— в купе они были вдвоем. Литерный поезд направлялся в Хабаровск, куда перелетел из Аляски В-17, специально приспособленный для перевозки шести пассажиров. Погода стояла нелетная, зарядил снег, низкая облачность, потому вылетать из Харбина было бы безумием, поезд куда надежнее, особенно если железная дорога охраняется. А так два дня переезда, за это время можно хорошо отдохнуть, и за дела на фронте не беспокоится. Наступило затишье, обе воюющие сторону взяли паузу. Для советских войск требовалось подвезти по Транссибу все необходимое, а японцам прийти в себя, и хорошо укрепится. И восполнить потери, которые были ощутимыми даже для миллионной Квантунской армии. Но война продолжала идти ожесточенная, особенно в воздухе — группировка американских и советских ВВС наращивалась с каждой неделей, на аэродромах садились «летающие крепости» и «либерейторы». Пока о налетах «миленниумов», то есть тысячи машин одновременно, можно было мечтать, эти бомбардировщики пока делали по полторы-две сотни каждого типа в месяц, это через год счет пойдет на семь-восемь сотен, когда промышленность начнет делать четырехмоторные бомбардировщики, как стряпуха печь пирожки. Вместе с «бомберами» перебрасывались истребители, в основном «хоуки» и «лайтинги», но должны были появиться в скором времени и «корсары».
В это же время советская авиация серьезно усиливалась поставками по ленд-лиз — перегоняли истребители «аэрокобра», теперь их было в частях почти три сотни, добавили сотню «киттихоуков», и три сотни двухмоторных бомбардировщиков «бостон» и «митчелл». Причем процесс только начал идти по нарастающей линии, к лету самолетов советского производства, особенно устаревших типов, в полках вообще не останется. Так что японцам придется туго — авиапромышленность у японцев не настолько мощная, чтобы соперничать с американцами, к тому же при неоспоримом превосходстве последних в качестве и количестве самолетов. Да, пока есть опытные пилоты армейской и флотской авиации, с довоенной выучкой, самураи будут сражаться. Но через полгода максимум они закончатся — потери растут, а новоприбывшие летчики не столь умело воюют, эта оценка шла во всех рапортах авиационных генералов. Командующий ВВС ДВН Смушкевич даже посчитал, что опытных пилотов противника останется уже к весне едва четверть. И на то у Якова Владимировича были основания — где-то с тысячу вражеских самолетов сбили совместными усилиями.
Однако активизация налетов выявила ряд проблем. Местного производства бензина стало недостаточно, «присадки» к нему доставляли из Петропавловска самолетами, по Сибири растянулись эшелоны с необходимыми грузами. Беда в том, что кригсмарине захватили господство на северных морях, «северные конвои» остановились. А это сотни тысяч недопоставленных грузов, очень нужных для промышленности. Хорошо, что вооружения не требовалось, от поставок танков отказались прошлой весной, особой необходимости в британских «матильдах» и «валентайнов», американских «грантах» и «стюартах» уже не было. Американские самолеты перегонялись по «Алсибу», причем теперь поток будет только возрастать, за дело взялись всерьез, перенаправив поставки с северного маршрута на восточный…
— Недаром говорят, что генералы готовятся к прошлой войне, причем исключительно победившая сторона. Тут психология — если мы победили, то зачем что-то менять, если и так работает. Вопрос только другом — а готовится ли проигравшая сторона к новому поражению. Французы ничего не стали менять, немцы сделали упор на развитие авиации и танковых войск, отработали их взаимодействие. Это им позволило захватить всю Европу, но опять же — за годичную паузу до нападения на нас они выводов не сделали, и свои танки не стали перевооружать и серьезно модернизировать. Зачем, если и так работает, к тому же они считали, что у нас ничего нет сильнее из техники. И ошиблись, только мы не сумели этим воспользоваться, а потому и огреблись нешуточно. Воевать мы не умели толком, по большому счету только учится стали, и собственной кровью «уроки» оплачивать.
— Дорогую с нас плату взяли, только сейчас в себя пришли, — теперь Жданов покачал головой, меланхолически размешивая сахар в стакане в серебряном подстаканнике, отпил горячего чая. За зашторенным окном темная зимняя ночь, хоть глаза выколи.
— Не слишком дорогую, могли бы заплатить за будущую победу намного дороже. Сам посуди — Ленинград так и не узнал что такое блокада, с мертвящим голодом. Немцы до Дона не дошли, не то, что до Кубани — страна собрала достаточный урожай. Донбасс практически освобожден, некоторые шахты отбили раньше, и уголь там с лета добывают. Из значимых заводов только харьковские эвакуировали, но к лету многие будут возвращены обратно, фашисты цеха не успели подорвать, сами там свою технику ремонтировали. Так что военное производство только нарастало, очень серьезных проблем не случилось. А потери сравнению не подлежат — мы за весь прошлый год потеряли намного меньше на фронте, чем за лето сорок первого года. И давно «кровью» не воюем — снарядов хватает…
Одна из самых «смертоубийственных» для германских «кошек» советских САУ…
Глава 46
— Против Верховного тут не попрешь, нужно учитывать его мнение. А все новое, пусть и отличное, всегда враг хорошего «старого». У него нездоровая тяга к прошлому, и если потрафишь, то твои акции начинают подниматься. А спорить можно только тогда, когда есть железобетонные доводы — иначе никак, соловья баснями не кормят.
Кулик откинулся на спинку комфортабельного кресла — полет на «дугласе» это вам не на В-17, пусть и в гермокабине. Тут условия созданы максимально комфортабельные, прекрасно оборудованный салон с обогревом на шесть человек, с туалетом и буфетом, для него отдельный кабинет, пусть маленький, с диваном — можно спать, сколько захочешь, стопка пледов. Предупредительные стюарды в военной форме, к бабке можно не ходить, но по совместительству работники разведки. Одно слово — «спецборт», судя по всему отправленный по указанию «первого лица», хотя весь экипаж одет в форму ВВС. И парашюты имеются, инструктаж провели — все под надзором, восхитится можно, если не знать про «изнанку».
Ради шутки, Кулик занялся «черчением» на столике, применяя россыпи цифр — штатное расписание дивизий с учетом будущих нововведений, при переходе на новые образцы оружия в 1944 году. В том, что выпуск будет налажен, он не сомневался — тот же «промежуточный патрон» стал курировать сам Сталин. И даже лично сделал перерасчеты, убедился, что при увеличение выпуска таких патронов экономия будет составлять где-то лишнюю четверть в сравнении с обычными винтовочными. При этом меньший вес боеприпасов позволит бойцам носить больший БК, что создаст достаточную огневую плотность на погонный метр. А меньшая мощность патрона, связанная с уменьшением пороховой навески, позволит создать более надежную автоматику. Так что «отмашка» дана с самого
