Не стало легче и оттого, что он увидел через секунду. Из соседнего помещения долговязый мужик вывел под руку раскрасневшуюся Олимпиаду Кутузову! Кудрин все понял. Она проделала нечто для того, чтобы сорвать ему романтическое путешествие! Значит, она все еще питает к нему нежные чувства, которые так неумело и наивно старается скрыть. Максим глубоко выдохнул и сел на стул.
– Господин Кудрин? – поинтересовался долговязый. Ему кивнули оба охранника, до этого проверившие у Кудрина документы. – Очень приятно. То есть очень неприятно! Сори, Олимпиада, – он поцеловал Липе руку и усадил ее на соседний стул. – Признавайтесь, господин Кудрин, что за культурные ценности у вас в, сори, нижнем белье?!
– Что? – В который раз за сегодняшний вечер Кудрин не понимал происходящего.
– Какие культурные ценности, признавайтесь, провозите нелегально в трусах?! – Неожиданно рявкнул долговязый, сменив милость на гнев.
– Культурные? – всполошилась Олимпиада, кокетливо поворачиваясь к долговязому. – Я сказала, что он провозит культурные ценности? Надо же, как глупо получилось! – Она захихикала. – Я имела в виду, что он провозит там некультурные ценности. Ценностей-то там у него, – она снова хихикнула, – никаких нет!
Два бугая заржали. Вика Наумова принялась переводить Негонини игру русских слов. Долговязый пристально поглядел на Олимпиаду.
– Зато у него в кармане кое-что лежит, – тут же «оправдалась» она.
– Зачем?! – закричал Кудрин, подпрыгивая на стуле, так как его держала охрана и не давала встать. – Зачем ты это сделала?! Не хотела, чтобы я летел с Верочкой в Египет?! Ты хотела бы, чтобы я приехал к тебе в Петушки?!
– Так вы знакомы?! – Брови долговязого тут же подпрыгнули вверх.
– Естественно! – заявил Кудрин. – Эта девушка все подстроила специально! Она сорвала наше романтическое путешествие с невестой!
– Еще чего! – возмутилась Липа. – Подумаешь, романтик нашелся! Проверьте его карманы, проверьте. – Она положила ногу на ногу и принялась усиленно ею качать.
В кармане Кудрина действительно нашли небольшой мешочек с белым порошком. Вике Наумовой стоило больших усилий объяснить иностранному скрипачу то, что происходит рядом с ними. В принципе, то, в чем они приняли самое непосредственное участие. Негонини, впрочем, очень обрадовался, когда узнал, что в трусах задержанного ничего, кроме того, что там должно находиться обычно, не нашли. Никаких культурных ценностей. К тому же прибывший помощник подтвердил артисту, что ничего из его багажа украдено не было. Скрипка Страдивари тоже находилась в полной сохранности и флегматично лежала в своем футляре.
Олимпиаде Кутузовой тоже пришлось приложить немало усилий для того, чтобы оправдать свой поступок. Белый порошок, найденный в кармане Максима, оказался сахарной пудрой. Шутка Деда Мороза вполне удалась. Ох уж этот профсоюз гражданских авиаторов! Конечно, Липа не хотела, чтобы у Кудрина обнаружили наркотическое вещество, посадили бы его за сбыт наркотиков… Она ходила бы и передавала ему посылки, добивалась свидания, чувствовала бы себя как декабристка. А он сидел бы в темном подземелье и с нетерпением ждал каждой встречи с ней. Вот если бы его посадили, то Верочка бросила бы своего неудачника-жениха! Точно бы бросила! А она, Липа, подобрала бы? Ну и пусть, подобрала бы, не велика цаца. Такого мужика подобрать – одно удовольствие. Нет, она не должна думать о Кудрине. Как там Стас?!
– Ну, как вы? – поинтересовался долговязый у Кудрина. – Примите наши извинения, поймите сами, журналисты любят преувеличения. – И он строго поглядел на Олимпиаду.
– Я бы этих журналистов, – признался Максим, пронзая ее убийственным взглядом, – собрал бы всех да и в костер! Для очищения души и тела. И мозгов!
– О! Ес! Ес! – Вика Наумова старательно перевела Негонини все, о чем говорили мужчины. Тот постарался сразу же выразить свое мнение по этому поводу. Как известно, больше всего на свете Негонини не любил журналистов, и идея с костром воспламенила его воображение.
После разбирательства всем пришлось долго и нудно писать объяснительные записки. Великого скрипача отпустили первым, он спешил на самолет. Вика Наумова кинулась его провожать, ее отпустили второй. Кудрина с Олимпиадой пришлось задержать. Они наплевали на все объяснения и принялись выяснять собственные отношения. Службе безопасности аэропорта пришлось вызывать психолога.
Верочка не дождалась Кудрина и отправилась на его поиски. Сначала в багажное отделение, потом по всему самолету. Длинноногая стюардесса попыталась ей воспрепятствовать, но Верочку нельзя было удержать ничем. Она понимала, что случилось нечто неординарное. Того, что случиться не могло! Не должно было случиться никогда, но оно случилось.
Разъяснил кое-что звонок Максима, который раздался в ту минуту, когда Верочка чуть не подралась с бортпроводницей. Она требовала от нее показать злачные места, где те занимаются сексом с пассажирами. А стюардесса пыталась связаться с командиром корабля и сообщить ему о том, что на борту находится невменяемая сексуально озабоченная террористка, требующая немедленно контакта.
– Верочка, – прерывающимся голосом сказал Максим, – Верочка, случилось невероятное!
И все. Связь прервалась. Зловредная стюардесса выхватила у Верочки мобильный телефон, заявляя, что пользоваться мобильниками на борту самолета опасно для жизни экипажа и пассажиров. Верочка попыталась снова полезть в драку, но внезапно успокоилась и вернулась на свое место. Эта внезапность возникла сразу после того, как один из пассажиров предупредил Верочку, что если она не успокоится, то он выкинет ее в иллюминатор. Его внушительный вид и бас охладили Верочкин пыл, и она решила действовать тихо. Для начала проводила взглядом свой мобильник, который ей пообещали вернуть в конце полета.
Исходя из того, что Верочка услышала, уже можно было сделать определенные выводы. «Они среди нас!» – страшная догадка пронзила ее не испорченный интеллектом мозг. Она пристально пригляделась к стюардессам. Они показались ей похожими, как близнецы, и довольно странными. Слишком были любезны, правда, не с ней, с Верочкой. Слишком мало говорили, слишком много бегали. Все, что бы они ни делали, было слишком, как-то прямо чересчур. Именно такими в представлении Верочки и должны были быть настоящие роботы-инопланетяне! Недаром Максим сказал, что случилось невероятное.
Верочка обомлела. Неужели это та девица, которая вешалась Кудрину на шею с той самой новогодней ночи, сумела организовать это страшное действо?! Она огляделась, кругом сидели довольные, но какие-то индифферентные пассажиры. Особенно тот, что обещал ее выкинуть в окошко. Верочка обратилась к нему шепотом:
