достаточно для подготовки, к тому же вы получили лучших солдат и офицеров, которые есть только в рейхе. И все они имеют опыт войны, там собраны не новички, а ветераны.
Вот здесь фюрер нисколько не преувеличивал — в бывшие моторизованные дивизии ваффен СС «Лейб-штандарт Адольф Гитлер», «Рейх» и «Тотен Копф» Гиммлер отобрал действительно самых лучших «зольдатен». Эти три дивизии, отведенные в сентябре с фронта, были переданы в панцерваффе после долгих интриг и настоятельных просьб Гудериана, находившегося в фаворе у Гитлера. Их просто «слили» с тремя самыми потрепанными панцер-дивизиями, начали пополнять бронетехникой, и получили мощнейшие соединения, численностью превышающей двадцать три тысячи солдат и офицеров. Правда, несмотря на все старания фельдмаршала выбить «прошлое» из них не удалось, но тут уже Гиммлер провел ответную интригу. Пришлось согласиться оставить правую петлицу не для «черепа», эмблемы панцерваффе, а ту, которую носили прежде эсэсовцы. И в другом случае рейхсфюрер тоже «отыграл» — все три дивизии сохранили прежние наименования, став по примеру «Великой Германии» не номерными, а «именными», как и танковая дивизия «Герман Геринг», укомплектованная военнослужащими люфтваффе — эта элитная панцер-дивизия уже закончила полную девятимесячную подготовку. Так как реорганизованная первой дивизия «Гросс-Дойчланд» понесла большие потери на восточном фронте и уже отведена в тыл на пополнение, то эти четыре дивизии являлись «свежими», и полностью укомплектованными по новым штатам. В каждой почти по две с половиной сотни танков и штурмовых орудий, вдвое больше, чем в прежних соединениях, в которых количество бронетехники постоянно сокращалось, и эти потери страшно печалили фельдмаршала. Гудериан всегда ратовал за создание достаточно мощных танковых соединений, В своих докладах постоянно упирал на то, что лучше иметь намного меньше танковых дивизий, но должным образом укомплектованных, по триста танков в каждой.
— Мой фюрер, я их направляю в 4-ю танковую армию, в ней кроме номера и тыловых частей не осталось ни одной боеспособной дивизии. А так мы получим мощное объединение, хотя в армии будет только четыре панцер-дивизии. Жаль, что их не удалось полностью подготовить, но времени действительно нет. Разрешите мне самому возглавить армию, я…
— Армией будет командовать генерал-полковник Гот, а вы мне нужны как командующий панцерваффе. А заодно проверим на деле, чего стоит проведенная реорганизация. Четыре таких дивизии, что стоят прежнего двух дивизионного танкового корпуса, должны в корне изменить обстановку на южном фланге восточного фронта. Хотя мы бросим в сражение последнюю тысячу танков, которые у нас есть. Но я верю в успех, фельдмаршал!
— Я тоже мой фюрер, — бодро ответил «отец панцерваффе», прекрасно понимая, что успех необходим, иначе его самого выставят посмешищем. Потому он сам хотел командовать 4-й танковой армией, хотя бы временно, до окончания сражения. Но потому как Гитлер решительно пресек его попытку, понял, что настаивать не стоит. Зато имелась одна проблема, которую нужно было решать быстро, и при необходимости жестко.
— Все рапорта об отходе наших дивизий имеют одну ключевую фразу — «румыны побежали, и оголили фланг». Предлагаю все нестойкие союзные войска немедленно расформировать, и на фронте больше не держать никаких дивизий от Италии и Румынии — от них проблемы даже в обороне. Но солдат и офицеров в тыл не отводить, а распределить по нашим пехотным дивизиям для немедленного доукомплектования. Венгров можно оставить, они, как и финны вполне отважно сражаются. Но лучше влить полками в наши двух полковые дивизии — это принесет больше пользы.
— Я знаю о том, мне докладывал Кейтель. И уже говорил с Антонеску — ему не понравилось, но согласился. Румыны скверные солдаты…
— Простите, мой фюрер, — Гудериан немедленно вмешался, видя неприкрытую злость Гитлера. — Солдаты у них хорошие, и я скажу честно — офицеры и генералы паршивые, сами жрут в три горла, а своих подчиненных за людей не считают. Командирами нужно ставить только немцев — они наведут порядок в том бардаке, в который превращаются войска под таким командованием. Везде нужно ставить немцев — а мы заставим воевать европейцев должным образом. Армия должна быть единой для всех!
Румынское командование так и не смогло нормально обеспечить своих солдат теплым обмундированием даже на вторую зимнюю кампанию, имея негативный опыт первой. Такое откровенно скотское отношение к собственным подчиненным, которые откровенно промышляли воровством, буквально бесило педантичных немцев, сделавших определенные выводы из зимы 1942 года…
Глава 44
— Налаживать новое патронное производство в годы войны тяжелейшая задача, но оно себя полностью окупит за счет расходования этих боеприпасов во все возрастающем количестве. А вот если мы этого сейчас не сделаем, сославшись на экономию, то потом заплатим намного дороже. А так война все спишет — и новое оружие примем и массово опробуем, и патрон к нему. А за ним, поверь, будущее. И затрат на производстве будет меньше при едином калибре оружия. А прежний винтовочный патрон при этом останется для станковых пулеметов, снайперских винтовок и трехлинейных карабинов. Эти как раз для «криворуких» предназначены, которых у нас с избытком хватает во всех стрелковых ротах. Новое автоматическое или самозарядное оружие как раз для них — хотя опять же, при повышенном расходе боеприпасов, «промежуточные» патроны существенно дешевле.
Кулик покрутил в пальцах небольшой патрон без выступающей закраины гильзы, тот самый, который должны именовать образцом 1943 года, а на самом деле полностью доработанного шестью годами позже. При этом немцами и американцами уже использовались патроны подобного типа, появление которых было вызвано самим боевым опытом текущей войны, маневренной, с необходимостью иметь плотный огонь из автоматического стрелкового оружия. Это уже все генералы поняли, и количество пистолетов-пулеметов в войсках значительно возросло. По новым штатам на стрелковое отделение из восьми бойцов полагалось иметь ручной пулемет ДПМ с «блинчатым» диском, и два автомата. Кроме того, в штаты каждого стрелкового полка ввели по две отдельных роты автоматчиков. Чаще всего на фронте можно было встретить теперь ППС, а не ППШ, причем тот комплектовался более дешевым в производстве «рожком» вместо «банки», которую требовалось подгонять к каждому автомату.
Так уж получилось, что Судаев из Ленинграда начал работы намного раньше, еще в сентябре сорок первого года, по его настоянию и помощи, а Жданов помог внедрить ППС в производство на «Арсенале», используя вывезенное из Сестрорецка оборудование оружейного завода. Зато теперь этот пистолет-пулемет стал массовым в РККА, и обходился в производстве заметно дешевле ППШ, а потому выпускается уже намного большем количестве. А вот под новый
