую реакцию. Именно она давала решающее преимущество в скоротечных схватках на столь коротких дистанциях.
Михаил двигался совершенно бесшумно. Несколько человек охраны взяли под наблюдение центральный вход. В принципе, эти парни были готовы к тому, чтобы отразить нападение любого стандартного противника, но их не учили, как следует противостоять суперсолдатам, чьи боевые кондиции на порядок превосходили общепринятые. Кондратьев атаковал неожиданно, ударив во фланг группе из пяти человек. Пространство холла мигом наполнилось треском бесшумного автомата, и когда магазин "Вала" удалось опорожнить на две трети, в живых у парадной лестницы остался только суперсолдат.
Кондратьев деловито осмотрел трупы, не нашел на них ничего приметного, и принялся подниматься наверх. Он мельком разглядывал охотничьи трофеи Петра Григорьева, коллекцию средневекового оружия, картины, которые присутствовали в особняке Суворов в достаточном числе, и думал над тем, как переменчива судьба и сколь гнилостен может оказаться человек, даже тот, которому стараешься доверять. Генерал всегда держал их на коротком поводке, прикидываясь этаким старичком-боровичком, отцом командиром, радеющим за судьбы простых солдат. Наделе же, он использовал своих людей точно так же, как садовник использовал свой инвентарь, и когда пришла пора избавиться от инструментов, генерал незамедлительно это сделал.
Поправочка - попытался сделать. Ни Кондратьев, ни Мезенцев, да и Долматов тоже, не желали быть просто инструментами. Они всегда стремились к чему-то большему, даже если и не осознавали этого до конца.
Внизу послышался шум. Михаил опустился на одно колено. Ствол "Вала" готов был выплюнуть смертоносную дозу свинца в любой момент.
- Это я, не шуми, - пробурчал Удав, ловко взбежав по лестнице.
- Ты чего так долго?- шепотом спросил его Кондратьев.
- Задержать пытались, - ответил Макс, - пришлось преподать парням урок.
Михаил наморщил лоб.
- И как... все прошло?
Удав отстраненно махнул рукой.
- Долго думал, оставлять ли их в живых или прикончить.
Кондратьев сокрушено вздохнул.
-Тебе пора избавляться от своего нутра мясника.
- Как только так сразу, - усмехнулся Макс.
Михаил только покачал головой. Он не вправе был осуждать Удава. Он надеялся что со временем, Макс сможет смотреть на мир глазами, в которых добро хотя бы частично победит зло.
До третьего этажа добрались без происшествий. Похоже, охрана сосредоточилась на участке вокруг усадьбы и на первом ее этаже. Возможно некоторые бойцы залегли в подвальных помещениях великолепной дачи генерала, но наверху, там, где для диверсантов находилось все самое интересное, никого не было.
- Путь свободен? - неуверенно произнес Макс.
Похоже его что-то беспокоило, но он не хотел об этом говорить.
Кондратьев взглянул на дверь с резными золотыми ручками. За ней располагался рабочий кабинет генерала Суворова. Неужели их так просто пустят внутрь? Неужели их план сработал настолько здорово?
По спине Михаила пробежал легкий холодок. Сейчас, находясь в нескольких шагах от желанной цели, он вдруг ощутил слабый голос своей интуиции, которая подсказывала ему, что ситуация вокруг складывалась далеко не так радужно и однозначно. Чего-то он не учел, и это ужасно нервировало.
Будь у него больше времени на обдумывание своих ощущений, Кондратьев, скорее всего, повернул бы назад. Он был битым волком, тертым калачом, привыкшим доверять своим ощущениям, но сейчас... сейчас он решил рискнуть многим, если не всем. Игра велась по-крупному, и он поставил действительно серьезно.
Михаил сделал несколько шагов по направлению к заветной двери. Остановился, прислушиваясь. Сейчас он походил на хищника во время охоты, который точно знал, что его жертва находится где-то рядом.
Четыре метра до двери с золотыми резными ручками, три, два. Кондратьев затаил дыхание, протянул вперед руку, касаясь пальцами прохладной поверхности металла. Небольшое усилие, и ручка пошла вниз. Еще секунда, и дверь в покои генерала Суворова будет открыта.
В голове возник непонятный шум, словно помехи внутри радиоприемника. Михаил застыл на месте, часто-часто заморгал, стараясь избавиться от так не к стати выступившей слезы. Шум резко прекратился. Михаил повернул ручку двери на девяносто градусов вниз.
В голове раздался самый настоящий выстрел. Михаил инстинктивно пригнулся, упав сразу на оба колена. Рука сама собой толкнула дверь вперед. В ушах раздался далекий, но такой знакомый голос Григория Мезенцева, а потом перед внутренним взором суперсолдата расцвел букет красочных картинок и звуков.
Михаил отдернул руку, однако дверь продолжала открываться сама по себе, по инерции.
Времени уже ни на что не оставалось.
- Макс, защиту живо...
Что произошло дальше, он уже не видел. В следующую секунду его словно бы ударили по голове чем-то тяжелым.
Сознание поглотила тьма.
Глава 10.
Нелегальное положение.
Надоедливый, противный свист, казалось, напрочь оккупировал голову, поселился в ней основательно и надолго. Он настолько осточертел, что человеку, валявшемуся в траве лицом вниз, пришлось-таки открыть глаза.
Одетый во что-то непонятное, мешкообразное, дымчато-серое с зелеными, бежевыми и коричневыми отливами, он, кряхтя и вяло матерясь, перевернулся на спину, прищурился от ударившего по глазам нестерпимого светового потока.
Через несколько секунд вялой возни в траве пришло понимание, что никто не пытается светить ему в лицо фонарем, просто его глаза отчего-то стали дико чувствительны к обычному дневному свету.
"Кто я? Где я?" - метались мысли в голове.
Мужчина, довольно молодой и симпатичный, попытался встать.
Что-то опустилось на его плечо, хлопнуло по нему пару раз.
- Живой?- раздалось где-то в стороне и, казалось, одновременно внутри головы.
Мужчина обернулся, сильно прищурился, пытаясь рассмотреть того, кто стоял рядом с ним.
Не сразу, но ему это удалось, и когда он увидел перед собой знакомую лысую фигуру, облаченную точно в такой же мешкообразный костюм, к человеку мгновенно вернулись все его воспоминания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
