Бана, но увы, он мне так и не достался.
Смысл процедуры был прост, мои энергоканалы за последнее время сильно расширились, и старые вставки работали уже не в полную силу. А значит, чтобы раскрыть весь их новый потенциал, требовалось переподключение. Когда я их ставил впервые, то и близко не находился рядом с уровнем Великого архимага. Теперь всё должно было стать гораздо веселее, по крайней мере, я на это надеялся.
Белмор с интересом наблюдал за тем, что я делаю. Он понимал, что я состоял из плоти и костей, но всё это было для него чуждо. Я, чтобы разрядить атмосферу, на ходу пояснил, что этими манипуляциями делаю себя сильнее и устойчивее. Правда, судя по его недовольному выражению, радости это ему не прибавило, что развеселило уже меня. Всё правильно, мой ледяной друг, чем сильнее я становлюсь, тем слабее становишься для меня ты.
Шейла, напротив, смотрела тревожно, губы её сжались в тонкую линию. Ей явно было неприятно видеть, как я вскрываю собственное тело ради сомнительных манипуляций. Она привыкла к иной магии, и что-либо объяснить было крайне трудно.
Тем временем, чтобы отвлечь их обоих, я рассказал, чем закончилась моя схватка с Лю Баном. Они, конечно, сразу заметили новые клинки, висящие у меня за плечами. А я вспомнил, что потерял двуручник в том злосчастном подвале, откуда с трудом выбрался живым. Не думаю, что он уцелел после того, что там произошло. Я пробил им все стены подряд. Возможно, именно он и спас мне жизнь в тот момент. Но искать его сейчас я точно не собирался.
— Ты не хочешь рассказать нам о девочке? — наконец нарушил тишину Белмор, которому явно наскучило наблюдать за моими однотипными и, как ему казалось, монотонными операциями с дарами. — Она ведь совсем не похожа на ваш вид. Кто она?
— Не знаю, — честно признался я, не скрывая усталости в голосе. — Она слопала все мои запасы энергии и теперь продолжает сосать остатки прямо из брони.
— Ты не думал от неё избавиться? — Шейла вскинула бровь, её голос прозвучал сухо и жёстко. — Она выглядит… крайне странной.
Я усмехнулся. В её словах была доля правды. Белоснежная тварюшка без лица, цепляющаяся за меня, выглядела и вправду зловеще, и назвать её ребёнком язык не поворачивался. Но всё же…
— Думал, конечно, — кивнул я. — Но мне бы хотелось разобраться с ней по-своему. Не хочу делать поспешных выводов.
Всё время полёта я краем глаза следил за этой девочкой. Она по-прежнему держалась за меня своими цепкими, слишком сильными для её размеров пальчиками, будто боялась отпустить хоть на миг. Но одно заметное изменение всё же произошло — её энергетический силуэт, ещё недавно беспокойный, постепенно выравнивался, становился стабильнее и спокойнее. Казалось, что она чувствует себя в безопасности рядом со мной, словно нашла того, за кого можно держаться.
Я до сих пор не мог понять, почему она назвала меня хозяином. С чего бы вдруг? Может, просто увидела во мне сильного мага и решила таким образом спастись?
Меня так и подмывало растормошить её, пустить в ход «ментальное касание» и разузнать всё напрямую, но я сдержался. Подобные вещи лучше делать с полным резервом энергии, а не в том состоянии, в котором я прямо сейчас находился.
Погрузившись в мысли и обсуждения, я даже не заметил, как мы добрались до штаба. Приземлившись прямо у входа, я первым делом отметил, что вокруг не было ни одного трупа. Ну ещё бы, артефактов на каждом убитом столько, что будь они на виду, солдаты перегрызли бы друг другу глотки ради добычи. Но я прекрасно знал, где все они находятся. Не зря же мы отрядили подвал под хранилище. Я отметил, что за последнее время оно серьёзно наполнилось.
А вот кого я здесь видеть не хотел, так это императорских гвардейцев. Что они здесь забыли? Неужели Романов уже протянул свои загребущие лапы и к моему штабу? Я даже поднял голову к небу, проверяя — нет ли над головой блестящего катера. К счастью, ничего подобного я там не обнаружил. Походу бедолаге так досталось, что он уже и не взлетит. Если бы мог, то потёр ручки. Было бы неплохо прикарманить его себе.
— Дмитрий! — раздался радостный крик. Глухов заметил меня первым и, сияя, кинулся навстречу. — Вы слышали новости? Наш неподражаемый император прикончил Лю Бана! Мы победили!
— Что вы говорите⁈ — я изобразил удивление так натурально, будто сам только что услышал. — Это же лучшая новость за сегодня! — воскликнул я, даже не думая объяснять правду. Мне прямо велели держать язык за зубами.
— Да, — Глухов всплеснул руками, словно мальчишка, и закивал. — Мы уже готовим переговоры с китайцами. Здесь столько всего произошло, вы просто не представляете!
— Уверен, вы справитесь, — я дружески хлопнул его по плечу. — А мне нужно в хранилище. Срочно.
Он даже не стал спорить и выяснять зачем. Напротив, обрадовался, что может помочь, и повёл меня вниз, в подвал. По пути, распаляясь, Глухов начал рассказывать, как идеально сработала наша команда, и что Потёмкин, появившийся здесь совершенно непонятно откуда, собирается приставить всех участников к наградам. Его голос дрожал от восторга, а глаза горели — редкостное зрелище в такие времена.
Я же воспользовался своей властью и перекинул на Глухова все отданные мне императором приказы. Стоило ему услышать, что подобные указания действительно имелись, как он замер с раскрытым ртом, хватая воздух, словно выброшенная на берег рыба. Его глаза полезли на лоб, а руки затряслись от осознания всей серьёзности момента.
— Немедленно! Я должен всё это записать! — выкрикнул он, чуть ли не сбивая меня с пути, и, развернувшись, со всех ног бросился обратно, даже не закрыв за собой дверь.
— Зачем мы здесь? — спросил Белмор, с явным подозрением оглядываясь по сторонам, когда мы вошли внутрь.
— Мы здесь для того, чтобы я не сдох раньше времени, — сухо пояснил я, стаскивая с мёртвых гвардейцев всё, что представляло ценность. — Мне нужен труп, а ещё лучше — парочка.
Я аккуратно снимал с них артефакты, перебирая, как торговец на рынке, и откладывал в сторону то, что может пригодиться. Большинство побрякушек были мусором, но вот заряженные «защитные покровы» четвёртого и пятого уровней я оставил. Эти парни ведь не абы кто, а элита Китайской Империи, лучшие из лучших. Для
