это вы обязуетесь защищать и охранять наш рынок!
— А не мало?
— Не мало! Но Сергея вполне устраивает эта сумма. Устраивает безболезненно.
— Безболезненно — это как? — Мартен улыбался как дурачок, завороженно глядя на Ульяну.
— А так, что вам нечего опасаться!.. Прежняя охрана не стоит ни гроша, а то, что новая охрана нас устроит, вы уже доказали. Восемьдесят тысяч в месяц, практически миллион в год — это очень хорошие деньги!
Похоже, Ульяне внимали все, слышен был только ее голос, за спиной Еремы никто даже не сопел.
— И все-таки восемьдесят тысяч — это даже не сто! — качнул головой Мартен.
— Антон! — Ульяна укоризненно смотрела на него, склонив голову к Ереме.
Зачем, спрашивала она, торговаться тогда, когда нужно установить с ним хорошие отношения. А все остальное потом. И Ерема понял этот ее мысленный посыл, и Мартен.
— А что скажет сам господин Еремеев? А то он сидит тут и охреневает от ваших слов… госпожа Еремеева!
— Форма настоящая? — спросил Ерема.
Он смотрел на пуговицу на кармане брюк, как будто собирался на нее плюнуть. Но при этом он понимал, что не сделает этого. И еще он понимал, что Мартен со своей бандой реальная сила. Пацаны постоянно в деле, наглые, самоуверенные, умеют импровизировать. А Ерему окружали люди, превратившиеся из голодных бандитов в откормленных барыг. И Мартен оказался щукой, которая не дает его карасям дремать. А они все равно задремали. И Ерема в том числе… Переиграл его Мартен, однозначно переиграл.
— И стволы настоящие!
— Может, и корочки реальные?… Ты же не мент?
— Ха!
— И работать умеешь?
— Еще раз показать?
— Ульяну не трогаешь, это мне нравится… Пока восемьдесят штук, а там посмотрим.
— И за это мы должны пасти твой рынок?
— Охранять. Но без рук. Торговля у нас — священная корова. А торговцы — ее телята.
— Хорошо говоришь, господин Еремеев. У жены научился?
— Не кривляйся, тебе это не идет.
— Не кривляйтесь, Антон, вам это действительно не идет! — строго, но не без кокетства сказала Ульяна.
— Вот вам, Ульяна, я поверю! — засмеялся Мартен.
— И Сергею, пожалуйста, поверьте! Если он скажет «да».
— А если нет?
— Я скажу «да». — Ерема решил закончить эту трагикомедию. — Завтра можешь подъехать за деньгами. Прямо на рынок.
— И мне ничего не будет? — разволновался Мартен.
— Антон, вам совсем не обязательно показывать свою неуверенность! — с укором глянув на него, сказала Ульяна. — Не надо разочаровывать нас!
— Тебе ничего не будет, — пообещал Ерема и взглядом указал на дверь.
Все, представление закончилось, клоуны остаются, а зрители расходятся.
— Железно?
— Железно!
— Ну смотри!
Мартен велел остановить машину, снял с Еремы наручники. Он вышел первым, Ульяна за ним.
— Антон! — строго и с возмущением сказала она.
Мартен попытался обнять ее за талию, пропуская мимо себя, и это ей очень не понравилось.
— Больше не буду!
Ереме Мартен подмигнул, Ульяне помахал рукой. Она улыбнулась ему в ответ. А когда уехал, дала волю эмоциям.
— Козел!
— Это что сейчас было?
— Это ты у меня спрашиваешь? — удивилась она. — Это моя охрана облажалась?
— Это я облажался!
Их высадили неподалеку от автобусной остановки, возле которой стояли частники — в ожидании пассажиров. Но Ерема не рискнул воспользоваться услугами таксистов. И на своих охранников не рассчитывал, которые должны были отправиться вслед за ними, но так и не появились на горизонте. Глянув по сторонам, он свернул во двор ближайшего дома. Если за ними следили, то вряд ли они могут уйти от преследователей. Но и на виду оставаться тоже нельзя. Очень тревожная обстановка. На фоне очередного поражения.
— А я что сделала не так?… Или ты хотел, чтобы меня изнасиловали? — Ульяна покорно шла за ним, не спрашивая, куда они и зачем идут.
Она привыкла доверять ему, но, возможно, уже задается вопросом, а правильно ли это? Может, Ерема вышел в тираж и не в состоянии защитить ее от опасности.
— А мне понравилось твое выступление! — усмехнулся он.
— Выступление на конференции. А это жизнь!..
— И что, я должен сдержать свое слово? Встать под крышу этих не пойми кто?
— Я говорила, что ты должен?
— Мне показалось, что тебе понравились эти ребята, — размышляя вслух, проговорил Ерема.
Мартен симпатичный малый, и в деле он крут, что, в общем-то, глупо отрицать. Ульяна могла влюбиться в этого молодца, потому так раздухарилась в разговоре с ним. Считай, и на довольствие его поставила. Ерема заключает с ним договор, Мартен берет на себя охрану рынка, легализуется, Ульяна узнает его адрес… А может, они уже знают друг друга. Может, это Ульяна посоветовала Мартену наехать на них с Еремой. И даже помогла ему в этом…
— Мне понравились эти ребята?! — возмущенно переспросила Ульяна. — Ты хоть думай, что говоришь!
— Ты так бодро с ними договорилась.
— Я не договаривалась, я выкручивалась, если ты не заметил.
— Столько наговорила.
— Зато нас отпустили!
— Отпустили, — кивнул Ерема.
— И теперь тебе решать, что делать дальше!
— А ты чего хочешь?
— В каком смысле?
— Ну, заключать с этими не пойми кто договор или нет?
— Я хочу спокойно жить. Чтобы никто не врывался к нам в дом, чтобы никто не хватал и не вез непонятно куда… То есть понятно куда. Нас могли убить… Ты сам знаешь, что с нами могло быть!
— Этот Мартен на ходу подметки рвет.
— Теперь твоя очередь. Его рвать. Если сможешь.
— Ты сомневаешься?
Ульяна остановилась и резко повернулась к Ереме:
— Я в тебе не сомневаюсь! Поэтому прошу, сделай так, чтобы я могла спокойно жить и спокойно работать.
— Я приставлю к тебе двух телохранителей, — сказал Ерема.
— Телохранителей? — нахмурилась Ульяна.
— Они всегда будут тебя сопровождать.
— Ходить как тени?
— Ходить. И ездить. Как тени.
— Всегда и везде?
— Тебя это не устраивает?
— Да нет…
Ульяна явно была озадачена. Похоже, она уже жалела о том, что поставила вопрос ребром. Не нужны ей телохранители, а почему? Уж не потому ли, что никто ей не угрожает? Может, у нее роман с Мартеном, а телохранители будут мешать.
— Тогда вопрос решен!
Прошли квартал, Ерема наконец-то остановил частника, и они беспрепятственно вернулись домой. Он закрыл Ульяну в квартире, приставил к ней охрану, а сам отправился на рынок.
Собирая на сход пацанов, Ерема попытался сосредоточиться, но мысли разбегались, перескакивая с Мартена на Ульяну, досталось и Костяхе. Может, и он как-то связан с этой проблемой. Не зря же Мартен упомянул поселок, откуда Костяха родом.
— Ну что я скажу, пацаны, — собрав сход, начал Ерема. — Было время, были люди, а сейчас мы стали барыгами. Я барыга, вы барыги,
